Islam in the modern world (E-Journal) / Ислам в современном мире
Not a member yet
557 research outputs found
Sort by
Проблемы становления института уполномоченных Совета по делам религиозных культов при СНК СССР в 1944–1945 гг.
Full text linkThe article deals with Muslim religious fi gures (imams, seyids, abyzs, muezzins, mullahs) of the Tatar Sloboda of Moscow, located in the Zamoskvorechye district, of the 17th-18th centuries. Many names and details of the life of religious fi gures are for the fi rst time described by means of use of documents of the Russian State Archive of Ancient Acts and the Central Historical Archive of Moscow. The Council for Religious Aff airs under the Council of People’s Commissars of the USSR, created in May and June 1944, faced a number of problems from the very beginning of its work. One of them was the creation of new posts in the regions those authorized by this Council. Some of the leaders of the regions of the USSR believed that such positions were not necessary. In many respects, this attitude resulted in diffi culties in the work of the authorized representatives of this Council: delays in the allocation of specially equipped offi ces, sending on long business trips not related to the performance of duties, failure to comply with the decisions of the state leadership on the payment of salaries to the authorized representatives, which should have corresponded to their position. Despite the measures taken from the fi rst days by the leadership of the Council, relying on the leadership of the USSR, many of the problems associated with the commissioners, primarily with the staffi ng of their staff , both in quality and quantity, in the 1940s became chronic and did not were resolved during these years. In many ways, a signifi cant part of the diffi culties in the work of the commissioners arose from ignorance and failure to comply with a set of offi cial documents, including service letters and instructions. Analysis of various aspects of the activities of the authorized representatives of the Council for Religious Aff airs is not only purely theoretical, but also of great practical importance for the authorities at all levels, which interact with religious organizations in their daily work.Совет по делам религиозных культов при Совете народных комиссаров СССР, образованный в мае 1944 г., с самого начала своей работы столкнулся с комплексом проблем. Одной из них было создание в регионах новых должностей — уполномоченных этого Совета. Часть руководителей регионов СССР считали, что такие должности им не нужны. Во многом следствием этого стали трудности в работе уполномоченных Совета: задержки с выделением специально оборудованных кабинетов, длительные командировки, не связанные с выполнением прямых обязанностей, невыполнение решений руководства государства о выплате заработной платы уполномоченным, которая должна была соответствовать их должности. Несмотря на меры, принимаемые руководством Совета при опоре на руководство СССР, многие проблемы, связанные с уполномоченными, прежде всего с комплектованием их штата, как по качеству, так и по количеству, в 1940-е годы приобрели хронический характер и не были решены. Во многом значительная часть трудностей в работе уполномоченных возникала от незнания и невыполнения ими комплекса нормативных документов, в том числе служебных писем и инструкций. Анализ различных аспектов деятельности уполномоченных Совета по делам религиозных культов имеет важное значение для органов власти всех уровней, которые в своей ежедневной работе взаимодействуют с религиозными организациями
Религиозные деятели в общественном движении мусульман Волго-Уральского региона в 1917 г.
Full text linkThe article is devoted to the role of Muslim religious leaders of the Volga- Ural region in the social movement of 1917. After the February Revolution of 1917, the participation of the clergy in the change of leadership of the Orenburg Mohammedan Spiritual Assembly (OMDS), as well as the creation of clergy societies, in the work of All- Russian Muslim and provincial Muslim congresses could be seen. The paper is intended to investigation of this phenomenon in a number of regions. It should be noted that the OMDS clergy for more than a century of its activity (1788–1917) set an example of civic loyalty and loyalty to the authorities of the Russian Empire. At the same time, especially starting from the revolution of 1905–7, it became concerned about the role of the OMDS in relations with the authorities and its own flock, issues of self-organization of the clergy, ways of organizing the system of Muslim religious education. Therefore, the presence of representatives of the Muslim clergy was noted not only at their own professional venues, but also at general civic events of Muslims. The paper deals with the role of religious leaders in the social movement of Muslims in the Volga- Ural region in 1917. and their contribution to it. Статья посвящена роли мусульманских религиозных деятелей Волго- Уральского региона в общественном движении 1917 г. После Февральской революции 1917 г. мы видим участие духовенства в смене руководства Оренбургского магометанского духовного собрания (ОМДС), создании обществ духовенства, в работе Всероссийских мусульманских и губернских мусульманских съездов. Постараемся исследовать этот феномен на примере ряда регионов. Необходимо отметить, что духовенство ОМДС на протяжении более чем столетия своей деятельности (1788–1917) показывало пример гражданской лояльности и верности российским властям. Вместе с тем, особенно начиная с революции 1905–1907 гг., оно озаботилось ролью ОМДС в отношениях с российскими властями и собственной паствой, вопросами самоорганизации духовенства, способами организации системы мусульманского религиозного образования. Поэтому присутствие представителей мусульманского духовенства отмечалось не только на собственных профессиональных площадках, но и на общегражданских мероприятиях мусульман. Мы постараемся проанализировать место религиозных деятелей в общественном движении мусульман Волго- Уральского региона в 1917 г. и их вклад в него.
«Ответ материалистам»: справедлив ли ал-Афִгани к исмаилитам?
Full text linkJamal ad- Din al- Afghani is aprominent representative of Islamic modernism and especially of anti-imperialist activism. His views became widely known after his death, and many Islamist organizations rely on the ideas he proposed. However, over time, the views of the Islamic reformer have become a kind of axiom, beyond criticism. However, as will be shown in this article, not all of his statements are firmly grounded and have a solid foundation. In this paper the author considers the material of the treatise “The Answer to the Materialists” containing Jamal ad- Din al- Afghani’s criticism of ‘materialism’ in general and the Isma‘ilism in particular. Relying on the ontological system, al- Afghani reproached the Isma‘ilis for godlessness. Turning to the original works of Isma‘ili philosophers, one could understand, what is actually inherent in Isma‘ili philosophy and to what extent the criticism of al- Afghani is justified.Джамал ад-дӣн ал- Афִганӣ — видный представитель реформаторского движения конца XIX в. Его воззрения стали широко известны уже после его смерти, и многие исламистские организации взяли на вооружение предложенные ал- Афгани идеи. Однако с течением времени взгляды исламского реформатора стали восприниматься как своего рода аксиома, неподвластная критике. В настоящей статье будет показано, что не все его утверждения прочно фундированы и имеют под собой крепкое основание. Здесь на материале трактата «Ответ материалистам» мы проанализируем, за что Джамал ад-дӣн ал- Афִганӣ критиковал материалистов в целом и исмаилитов в частности, по каким основаниям, опираясь на онтологическую систему, он упрекал исмаилитов в безбожии. Обращаясь к оригинальным трудам философов- исмаилитов, мы увидим, что на самом деле присуще исмаилитской философии и до какой степени обоснована критика ал- Афִганӣ
Кораническая герменевтика Ф. Исака в контексте исламской теологии освобождения
Full text linkFarid Esack is a modern Islamic scholar of South African origin who suggests original Qur’anic hermeneutics in the scope of theology of liberation. The characteristics of his theology considered in this article are: the praxis of liberation, contextualism, scrupulous textual analysis, hermeneutics oriented at struggle with institutions of oppression. It is noted that his hermeneutics diff ers from the hermeneutics of other theologians of liberation — he represents the praxis of liberation as a main task of theology of liberation. His method is not only theoretical scholarly speculative exercise on textual interpretation, at the same it inspires and encourages people for changes in society, for enhancement the lives of people where justice comes as its necessary fundamental stipulation. His refl ective theology is an intellectual response to the challenges of postmodern world aimed at establishing such virtues in society as justice, freedom, mercy and setting up more egalitarian Islamic society.Фарид Исак — современный исламский мыслитель южноафриканского происхождения, который предлагает оригинальную герменевтику Корана в рамках теологии освобождения. В данной статье рассматриваются характерные черты его теологии: праксис освобождения, контекстуализм, тщательный текстуальный анализ, герменевтика, направленная на борьбу с институтами угнетения человека. В его герменевтике праксис освобождения представляется как основная задача теологии освобождения, и в этом главное отличие его подхода от подходов других теологов освобождения. Его метод может рассматриваться не только как теоретическое научноспекулятивное упражнение вокруг текстуальной интерпретации, но и как руководство к действию для преобразования общества, улучшения жизни людей, в которой справедливость является необходимым фундаментальным условием их существования. Его рефлексивная теология — это интеллектуальный ответ вызовам постмодерна, направленный на установление таких добродетелей в обществе, как справедливость, свобода, милосердие и построение более эгалитарного исламского общества
Некоторые аспекты общественно-политической деятельности мусульманского духовенства Северного Кавказа в период между Февральской и Октябрьской революциями 1917 г.
Full text linkThe article examines the activities of the Muslim clergy of the North Caucasus in the period between the February and October revolutions of 1917, i. e. of a social group that was at the forefront of political processes in the region. The social boundaries of this group and its role in the life of the peoples of the region of the period under consideration are substantiated. The initiatives of the Muslim clergy concerning changes in the social life of the North Caucasian society are analysed. The evolution of its political line is traced from close interaction with the national intelligentsia, characteristic of the spring of 1917, to claims to the fullness of political power, clearly defined by the summer of 1917. Attention is paid to attempts to implement the idea of creating a theocratic state in the North Caucasus. The lack of political unity among the Muslim clergy is emphasized, the reasons for the deepening of contradictions in the period following the October Revolution of 1917 are explained. The role of this social group in the political processes in the North Caucasus between the February and October revolutions of 1917 is assessed. В статье рассматривается деятельность мусульманского духовенства Северного Кавказа в период между Февральской и Октябрьской революциями 1917 г., когда эта социальная группа находилась в авангарде политических процессов в регионе. Обосновываются социальные границы данной группы, ее роль в жизни народов региона в рассматриваемый период. Анализируются инициативы мусульманского духовенства, касающиеся изменений в различных сферах жизни северокавказского социума. Прослеживается эволюция его политической линии от плотного взаимодействия с национальной интеллигенцией, характерного для весны 1917 г., до претензий на полноту политической власти, явственно оформившихся к лету 1917 г. Уделяется внимание попыткам воплощения идеи создания на Северном Кавказе теократического государства. Подчеркивается отсутствие политического единства в среде мусульманского духовенства, объясняются причины углубления противоречий в последующий после Октябрьской революции 1917 г. период. Дается оценка роли данной социальной группы в политических процессах на Северном Кавказе между Февральской и Октябрьской революциями 1917 г.
Система мусульманского образования в Астраханской губернии до 1917 г.
Full text linkAstrakhan province (guberniya) within the Russian Empire was a region with a significant Muslim population. In the pre-revolutionary period, a third of the region’s population were Muslims who were part of the OMDS structure. The system of Muslim education in the region has passed a long way, and since the second half of the XIX century it began to play a huge role in the education of Muslim children. In the counties and in Astrakhan itself there were mektebes and madrasas operated, in which could study male as well as female children. Based on archival documents, the article presents an analysis of the state of development of the primary Muslim education system in the Astrakhan province before the Russian Revolution of 1917. The author considers problems of its formation and development, the history of the spread of Jadid education, its quantitative and qualitative characteristics.Астраханская губерния в составе Российской империи представляла собой регион со значительным мусульманским населением. В дореволюционный период треть населения региона были мусульманами, входившими в структуру ОМДС. Система мусульманского образования в регионе прошла длительный путь становления, а со второй половины XIXв. стала играть огромную роль в деле образования детей мусульман. В уездах и губернском центре действовали мектебе и медресе, в которых обучались дети обоего пола. В статье на основе архивных документов представлен анализ развития системы начального мусульманского конфессионального образования в Астраханской губернии в дореволюционный период. Рассмотрены проблемы, которые встречались на пути его становления и эволюции, история распространения джадидского образования, количественные и качественные характеристики
Феномен обновления в исламской исторической традиции
Full text linkThis article is devoted to the phenomenon of renewal (tajdid) in historical Islam. This topic is particularly relevant in the context of understanding the origins of Islamic modernism and neo-modernism, namely their embeddedness in the religious tradition. The fi rst paragraph traces the origins and content of the idea of renewal in historical tradition. Particular attention is paid to the connection between renewal and the spiritual and ethical revival of society (islah). Variable and constant characteristics in the development of the historical understanding of renewal are demonstrated. The second paragraph analyzes an issue fundamental to the topic in question as the distinction between innovation (bid‘a) and renewal. It is shown that despite the rather conservative rhetoric of historical renewers, tajdid has a creative nature, but at the same time retains the difference from an arbitrary innovation. The third paragraph reveals the mentioned creative dimension of tajdid: its connection with the practice of independent reasoning (ijtihad) and overcoming imitative thinking (taqlid). In conclusion, the author notes the peculiarities of the modern interpretation of the tajdid: the rejection of a literal understanding of the concept of “age” in the hadith about renewal and the assumption of the possibility of a collective renewer.Настоящая статья посвящена феномену обновления (тадждид) в историческом исламе. Обращение к данной теме особенно актуально в контексте осмысления истоков исламского модернизма и неомодернизма, а именно — их укоренения в религиозной традиции. В первом параграфе прослеживаются истоки и содержание идеи обновления в исторической традиции. Особое внимание уделяется связи обновления с духовно- этическим возрождением общества (ислах). Демонстрируются изменчивые и постоянные характеристики в развитии исторического понимания обновления. Во втором параграфе анализируется такой принципиальный для рассматриваемой темы вопрос, как различие нововведения (бид‘а) и обновления. Показывается, что тадждид, несмотря на достаточно консервативную риторику исторических обновителей, имеет творческую природу, но при этом сохраняет отличие от произвольного нововведения. Третий параграф раскрывает упомянутое творческое измерение тадждида: его связь с практикой независимого рассуждения (иджтихад) и преодолением подражательного мышления (таклид). В заключение автор отмечает особенности трактовки тадждида в современную эпоху: отказ от буквального понимания понятия «век» в хадисе об обновлении и допущение возможности коллективного обновителя
Ислам и традиционная культура в современном Узбекистане: особенности взаимодействия
Full text linkThe article discusses the changes that occur in the religious policy of Uzbekistan after gaining state independence (1991), and the impact that they have on various areas of everyday culture — traditional ceremonies, costume, religious and everyday behavior, etc. It is noted that along with justifi ed government measures aimed at preventing religious extremism are strengthening the control of offi cial Muslim organizations and their representatives over everyday life, over the execution of something only religious, but also family and social norms and ritual practices. The policy of religious tolerance and the course towards enlightened Islam, which is currently being conducted in Uzbekistan, imply not only the freedom of Muslims to openly demonstrate their religious affi liation through visits to mosques, the performance of Muslim rites, through special details of a costume, etc., but also the “purifi cation” of Islam from pre- Islamic performances and rituals that traditionally existed in the “everyday” form of its functioning among local Muslims, the modifi cation of ancient rites and rituals and the revaluation of cultural heritage. Modern realities determine the relevance of the ethnographic study of Islam in Central Asia and the need for new approaches to the study of traditional everyday and everyday culture — its consideration in the context of the processes that occur in regional Islam. The article is based on the author’s fi eld materials, mainly collected during trips to Uzbekistan.В статье рассматриваются изменения, которые происходят в религиозной политике Узбекистана после обретения им государственной независимости (1991), и влияние, какое они оказывают на разные области повседневной культуры — традиционные обряды, костюм, религиозное и бытовое поведение и др. Отмечается, что наряду с государственными мерами, направленными на предотвращение религиозного экстремизма, происходит усиление контроля официальных мусульманских структур и их представителей за повседневной жизнью, за соблюдением как религиозных, так и семейных и общественных норм и обрядовых практик. Политика религиозной толерантности и курс на просвещенный ислам, проводимые в настоящее время в Узбекистане, подразумевают не только свободу мусульман открыто демонстрировать свою религиозную принадлежность через посещение мечетей, исполнение мусульманских обрядов, через особые детали костюма и пр., но и «очищение» ислама от доисламских представлений и ритуалов, которые традиционно существовали в «бытовой» форме его функционирования среди местных мусульман, а также модификацию старинных обрядов и ритуалов. Современные реалии обусловливают актуальность этнографического изучения ислама в Средней Азии и необходимость новых подходов к исследованию традиционно- бытовой и повседневной культуры — рассмотрение ее в контексте процессов, которые происходят в региональном исламе. Статья основана на полевых материалах автора, собранных во время этнографических экспедиций в Узбекистан
Некоторые аспекты зарубежной историографии государственно-мусульманских отношений в СССР
Full text linkAn analysis of the works of foreign authors on the problem of state- Muslim relations in the Soviet state shows the possibility of their classification on various grounds. The article gives several options for the author’s classification of works of foreign researchers studied state- Muslim relations in the Soviet Union not only during the existence of this state, but also after its collapse. One of the motives that guided the author during the preparation of the article is the belief in the importance and urgent need to draw the necessary lesson for the Russian Federation — its authorities and the scientific community. The need to formulate such a lesson is due to the fact that in the works of a significant number of foreign scholars who analyze state- Muslim relations in the Soviet state, there is a number of negative trends: the substitution of concepts, the lack of a verified source base, conclusions one-sidedly characterizing the religious policy of the Soviet state in general and state- Islamic relations in particular. At the same time, despite the collapse of the USSR, authors from various foreign countries continue to be interested in the history of its state- Muslim relations. The most striking content of these works, published in recent years by foreign authors, is analyzed in the article, along with works published back in the years of the existence of the USSR.Анализ трудов зарубежных авторов по проблеме государственно- мусульманских отношений в Советском государстве показал возможность классификации этих трудов по различным основаниям. В настоящей статье обозначены некоторые варианты авторской классификации работ зарубежных исследователей, которые занимались изучением государственно- мусульманских отношений в Советском Союзе не только в период существования государства, но и после его распада. Вместе с тем предпринятый нами анализ показал, что в трудах значительного количества зарубежных ученых, исследующих государственно- мусульманские отношения в Советском государстве, содержится ряд разного рода ошибок и неточностей, как то: подмена понятий, отсутствие проверенной источниковой базы, выводы, однобоко характеризующие религиозную политику Советского государства в целом и государственно- исламские отношения в частности. При этом, несмотря на распад СССР, среди ученых разных зарубежных стран не ослабевает интерес к истории государственно- мусульманских отношений советского периода. Наиболее яркие из произведений, изданных в последние годы зарубежными авторами, проанализированы в статье, наряду с работами, опубликованными еще в годы существования СССР
Суфийские трактаты Абу Хамида ал-Газали в аспекте влияния на татарскую культуру до начала ХХ века
Full text linkThe work is devoted to the analysis of Sufi thought in the treatises of Abu Hamid Muhammad al-Ghazali at-Tusi. Al Ghazali’s attitude to Sufi sm as an integral part of Islam was accepted by the Tatar medieval culture. Al-G hazali’s treatises became the basis for theology of many Tatar Islamic thinkers until the 20th century. On the example of the main treatises of al- Ghazali, some Sufi images and symbols are shown, namely the Divine Word, Light, heart, dhikr prayers and sama‘. Symbolism as the basis of Islamic esotericism permeates many of al- Ghazali’s Sufi treatises, so it is important to show the complexity of the continuity of his ideas in the Tatar culture.Работа посвящена анализу суфийской мысли в трактатах Абу Хамида Мухаммада ал-Газали ат-Туси. Отношение ал-Газали к суфизму как неотъемлемой части ислама было воспринято татарской средневековой культурой. Трактаты ал-Газали вошли в образование, науку и культуру татар, став основой для богословских изысканий многих известных ученых вплоть до XX века. На примере основных трактатов ал-Газали в статье показаны некоторые суфийские образы и символы — Божественное Слово, Свет, сердце, молитвы зикра и ас-сама‘. Символизм как основа исламского эзотеризма пронизывает многие суфийские трактаты ал-Газали, поэтому важно продемонстрировать комплексность преемственности его идей в татарской культуре