Modern Rheumatology Journal / Современная ревматология
Not a member yet
1061 research outputs found
Sort by
ПРЕПАРАТ ТАЛСтм (ИКСЕКИЗУМАБ) КОМПАНИИ ЛИЛЛИ ЗАРЕГИСТРИРОВАН В РФ ДЛЯ ЛЕЧЕНИЯ ПАЦИЕНТОВ С АКТИВНЫМ ПСОРИАТИЧЕСКИМ АРТРИТОМ
Get PDF.
Коксит при раннем аксиальном спондилоартрите
Get PDFIn Russia, coxitis is one of the most common extra-axial manifestations of ankylosing spondylitis (AS). However, many issues regarding its early diagnosis remain unresolved.Objective: to compare the clinical manifestations of coxitis with the data from an instrumental examination of CoRSAR cohort (Cohort of Early Axial Spondyloarthritis) patients.Patients and methods. Examinations were made in 175 patients (mean age, 28.2±5.7 years) diagnosed as having axial spondyloarthritis (axSpA) with inflammatory back pain lasting up to 5 years, which occurred at the age of ≤45 years. There was non-radiographic axSpA (nraxSpA) in 69 patients and AS in 106 patients. 87% of patients were HLA-B27-positive. The median disease duration was 23.8 [1–60] months; BASDAI was 3.3±1.94. Regardless of complaints, all the patients underwent hip X-ray and ultrasound studies and 54 more patients had magnetic resonance imaging (MRI).Results and discussion. The clinical signs of coxitis were present in 95 (54%) patients, of them 60% were diagnosed with AS and 40% had nraxSpA. According to the numerical pain rating scale (NPRS), the median hip joint pain was 4 [3; 7]. Limited joint movement was observed in 6 (3.4%) patients. The level of hip joint pain correlated with BASDAI (r=0.53) and ASDAS (r=0.30). The ultrasound signs of coxitis were detected in 42 (24%) patients; of them 26 (62%) had the clinical manifestations of hip joint injury, and such changes were absent in 16 patients. The patients with ultrasound signs of coxitis were noted to have a higher disease activity; peripheral arthritis and enthesitis were more common. According to MRI, coxitis was diagnosed in 39 (72%) of the 54 examinees, while the disease was asymptomatic in 10%.Conclusion. Different diagnostic methods used in patients with early axSpA could reveal coxitis in 33% of cases. The patients with coxitis show higher laboratory disease activity than those without hip joint injury. It is necessary to include MRI and ultrasound in the mandatory examination of patients with axSpA.В России одним из наиболее частых внеаксиальных проявлений анкилозирующего спондилита (АС) является коксит. Однако остается много нерешенных вопросов, касающихся его ранней диагностики.Цель исследования – сравнение клинических проявлений коксита с данными инструментального обследования у пациентов когорты КоРСАр (Когорта Раннего аксиального СпондилоАртрита).Пациенты и методы. Обследовано 175 больных (средний возраст 28,2±5,7 года) с диагнозом «аксиальный спондилоартрит» (аксСпА) с длительностью воспалительной боли в спине до 5 лет, возникшей в возрасте ≤45 лет. Нерентгенологический аксСпА (нр-аксСпА) имелся у 69 больных, АС – у 106. HLA-B27-позитивными были 87% пациентов. Медиана длительности заболевания – 23,8 [1–60] мес, BASDAI – 3,3±1,94. Всем больным независимо от жалоб проводили рентгенологическое исследование и УЗИ тазобедренных суставов (ТБС), дополнительно 54 пациентам выполнена магнитно-резонансная томография (МРТ).Результаты и обсуждение. Клинические признаки коксита имелись у 95 (54%) пациентов, из них у 60% диагностирован АС, а у 40% – нр-аксСпА. Медиана боли (по числовой рейтинговой шкале, ЧРШ) в ТБС составила 4 [3; 7]. Ограничение движений в суставе наблюдалось у 6 (3,4%) пациентов. Уровень боли в ТБС коррелировал с BASDAI (r=0,53) и ASDAS (r=0,30). УЗИ-признаки коксита выявлены у 42 (24%) пациентов, из них у 26 (62%) обнаружены клинические проявления поражения ТБС, а у 16 таких изменений не установлено. У пациентов с УЗИ-признаками коксита отмечалась более высокая активность заболевания, чаще встречались периферические артриты и энтезит. По данным МРТ коксит диагностирован у 39 (72%) из 54 обследованных, при этом у 10% он протекал бессимптомно.Выводы. При использовании разных методов диагностики у больных ранним аксСпА коксит выявлен в 33% наблюдений. Пациенты с кокситом характеризуются более высокой лабораторной активностью болезни, чем пациенты без поражения ТБС. Необходимо включать МРТ и УЗИ в обязательное обследование пациентов с аксСпА
Уратснижающая терапия при сердечной недостаточности
Get PDFHeart failure (HF) is one of the major public health problems in developed countries. Hyperuricemia (HU) is often found in patients with chronic HF (CHF) and is a well-known independent predictor for mortality and re-hospitalization for the progression of HF. The association of HU with worse clinical outcomes in patients with CHF may be attributed to the effects of uric acid (UA) and the enzyme xanthine oxidase (XO) on the vascular endothelium, which leads to the release of inflammatory cytokines and reactive oxygen species. The presence of this mechanism leads to an interest in exploring the potential benefits of inhibiting XO in patients with HF. XO inhibitors are likely to become a new tool to improve prognosis in these patients.Сердечная недостаточность (СН) — одна из основных проблем общественного здравоохранения развитых стран. Гиперурикемия (ГУ) часто обнаруживается у пациентов с хронической СН (ХСН) и является известным независимым предиктором смертности и повторной госпитализации из-за прогрессирования СН. Связь ГУ с худшими клиническими исходами у пациентов с ХСН может объясняться воздействием мочевой кислоты (МК) и фермента ксантиноксидазы (КСО) на эндотелий сосудов, что ведет к высвобождению воспалительных цитокинов и активных форм кислорода. Наличие такого механизма обусловливает интерес к изучению потенциальных преимуществ ингибирования КСО у пациентов с СН. Ингибиторы КСО, вероятно, могут стать новым средством, позволяющим улучшить прогноз у этих больных
Костно-мышечные потери у больных анкилозирующим спондилитом
Get PDFAnkylosing spondylitis (AS) is one of the most common autoinflammatory diseases that lead to early disability and high premature mortality rates. Along with lower bone mineral density, patients with AS are characterized by muscle mass decrease, such as sarcopenia. Musculoskeletal losses due to chronic immune inflammation and limited physical functioning significantly worsen prognosis and result in an increased risk of falls and fractures in patients with AS.The review considers the pathogenetic mechanisms of the relationship between AS and sarcopenia and the main approaches to treating degenerative changes in muscle tissue in patients with AS.Анкилозирующий спондилит (АС) – одно из наиболее распространенных аутовоспалительных заболеваний, приводящих к ранней утрате трудоспособности больных и высокому уровню преждевременной смертности. Наряду со снижением минеральной плотности кости для больных АС характерно и уменьшение мышечной массы – саркопения. Костно-мышечные потери, обусловленные хроническим иммунным воспалением и ограничением физического функционирования, значительно ухудшают прогноз и обусловливают высокий риск падений и переломов у больных АС.В обзоре рассмотрены патогенетические механизмы взаимосвязи АС и саркопении и основные подходы к лечению дегенеративных изменений мышечной ткани у больных АС
Ингибиторы ксантиноксидазы при асимптоматической гиперурикемии
Get PDFAsymptomatic hyperuricemia (AHU) is a condition, in which the serum concentration of uric acid (UA) is increased (>420 μmol/l in men or >360 μmol/l in women) and there are no signs of the formation of urate crystals. The worldwide prevalence rate of AHU has been on the increase in recent decades: it has been detected in approximately every five inhabitants of the Earth. In 10% of adults, hyperuricemia (HU) occurs at least once in a lifetime. In the process of evolution, HU has been useful; it has contributed to the intellectual development of man, owing to the activation of neurostimulating adenosine receptors, and to his survival under cold and hunger conditions. However, the negative role of UA in the genesis of different metabolic disorders, cardiovascular diseases (CVD), and kidney diseases has been discussed in recent decades. The association of elevated UA levels with almost all CVD risk factors makes it difficult to answer the question of whether UA plays a causative role in the development of heart disease, kidney disease, or carbohydrate metabolism disorders, or it is only a marker for their increased risk.Whether HU that is uncomplicated by joint damage, urolithiasis, or urate nephropathy should be treated is another question that is currently being actively discussed. Although the routine prophylactic urate-lowering therapy is not indicated in the vast majority of cases of AHU, there is growing evidence that this correction is necessary in some groups of patients. The use of xanthine oxidase (XO) inhibitors in a number of trials was accompanied by a reduction in the risk of CVD and by an improvement in renal function. Epidemiological studies have also established that there is a significant positive correlation of the serum concentration of UA with obesity, dyslipidemia, insulin resistance, and cerebrovascular and peripheral vascular diseases. Further investigations are needed to study the impact of lowering UA levels and that of therapy with XO inhibitors on the progression of different diseases.Асимптоматическая гиперурикемия (АГУ) – состояние, при котором концентрация мочевой кислоты (МК) в сыворотке крови повышена (>420 мкмоль/л у мужчин или >360 мкмоль/л у женщин) и отсутствуют признаки образования кристаллов уратов. В последние десятилетия распространенность АГУ в мире увеличивается: ее выявляют примерно у каждого 5-го жителя Земли. У 10% взрослых людей гиперурикемия (ГУ) возникает хотя бы раз в жизни. В процессе эволюции ГУ была полезна, она способствовала интеллектуальному развитию человека, благодаря активизации нейростимулирующих рецепторов аденозина, и его выживанию в условиях холода и голода. Однако в последние десятилетия обсуждается скорее негативная роль МК в генезе различных обменных нарушений, сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), болезней почек. Ассоциация повышенного уровня МК почти со всеми факторами риска ССЗ затрудняет ответ на вопрос, играет ли МК причинную роль в развитии болезней сердца, почек, нарушений углеводного обмена или же является только маркером их повышенного риска?Следует ли лечить ГУ, не осложненную поражением суставов, мочекаменной болезнью или мочекислой нефропатией, – еще один вопрос, который активно обсуждается в настоящее время. И хотя рутинная профилактическая уратснижающая терапия не показана в подавляющем большинстве случаев АГУ, появляется все больше данных о необходимости такой коррекции у некоторых групп пациентов. Применение ингибиторов ксантиноксидазы (КСО) в ряде исследований сопровождалось снижением риска развития ССЗ, улучшением функции почек. В эпидемиологических исследованиях также установлена достоверная положительная корреляция концентрации МК в сыворотке крови с ожирением, дислипидемией, инсулинорезистентностью, цереброваскулярными и периферическими сосудистыми заболеваниями. Необходимы дальнейшие исследования, посвященные изучению влияния снижения уровня МК, а также терапии ингибиторами КСО на прогрессирование различных заболеваний
Боль в спине и функциональный статус у пациенток с анкилозирующим спондилитом на фоне беременности
Get PDFInflammatory rhythm back pain and enthesitis are one of the main clinical manifestations of ankylosing spondylitis (AS), which increase in severity during pregnancy. However, addition of back pain and, possibly, enthesis in the second half of gestation, which is associated with normal pregnancy, needs to make a differential diagnosis for clarifying the genesis of pain and choosing the right management tactics, which determines the relevance of this study.Objective: to investigate the course of pain in the back, enthesis, and inguinal region, as well as the functional status in AS patients during pregnancy and to reveal clinical signs that most accurately reflect inflammatory activity during gestation.Patients and methods. A study included 36 pregnant women with a reliable diagnosis of AS according to the modified New York criteria (1984). Their mean age was 31.6±4.8 years, the mean age at the onset of AS was 21.8±10.9 years; the duration of the disease was 134.9±89.3 months. A control group comprised 30 healthy pregnant women with no history of back pain and arthritis; their mean age was 28.2±4.5 years. The pregnant women of both groups were matched for parity. They made visits at 10–11, 20–21, and 31–32 weeks of pregnancy. Pain intensity was estimated using the numerical pain rating scale (NPRS) and the functional status was assessed by the Bath Ankylosing Spondylitis Functional Index (BASFI). The Maastricht Ankylosing Spondylitis Enthesitis Score (MASES) was used to assess enthesitis.Results and discussion. During pregnancy, 94% of AS patients had back pain; its intensity by trimesters was 3 [2; 4], 4 [3; 5.5], 3 [2; 7] and was higher than in healthy pregnant women (p<0.0001). In the study group, there was a rise in pain intensity at night with increasing gestational age (n=23–28): 2 [1; 4] in the first trimester; 3 [0; 5] II in the second trimester; 3 [1; 6] in the third trimester (p< when comparing the first, second, and third trimesters) and an increase in the duration of morning stiffness (n= ): 10 [5; 20], 15 [10; 55], and 15 [5; 60] min, respectively. Moreover, the number of women who reported improvements after exercise (85–63%) and no improvement at rest (88–56%) declined (p<0.05 when comparing the first, second, and third trimesters).In the control group, 1 and 3 patients had morning back stiffness and night pain, respectively. The healthy pregnant women more frequently reported a reduction in back pain after exercise in the third trimester (66.7% of those with pain) than in the first trimester (20% of those with pain) (p<0.05).By the third trimester, the patients with AS showed a change in the nature of back pain: 43.7% of the patients reported an improvement at rest; 42.4% noted an increase in pain after exercise, while the frequency of elements of mechanical back pain was less than that in the control group (p < 0.05).The intensity of groin pain (2.4±1.9, 3.3±2.4, and 4.3±3.0 in the first, second, and third trimesters, respectively) did not differ in AS patients with and without coxitis or pelvic enthesitis. The frequency of enthesitis and MASES scores in the study group were higher than in the control group (p<0.05), the MASES scores increased with gestational age, amounting to 0 [0; 1] in the first trimester and 2 [0; 3] in the third trimester (p<0.05).Functional disorders during pregnancy increased in both groups; there was a difference in BASFI scores between the groups only in the third trimester: 3.5±2.8 and 1.7±1.2, respectively (p<0.05).Conclusion. Back pain and functional disorders increase in AS patients during gestation. Night back pain, morning stiffness, and enthesitis reflect the inflammatory activity of AS during pregnancy. Mechanical back pain joins in 40% of women with AS in the third trimester. The criteria for inflammatory back pain and BASFI require adaptation when used in pregnant women.Боль в спине воспалительного ритма и энтезиты – одни из основных клинических проявлений анкилозирующего спондилита (АС), их выраженность увеличивается в течение беременности. Однако присоединение во второй половине гестации боли в спине и, возможно, в энтезисах, связанной с физиологически протекающей беременностью, требует проведения дифференциальной диагностики для уточнения генеза боли и выбора правильной тактики ведения пациенток, что и обусловливает актуальность данного исследования.Цель исследования – изучить динамику боли в спине, энтезисах и паховой области, а также функционального статуса у пациенток с АС в течение беременности и выявить клинические признаки, наиболее точно отражающие воспалительную активность на фоне гестации.Пациенты и методы. В основную группу включено 36 беременных с достоверным диагнозом АС по модифицированным Нью-Йорским критериям (1984). Средний возраст – 31,6±4,8 года, средний возраст на момент начала АС – 21,8±10,9 года, продолжительность болезни – 134,9±89,3 мес. В контрольную группу вошли 30 здоровых беременных с отсутствием боли в спине и артритов в анамнезе, средний возраст – 28,2±4,5 года. Беременные обеих групп были сопоставимы по паритету. Визиты проводились на 10–11-й, 20–21-й и 31–32-й неделях беременности. Интенсивность боли оценивали по числовой рейтинговой шкале (ЧРШ), функциональный статус – по BASFI. Для оценки энтезита использовали счет MASES.Результаты и обсуждение. В течение беременности боль в спине беспокоила 94% больных АС, ее интенсивность по триместрам составила 3 [2; 4], 4 [3; 5,5], 3 [2; 7] и была выше, чем у здоровых беременных (p<0,0001). В основной группе с увеличением срока гестации отмечалось нарастание интенсивности ночной боли (n=23–28): I триместр – 2 [1; 4]; II – 3 [0; 5]; III – 3 [1; 6] (p<0,05 при сравнении I и II, I и III триместров) и продолжительности утренней скованности (n=28–30): 10 [5; 20], 15 [10; 55] и 15 [5; 60] мин соответственно. При этом количество женщин, отметивших улучшение после физических упражнений (85–63%) и отсутствие улучшения в покое (88–56%), уменьшилось (p<0,05 при сравнении I и II, III триместров).В контрольной группе утренняя скованность в спине была у 1, а ночная боль – у 3 пациенток. На уменьшение боли в спине после физических упражнений здоровые беременные чаще указывали в III триместре (66,7% имеющих боль) по сравнению с I (20% имеющих боль; p<0,05).У больных АС К III триместру наблюдалось изменение характера боли в спине: 43,7% пациенток отметили улучшение в состоянии покоя, 42,4% – усиление боли после физических упражнений, при этом частота элементов механической боли в спине была меньше, чем в контрольной группе (p<0,05).Интенсивность боли в паховой области (2,4±1,9; 3,3±2,4; 4,3±3,0 соответственно в I и II, III триместрах) не различалась у больных АС с кокситом и энтезитом в области таза и без них. Частота энтезита и счет MASES в основной группе были выше, чем в контрольной (p<0,05), счет MASES увеличивался со сроком беременности, составляя 0 [0; 1] в I триместре и 2 [0; 3] в III триместре (p<0,05).Функциональные нарушения в ходе гестации нарастали в обеих группах, различие значений BASFI между группами выявлено только в III триместре: 3,5±2,8 и 1,7±1,2 соответственно (p<0,05).Выводы. В ходе гестации боль в спине и функциональные нарушения у больных АС усиливаются. Ночная боль в спине, утренняя скованность и энтезит отражают воспалительную активность АС на фоне беременности. В III триместре у 40% женщин с АС присоединяется механическая боль в спине. Критерии воспалительной боли в спине и BASFI требуют адаптации для их использования у беременных
Анальгетическая терапия и проблема коморбидности
Get PDFAnalgesic therapy is an essential element of combination treatment in patients with rheumatic diseases (RDs). However, pain killers can cause serious complications. This risk is especially great in patients with comorbidities. Therefore, the individual choice of pharmacological agents for controlling acute and chronic pain in a particular patient largely depends on the presence of comorbidity. This review discusses the incidence of comorbidities in different RDs, the characteristics of adverse reactions from the intake of main analgesics, such as paracetamol, opioids, nonsteroidal anti-inflammatory drugs (NSAIDs), as well as the rational choice of a NSAID in real clinical practice.Анальгетическая терапия — необходимый элемент комплексного лечения больных с ревматическими заболеваниями (РЗ). Однако обезболивающие препараты способны вызывать серьезные осложнения. Этот риск особенно велик у пациентов с коморбидными заболеваниями. Поэтому индивидуальный выбор фармакологических средств для контроля острой и хронической боли у конкретного пациента во многом зависит от наличия коморбидной патологии. В настоящем обзоре рассматриваются частота коморбидных заболеваний при различных РЗ, особенности нежелательных реакций на фоне приема основных анальгетиков — парацетамола, опиоидов, нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП), а также вопросы рационального выбора НПВП в реальной клинической практике
Качество жизни пациентов со спондилоартритами, получающих генно-инженерную биологическую терапию
Get PDFSpondyloarthritides (SpAs) is a group of chronic inflammatory diseases of the spine, joints, and entheses characterized by common clinical, radiological, and genetic features. According to international guidelines, one of the main goals of SpA treatment is to ensure the longest possible preservation of the patient's quality of life (QOL). The use of biological agents (BAs) allows rapid clinical improvement and positively affects QOL in patients.Objective: to evaluate the efficacy of BAs on QOL in patients with SpA in real clinical practice.Patients and methods. A total of 280 patients with SpA were examined. The inclusion criteria were ≥18 years of age; compliance of the clinical picture of the disease with the ASAS criteria for axial SpA (2009) or peripheral SpA (2011); and signing the informed consent form. Disease activity was assessed using the Bath Ankylosing Spondylitis Disease Activity Index (BASDAI) and the Ankylosing Spondylitis Disease Activity Score (ASDAS); the functional status of the patients was estimated by the Bath Ankylosing Spondylitis Functional Index (BASFI), and their spinal mobility was evaluated by the Bath Ankylosing Spondylitis Metrology Index (BASMI); ASAS HI was used to comprehensively evaluate the impact of SpA on the patient's health. The European QL EQ-5D-5L and the SF-36 questionnaire were applied to determine quality of life in the patients.Results and discussion. The patients' mean age was 40.19±11.9 years; there was a male preponderance (64%); the HLA-B7-pisitive patients were 78%. The median scores were 5.40 [3.12; 6.80] for BASDAI, 3.37 [2.58; 4.15] for ASDAS, 5.30 [2.60; 7.50] for BASFI, 4.00 [2.60; 6.15] for BASMI, and 9.00 [7.00; 12.00] for ASAS HI. Forty-four patients received a variety of BAs. Patients receiving and not receiving BAs were matched for age and gender; however, the patients on biological therapy (BT) had longer disease duration and lower disease activity according to the ASDAS. There were no statistically significantly difference between the two groups in disease activity according to the BASDAI and in functional disorders according to the BASFI; but there was a tendency towards lower values in the patients on BT. Comparison of QOL in the patients of the two groups revealed statistically significant differences in SF-36 pain scale scores (p=0.02) and EQ-5D-5L indicators (p<0.01).Conclusion. BT makes it possible to successfully achieve one of the main goals of treating patients with SpA, namely to preserve QOL. The patients receiving BAs had longer disease duration, while they were comparable to those not receiving this treatment in terms of the degree of functional disorders.Спондилоартриты (СпА) – группа хронических воспалительных заболеваний позвоночника, суставов, энтезисов, характеризующихся общими клиническими, рентгенологическими и генетическими особенностями. Согласно международным рекомендациям, одной из основных целей лечения СпА является максимально долгое сохранение качества жизни (КЖ) пациента. Применение генно-инженерных биологических препаратов (ГИБП) позволяет обеспечить быстрое клиническое улучшение и положительно влияет на КЖ пациентов.Цель исследования – оценить влияние ГИБП на КЖ пациентов со СпА в реальной клинической практике.Пациенты и методы. Обследовано 280 пациентов со СпА. Критерии включения: возраст ≥18 лет, соответствие клинической картины заболевания критериям ASAS для аксиального (2009) или периферического (2011) СпА, подписание формы информированного согласия. Для оценки активности заболевания использовали индексы BASDAI и ASDAS, функционального статуса – BASFI, подвижности позвоночника – метрологический индекс BASMI, для комплексной оценки влияния СпА на здоровье пациента – ASAS HI. Для определения КЖ больных применяли европейский опросник оценки КЖ EQ-5D-5L и опросник SF-36.Результаты и обсуждение. Средний возраст пациентов составил 40,19±11,9 года, преобладали лица мужского пола (64%), позитивными по HLA-B27 были 78% больных. Медиана BASDAI – 5,40 [3,12; 6,80], ASDAS – 3,37 [2,58; 4,15], BASFI – 5,30 [2,60; 7,50], BASMI – 4,00 [2,60;6,15], ASAS HI – 9,00 [7,00; 12,00]. Различные ГИБП получали 44 больных. Пациенты, получавшие и не получавшие ГИБП, были сопоставимы по возрасту и полу, однако пациенты, находившиеся на генно-инженерной биологической терапии (ГИБТ), имели большую длительность и меньшую активность заболевания по данным индекса ASDAS. Активность заболевания по BASDAI, функциональные нарушения по BASFI у пациентов двух групп статистически значимо не различались, но наблюдалась тенденция к более низким показателям у больных, которым проводилась ГИБТ. При сравнении КЖ у пациентов двух групп выявлены статистически значимые различия в значениях шкалы «Боль» SF-36 (р=0,02) и показателях EQ-5D-5L (p<0,01).Выводы. ГИБТ позволяет успешно достигать одной из основных целей лечения пациентов со СпА – сохранения КЖ. Пациенты, получавшие ГИБП, имели большую длительность заболевания, при этом по степени функциональных нарушений они были сопоставимы с больными, которым такого лечения не проводили
Состояние минеральной плотности кости у пациентов с системной склеродермией
Get PDFObjective: to assess the frequency of a reduction in bone mineral density (BMD) and its association with traditional risk factors and clinical parameters in patients with systemic scleroderma (SSD).Patients and methods. The investigation included 330people: 190 patients (median age 55 [41; 61.5] years) with SSD and 140 control individuals (median age 57 [40.5; 66] years without a history of inflammatory rheumatic diseases. The patients were interviewed using a uniform questionnaire; dual-energy X-ray absorptiometry was used to measure BMD in the lumbar spine (Li-iv), femoral neck (FN), entire proximal femur (PF), and distal third of the forearm (DTF). The concentration of 25(OH)D was measured in 155 examinees.Results and discussion. Decreased BMD was found in 69% of patients with SSD and in 58% of controls (p=0.0392), including osteoporosis (OP) in 38 and 31% of cases, respectively. BMD in the Li-iv and FN was significantly lower in the women with SSD than in the control exam-nees, regardless of age. There was a direct correlation between BMD and body mass index (BMi) and an inverse correlation between BMD and the duration of menopause, that of the disease, and cumulative dose of glucocorticoids (GCs). Among the analyzed clinical factors, there was an inverse correlation between Li-iv BMD and erythrocyte sedimentation rate (ESR), between BMD in both femoral areas (FN and PF) and C-reactive protein (CRP). The mean concentration of 25(OH)D was 19.83+11.06 ng/mL in the patients with SSD and 23.29+8.61 ng/mL in the controls; normal vitamin D levels were detected in 9% of the patients with SSD and 24% of the controls (p<0.05).Conclusion. Low BMD was found in 69% of patients with SSD, including in those with OP (38%). Most (91%) patients had vitamin D deficiency. BMD correlated with traditional risk factors: positively with BMi and negatively with age and menopause duration. The clinical factors were found to be association with disease duration and cumulative GC dose.Цель исследования — оценка частоты снижения минеральной плотности кости (МПК) и ее взаимосвязи с традиционными факторами риска и клиническими параметрами у пациентов с системной склеродермией (ССД).Пациенты и методы. В исследование включено 330 человек: 190 пациентов с ССД (медиана возраста 55 [41; 61,5] лет) и 140 лиц контрольной группы без воспалительных ревматических заболеваний в анамнезе (медиана возраста 57[40,5; 66] лет). Пациенты были опрошены с помощью унифицированной анкеты, МПК измеряли с использованием двуэнергетической рентгеновской абсорб-циометрии в поясничном отделе позвоночника (Li-rv), шейке бедра (ШБ), проксимальном отделе бедра в целом (ПОБ) и в области трети дистального отдела предплечья (ДОП). Определение концентрации 25(OH)D проведено у 155 обследованных.Результаты и обсуждение. Сниженная МПК выявлена у 69% пациентов с ССД и 58% лиц контрольной группы (р=0,0392), в том числе остеопороз (ОП) — у 38 и 31% соответственно. Величина МПК у женщин с ССД в Li-ivu ШБ была значимо меньше, чем у обследованных контрольной группы, независимо от возраста. Установлена прямая корреляция между величиной МПК и индексом массы тела (ИМТ) и обратная — с продолжительностью постменопаузы, длительностью заболевания, кумулятивной дозой глюкокортикоидов (ГК). Среди проанализированных клинических факторов обнаружена обратная зависимость между МПК в Li-vu СОЭ; между МПК в обеих областях ПОБ (ШБ и ПОБ) и СРБ. Средняя концентрация 25(OH)D составила 19,83+11,06нг/мл у пациентов с ССД и 23,29+8,61 нг/мл у лиц контрольной группы; нормальный уровень витамина D определен у 9 и 24% обследованных соответственно (p<0,05).Выводы. Низкая МПК выявлена у 69% пациентов с ССД, в том числе ОП - у 38%. Недостаточность и дефицит витамина D имелись у 91% больных. Величина МПК коррелировала с традиционными факторами риска: позитивно с ИМТ и негативно с возрастом и продолжительностью постменопаузы. Среди клинических факторов установлена связь с длительностью заболевания и кумулятивной дозой ГК
Аксиальный спондилоартрит: современный взгляд на концепцию и эволюцию болезни
Get PDFThe article provides data on the terminology and classification of spondyloarthritis (SpA) and highlights the current concept of axial SpA (axSpA). It gives the comparative characteristics of international cohorts of patients with axSpA. The review describes the role of magnetic resonance imaging and radiography in the diagnosis and study of the evolution of axSpA.В статье представлены данные о терминологии, классификации спондилоартритов (СпА) и освещена современная концепция аксиального СпА (аксСпА). Приведена сравнительная характеристика международных когорт пациентов с аксСпА. Описана роль магнитно-резонансной томографии и рентгенографии в диагностике и изучении эволюции аксСпА