Almanac of Clinical Medicine (E-Journal) / Альманах клинической медицины
Not a member yet
574 research outputs found
Sort by
ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ СИСТЕМЫ МИКРОЦИРКУЛЯЦИИ КРОВИ МЕТОДОМ ЛАЗЕРНОЙ ДОПЛЕРОВСКОЙ ФЛОУМЕТРИИ В КЛИНИЧЕСКОЙ МЕДИЦИНЕ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ
No full textThe paper presents a review of the research update on the blood microcirculation system assessed with laser Doppler flowmetry (LDF). Specific procedures for measurement of the microcirculation index by LDF and individual variability of microcirculation parameters during their real time assessment in vivo are discussed. In physiological conditions, a relative deviation of the results of measurements by LDF is within the range±35% and above from the mean value of the microcirculation index. This imposes certain limitations on the interpretation of the diagnostic results in terms of the “normal or pathologic”. Specifics of performance of functional stress tests on the microcirculation system are reviewed. Diagnostic criteria based on functional stress testing of the microcirculation system, which can be implemented with methodologically strict normatives and regulations, for examples, those for the occlusion test, are more reliable from metrologic perspective and significant compared to the results obtained without stress testing. Problems of implementation of the functional tests into clinical practice are discussed. It was shown that they may have a potentially wide spectrum of clinical indications, from functional diagnostics and early detection of microcirculatory abnormalities in diabetes mellitus, arterial hypertension and other diseases associated with microcirculatory disorders, to the physical rationale of exposure parameters, as well as objectification of efficiency of medical procedures aimed to stimulation of the microcirculatory functions in a patient's tissues and organs.В статье представлен обзор современных данных по исследованию системы микроциркуляции крови методом лазерной доплеровской флоуметрии (ЛДФ). Рассмотрены особенности оценки показателя микроциркуляции методом ЛДФ, обсуждается индивидуальная вариабельность параметров микроциркуляции, измеряемых в реальном масштабе времени in vivo. Относительный физиологический разброс результатов измерений в ЛДФ находится в диапазоне не менее ±35% от среднего измеренного значения показателя микроциркуляции. Это накладывает определенные ограничения на интерпретацию результатов диагностики в терминах «норма/патология». Раскрываются особенности выполнения функциональных нагрузочных проб на систему микроциркуляции крови. Диагностические критерии по результатам функциональных проб на систему микроциркуляции крови, выполнение которых может быть методически строго нормировано и регламентировано, например, по результатам окклюзионного теста, являются более метрологически надежными и достоверными по сравнению с данными исследований параметров в фоновых тестах без нагрузок. Обсуждаются вопросы внедрения данных функциональных проб в клиническую практику. Показано, что спектр их применения в клинике может быть широк – от функциональной диагностики и раннего выявления нарушений микрогемодинамики при сахарном диабете, артериальной гипертонии и других заболеваниях, ассоциированных с нарушениями в системе микроциркуляции крови, до физического обо- снования параметров воздействия и объективизации эффективности проведения тех или иных терапевтических процедур, направленных на стимулирование микроциркуляторных функций в тканях и органах пациента.
Диагностика и лечение боевых повреждений уха
No full textThe authors discuss specifics of the wound process in modern combat injury of the ear, significance and specifics of diagnosis of gunshot ear injury related to individual characteristics of gunshot wounds with consideration of the accepted anatomical classification of the injured zones. Typical complications of ear injuries are described that can result in death. The authors analyze an approach to surgical treatment of traumatic ear injuries based on their own experience, including non-conventional choice of the type of surgery. They proposed an algorithm to assess the auditory and vestibular analyzers in the injured based on their analysis of date obtained from 772 patients, determine types of pure-tone audiograms typical for acoustic and barotrauma, and underline the informative value of optokinetic nystagmus assessment. Various types of conservative management of the sequelae of the mine-blast ear trauma are discussed aimed at potential minimization of the post-traumatic reactions of the auditory and vestibular analyzers. The authors draw attention to the importance of early treatment, the highest effectiveness of combination therapy and plasmapheresis. They propose their experience of care for the above mentioned traumatic injuries to improve treatment efficacy.В статье обсуждаются особенности течения раневого процесса при современной боевой травме уха, показаны актуальность и специфика диагностики огнестрельных поражений уха, обусловленные индивидуальностью каждого ранения, с учетом принятой анатомической классификации зон поражения. Описаны типичные осложнения ранений уха, которые могут привести к летальным последствиям. Рассматривается разработанный на основе авторского опыта подход к хирургическому лечению травматических поражений уха, в том числе в плане нестандартного определения вида операции. Предлагается алгоритм обследования состояния слухового и вестибулярного анализаторов у пострадавших (предложен на основании анализа данных 772 пациентов). Определены характерные для акубаротравмы виды тональных аудиограмм. Выделяется информативность определения оптокинетического нистагма. Рассматриваются варианты консервативного лечения последствий минно-взрывной травмы уха для возможной минимизации посттравматической реакции слухового и вестибулярного анализаторов. Обращается внимание на важность раннего начала лечения, наибольшую эффективность комплексной терапии и методов плазмафереза. Для повышения эффективности лечения предлагается авторский опыт оказания помощи при обсуждаемых травматических поражениях
ОТОРИНОЛАРИНГОЛОГИЧЕСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ СТАРО-ЕКАТЕРИНИНСКОЙ БОЛЬНИЦЫ (НЫНЕ – МОНИКИ) –ПЕРВАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ЛОР-КЛИНИКА
No full text.
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ ФИЗИЧЕСКИХ ПАРАМЕТРОВ БЕЛКОВ СЫВОРОТКИ КРОВИ ДЛЯ РАЗВИТИЯ МЕТОДОВ ДИАГНОСТИКИ ЗЛОКАЧЕСТВЕННЫХ НОВООБРАЗОВАНИЙ
No full textBackground: A fundamental problem of medical diagnostics as an assessment of human plasma and serum proteins in various pathologic states. Physical molecular and dynamic characteristics of proteins that are significantly changed during a disease have been proposed as diagnostic parameters. Aim: To conduct fundamental research on molecular properties of serum proteins, such as their mobility, intermolecular interactions, aggregation/formation of nanoscale protein clusters, abnormalities of the surface charge, etc., for subsequent development of methods for early diagnostics of cancer based on laser light scattering and fluorescence. Materials and methods: The parameters of protein dynamics were assessed by laser light scattering methods. Results: We performed comparative assessments in model systems and native serum samples for cancer diagnostics and analyzed the possibility to use optical parameters of water serum solutions for development of cancer diagnostic methods. Conclusion: Light scattering methods provide sufficient information on changes of the static and dynamic properties of the serum proteins over time during various pathological conditions.Актуальность. Для медицинской диагностики фундаментальной проблемой является исследование воздействия патологического состояния человека на белки плазмы и сыворотки крови. В качестве диагностических параметров предлагается использовать физические молекулярно-динамические характеристики белков, которые существенно изменяются при развитии болезни. Цель – проведение фундаментальных исследований молекулярных свойств белков сыворотки крови (их подвижность, межмолекулярные взаимодействия, агрегация – образование наноразмерных белковых кластеров, изменение поверхностного заряда и др.) для развития методики диагностики онкологических заболеваний, направленной на создание экспресс-метода на базе лазерного светорассеяния и флуоресценции. Материал и методы. Для определения динамических параметров белков использованы методы лазерного светорассеяния. Результаты. Проведены сравнительные исследования модельных систем и нативных образцов сыворотки крови для диагностики новообразований и рассмотрена возможность применения оптических параметров водных растворов сыворотки крови для создания методов диагностики онкологических заболеваний. Заключение. Методы светорассеяния дают достаточную ин- формацию об изменении статических и динамических свойств белков сыворотки крови при патологии.
СТРУКТУРЫ СПИННОМОЗГОВОЙ ЖИДКОСТИ В ДИАГНОСТИКЕ И ОЦЕНКЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ ЛЕЧЕНИЯ БОЛЬНЫХ НЕЙРОСИФИЛИСОМ
No full textBackground: In the last years, there has been an increase in cases of latent and late neurosyphilis. Due to the wide implementation of antibiotics, there is a significant reduction in sensitivity of serological and general clinical tests used for diagnosis of this disease. The situations are not uncommon when it is not possible to exclude or confirm the invasion of Treponema pallidum into the nervous system structures. Absence of objective diagnostic criteria for neurosyphilis hints the timely administration of an adequate treatment aimed at prevention of an irreversible derangement of the nervous system and to the patient death. Aim: To search for new diagnostic symptoms of an injury to the brain structures caused by Treponema pallidum in patients with previous syphilis, based on a new technology of assessment of solid phase structures of cerebrospinal fluid. Materials and methods: One hundred and thirty one patient that had been treated for various forms of syphilis were recruited to this study. In addition to generally accepted clinical and laboratory assessments, including various serological methods, all patients underwent clinical and serological assessment of cerebrospinal fluid (CSF). According to the results of this assessment, all patients were categorized into three groups. Group 1 (n=27) consisted of patients with early asymptomatic neurosyphilis, group 2 (n=46), with late meningovascular neurosyphilis, group 3 (n=58), those without diagnosed neurosyphilis but with strong positive serum tests, negative CSF serology and negative VDRL test. An innovative method of marginal dehydration of biological fluids was used. The method is included into the Lithos-system diagnostic technology and allows for evaluation of the structures of CSF systems “lipid – water”, “lipid – protein – water” after their transition from liquid crystal phase into a solid phase. These structures called anisomorphons are seen only at polarized microscopy. The control group comprised 24 patients from in-patient department of neurology and neurosurgery with serous meningitis (n=8), as well as with purulent meningitis and meningoencephalitis (n=16) of bacterial etiology. Results: The morphological sign of a destructive process in central nervous system of neurosyphilis patients was represented by amorphous ovals that were absent in normal CSF. In group 1 patients, the amorphous ovals were found in small numbers within basic anisomorphons – dendrites. In group 2 patients, multiple separated amorphous ovals were detected as spheres, as well as basic anisomorphons – dendrites, fully filled with spheres made of amorphous ovals. Based on these characteristics, in 2 patients from group 3, early asymptomatic neurosyphilis was diagnosed, and in 5 patients, late meningovascular syphilis. At follow-up of 22 patients from group 2, positive trend towards normalization of CSF anisomorphons were seen only after 6 months of additional specific treatment. Conclusion: Assessment of CSF anisomorphon contents in patients with neurosyphilis by means of marginal dehydratation may serve as an additional diagnostic criterion of an early or late phase of neurosyphilis, help decide on the sanitation of the central nervous system and assess the treatment efficacy. Актуальность. В последние годы наблюдается увеличение числа скрытых и поздних форм нейросифилиса. В результате широкого применения антибиотиков произошло значительное снижение чувствительности серологических и общеклинических тестов, используемых для диагностики этого заболевания. Нередко возникают ситуации, в которых нельзя исключить или подтвердить инвазию бледной трепонемы в структуры нервной системы. Отсутствие объективных критериев диагностики нейросифилиса препятствует своевременному назначению адекватной терапии, направленной на предупреждение развития необратимых нарушений в нервной системе и гибели пациента. Цель – поиск новых диагностических признаков повреждения структур мозга бледной трепонемой у больных с перенесенным ранее сифилисом на основе новой технологии исследования твердофазных структур спинномозговой жидкости. Материал и методы. В исследование включен 131 пациент, ранее получавший лечение по поводу разных форм сифилиса. Помимо общепринятого клинико-лабораторного обследования, включая серологическое исследование сыворотки крови различными методами, всем пациентам проведено общеклиническое и серологическое исследование спинномозговой жидкости (СМЖ). По результатам обследования всех пациентов разделили на три группы: 1-ю группу (n=27) составили пациенты с диагнозом раннего асимптомного нейросифилиса, 2-ю (n=46) – позднего менинговаскулярного нейросифилиса, 3-ю (n=58) – без установленного диагноза нейросифилиса, но с резкоположительными/положительными серологическими показателями в сыворотке крови, отрицательными значениями серологических показателей в СМЖ, отрицательным VDRL-тестом. Использован инновационный метод краевой дегидратации биологических жидкостей. Метод входит в состав диагностической технологии «Литос-система» и позволяет изучить структуры СМЖ систем «липид – вода», «липид – белок – вода» при их переводе из жидкокристаллического состояния в твердое. Эти структуры – анизоморфоны – видны только при микроскопии в поляризованном свете. Контрольную группу составили 24 пациента неврологического и нейрохирургического стационаров с серозным менингитом (8 человек), а также гнойным менингитом и менингоэнцефалитом (16 человек) бактериальной этиологии. Результаты. Морфологическим признаком деструктивного процесса в центральной нервной системе больных нейросифилисом были аморфные овалы, которые у здоровых людей в СМЖ отсутствуют. У пациентов 1-й группы аморфные овалы обнаруживались в небольшом количестве в составе базисных анизоморфонов – дендритов. У больных из 2-й группы определялось множество отдельно лежащих аморфных овалов в виде шаров, а также базисных анизоморфонов – дендритов, пространства в которых были плотно заполнены шарами из аморфных овалов. На основании этих признаков 2 пациентам из 3-й группы был диагностирован ранний асимптомный нейросифилис, а 5 – поздний менинговаскулярный. При динамическом наблюдении 22 больных 2-й группы положительные сдвиги в сторону нормализации анизоморфонов СМЖ отмечались только через 6 месяцев после дополнительного курса специфического лечения. Заключение. Исследование состава анизоморфонов СМЖ больных нейросифилисом методом краевой дегидратации может служить дополнительным критерием диагностики, позволяющим определить раннюю или позднюю формы нейросифилиса, признаки санации центральной нервной системы и оценить эффективность проводимой терапии
ИЗУЧЕНИЕ АССОЦИАЦИИ ПОЛИМОРФИЗМА RS5219 ГЕНА KCNJ11 С РИСКОМ РАЗВИТИЯ САХАРНОГО ДИАБЕТА 2-ГО ТИПА
No full textBackground: Type 2 diabetes mellitus (T2DM) represents from 90 to 95% of all diabetes and usually occurs in obese individuals above 40 years of age, is highly prevalent, associated with high morbidity and mortality from complications involving, first of all, the cardiovascular system. The risk of T2DM is determined by combined effects of genetic and environmental factors. Genes associated with T2DM have been identified, including the gene of ATPdependent potassium channel (KCNJ11); the prevalence of its polymorphisms may have some regional characteristics.Aim: To study an association between rs5219 KCNJ11 gene polymorphisms and the risk of T2DM in the population of the Moscow Region.Materials and methods: The study involved 1050 subjects, including 311 men and 739 women, 139 of whom (17 men and 122 women) had T2DM. Genotyping of rs5219 KCNJ11 gene polymorphisms was performed with the use of allele-specific amplification, the real-time detection and TaqMan-probes complementary to the DNA polymorphism sites.Results: The analysis of rs5219 KCNJ11 polymorphism frequencies showed that 14.2% of patients had TT genotype, 44.8 – CT genotype, and 41.1% – normal (wild) CC genotype. The prevalence of the mutant T allele was 36.6%, that of the C allele – 63.4%. The frequency of the mutant T allele in patients with obesity (body mass index≥30 kg/m²) was not significantly different from that in patients without obesity (body mass index30 kg/m²) (38.8% and 35.7%, respectively, odds ratio (OR) 1.14, 95% confidence interval (CI) 0.907–1.439, p=0.26). At the same time, energy expenditure at rest per kg of lean body mass was significantly lower in men who have rs5219 KCNJ11 gene polymorphism, both in homoand heterozygotes. The frequency of the T allele and TT genotype in diabetic patients was higher than in the control group. An association between TT genotype and the risk of T2DM was found (OR 2.35, CI 1.018–5.43, p=0.04).Conclusion: In the population of the Moscow Region, gene polymorphism rs5219 KCNJ11 contributes to the risk of developing T2DM which is most obvious and statistically significant in homozygotes.Актуальность. Сахарный диабет (СД) 2-го типа составляет 90–95% всех случаев СД, как правило, развивается у людей старше 40 лет, страдающих ожирением, отличается высокой распространенностью, заболеваемостью и смертностью от осложнений, в первую очередь со стороны сердечно-сосудистой системы. Риск развития СД 2-го типа определяется совместным действием генетических и средовых факторов. Идентифицированы гены, ассоциированные с СД 2-го типа, к ним относится ген АТФ-зависимого калиевого канала (KCNJ11), распространенность полиморфизма которого имеет региональные особенности. Цель – изучение ассоциации полиморфизма rs5219 гена KCNJ11 с риском развития СД 2-го типа у жителей Московского региона.Материал и методы. Обследованы 1050 человек, из них 311 мужчин и 739 женщин. СД 2-го типа имели 139 человек (17 мужчин и 122 женщины). Генотипирование полиморфизма rs5219 гена KCNJ11 проводили с применением аллель-специфичной амплификации с детекцией результатов в режиме реального времени и использованием TaqMan- зондов, комплементарных полиморфным участкам дезоксирибонуклеиновой кислоты.Результаты. Анализ частоты встречаемости полиморфизма rs5219 гена KCNJ11 показал, что 14,2% обследованных имели генотип ТТ, 44,8% – генотип СТ, 41,1% – нормальный (дикий) генотип СС. Распространенность мутантного аллеля Т составляла 36,6%, аллеля С – 63,4%. Частота встречаемости мутантного аллеля Т статистически значимо не отличалась у об- следованных с ожирением (индекс массы тела≥30 кг/м²) от обследованных с индексом массы тела30 кг/м² (38,8% против 35,7%), отношение шансов (ОШ) 1,14, 95% доверительный интервал (ДИ) 0,907–1,439; p=0,26. Вместе с тем величина энерготрат в покое, рассчитанная на 1 кг мышечной массы тела, была достоверно ниже у мужчин, имеющих полиморфизм rs5219 гена KCNJ11, как при гомо-, так и при гетерозиготном типе. Частота встречаемости аллеля Т и генотипа ТТ у пациентов с СД 2-го типа была выше, чем в группе сравнения. Выявлена ассоциация генотипа ТТ с риском развития СД 2-го типа (ОШ 2,35, 95% ДИ 1,018–5,43; p=0,04).Заключение. У жителей Московского региона полиморфизм rs5219 гена KCNJ11 (аллель ри- ска Т) вносит свой вклад (наиболее выраженный и статистически значимый при гомозиготном носительстве аллеля Т) в риск развития СД 2-го типа
СОЛИТАРНАЯ ФИБРОЗНАЯ ОПУХОЛЬ ОРБИТЫ У БОЛЬНОЙ НЕЙРОФИБРОМАТОЗОМ I ТИПА И РАКОМ ТЕЛА МАТКИ
No full textWe present a rare combination of a solitary fibrous orbital tumor and uterine cancer in a female patient with type I neurofibromatosis. This 77-year old patient developed a left painless exophthalmos within 2 years and decreased visual acuity of the left eye. At the age of 20 she was diagnosed with type I neurofibromatosis. Half a year ago she underwent hysteron-oophorectomy due to uterine adenocarcinoma. The visual acuity of her left eye was decreased to 0.3, with an increase of intraocular pressure to 30 mm Hg. She had a 13-mm left-sided exophthalmos with misplacement of the eye downwards and laterally at 40°. Reposition of the left eye was severely impaired, with limitation of the eye movements to all directions. Ophthalmoscopy showed optic disc discoloration and blunting of its inner border. The patient underwent trans-conjunctival orbitotomy, with removal of three encapsulated tumor nodules. Histological and immunochemical studies of the removed tissue identified solitary fibrous tumor of the left orbit with an undetermined malignant potential. In the post-operative period, visual acuity of the left eye was 0.2, with no exophthalmos and right position of the eye. There was a non-significant limitation of the left eye movement to the left and to the right. X-ray computed tomography confirmed radical tumor excision. Conclusion: Solitary fibrous tumor is a rare orbital neoplasm. Nevertheless, it should be included into the differential diagnosis list of spin-cell orbital tumors. It is necessary to aim at tumor removal through the least traumatic orbital access. Relapsing course of the tumor is the rationale for a long-term follow-up of patients after removal of solitary fibrous orbital tumor.Представлено редкое сочетание солитарной фиброзной опухоли орбиты и рака тела матки у больной нейрофиброматозом I типа. У больной 77 лет в течение 2 лет развился левосторонний безболезненный экзофтальм и снизилась острота зрения левого глаза. В возрасте 20 лет ей был установлен диагноз нейрофиброматоза I типа. Полгода назад перенесла гистероовариоэктомию по поводу аденокарциномы матки. Острота зрения левого глаза снижена до 0,3, внутриглазное давление повышено до 30 мм рт. ст. Отмечался левосторонний экзофтальм в 13 мм со смещением глаза книзу и латерально на 40°. Резко затруднена репозиция левого глаза. Его подвижность была ограничена во всех направлениях. При офтальмоскопии выявлена деколорация диска зрительного нерва, «стушеванность» его внутренней границы. Больной была произведена трансконъюнктивальная орбитотомия, в ходе которой удалено три инкапсулированных узла опухоли. При гистологическом и иммуногистохимическом исследованиях удаленного материала выявлена солитарная фиброзная опухоль левой орбиты с неопределенным потенциалом злокачественности. В послеоперационном периоде острота зрения левого глаза 0,2. Экзофтальма нет, положение левого глаза правильное. Имелось незначительное ограничение подвижности левого глаза влево и вправо. Рентгеноконтрастная томография подтвердила радикальное удаление опухоли. Заключение. Солитарная фиброзная опухоль – редкая опухоль орбиты. Тем не менее она должна быть включена в дифференциально-диагностический ряд веретеноклеточных опухолей орбиты. Необходимо стремиться удалять опухоль наименее травматичным орбитальным доступом. Рецидивирующий характер опухоли определяет целесообразность длительного динамического наблюдения за больными после удаления солитарной фиброзной опухоли орбиты.
КАЛЬЦИФИКАЦИЯ СОСУДОВ, АТЕРОСКЛЕРОЗ И ПОТЕРЯ КОСТНОЙ МАССЫ (ОСТЕОПОРОЗ): НОВЫЕ ПАТОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ МЕДИКАМЕНТОЗНОЙ ТЕРАПИИ
No full textVascular calcification or ectopic mineralization in blood vessels is an active, cell-regulated process, increasingly recognized as a general cardiovascular risk factor. Ectopic artery mineralization is frequently accompanied by decreased bone mineral density or disturbed bone turnover and development of the osteoporosis. The latest data support the correlation of osteoporosis and atherosclerosis, indicating the parallel progression of two tissue destruction processes with increased fatal and nonfatal coronary events, as well as a higher fracture risk. Patients with osteoporosis, have a higher risk of cardiovascular diseases than subjects with normal bone. Many proteins responsible for bone formation and resorption have been identified in the arterial wall. Vascular calcification includes mostly osteogenic and, to a lesser extent chondrogenic differentiation of osteoblasts and osteoclast-like cells. It has been shown that many of the regulators of bone formation and resorption some bone structural proteins, such as osteoprotegerin (OPG), receptor activator of nuclear factor-κB ligand (RANKL) are also expressed in the atherosclerotic plaque. When RANKL binds to RANK, osteoclasts are activated and bone resorption occurs and processes of vascular calcification become also activated. OPG, protein homologue to receptor activator of nuclear factor-κB (RANK), can bind to RANKL, blocking the binding of RANKL to RANK, that results in inhibition of differentiation of preosteoclasts to mature osteoclasts, lower osteoclast capacity for resorption of bone mineral matrix, and development vascular calcification. The latest data supports that cathepsin K, a cysteine protease, can efficiently degrade type I and II collagen, both of which are major matrix components of the bone and atherosclerotic plaque. These findings further underscore the potential of cathepsin K as a target for novel molecules to treat osteoporosis and atherosclerosis. Thus, the discovery of the cytokine RANKL-RANK-OPG system and significant role of the cathepsin K in the process of bone remodeling, vascular calcification and atherosclerosis has made progress in understanding the mechanisms of disease development and possibly to develop new dual therapies. New therapies for osteoporosis and atherosclerosis that may potentially improve or augment existing treatments include the recently approved anti-receptor activator of NF-κB-ligand monoclonal antibody fms (denosumab) and the cathepsin K inhibitor odanacatib, presently in the late stage of clinical development.Кальцификация, или эктопическая минерализация, кровеносных сосудов – активный процесс, регулируемый клетками, который получает все большее признание как общий сердечно-сосудистый фактор риска. Эктопическая минерализация артерий часто сопровождается уменьшением плотности костной ткани или нарушением костного обмена с развитием остеопороза. Последние данные подтверждают связь остеопороза с атеросклерозом, что свидетельствует о параллельном прогрессировании дегенеративных процессов в этих двух тканях, увеличивающем частоту летальных и нелетальных сердечно-сосудистых событий и повышающем риск переломов. У пациентов с остеопорозом имеется более высокий риск сердечно-сосудистых заболеваний, чем у лиц со здоровой костной тканью. В артериальной стенке найдено много белков, участвующих в процессах костеобразования и костной резорбции. Кальцификация сосудов подразумевает в большей степени остеогенную и в меньшей – хондрогенную дифференцировку остеобластов и остеокласто-подобных клеток. Показано, что в атеросклеротической бляшке также экспрессируются многие регуляторы костеобразования и костной резорбции, некоторые структурные белки кости, такие как остеопротегерин (OPG) и лиганд-рецептор активатора ядерного фактора κB (RANKL). После связывания RANKL с RANK происходит активация остеокластов, усиливается костная резорбция и процессы кальцификации сосудов. OPG, белок, гомологичный рецептору активатора ядерного фактора κB (RANK), может связываться с RANKL, блокируя связывание последнего с RANK, что ведет к угнетению дифференцировки преостеокластов в зрелые остеокласты, снижению способности остеокластов резорбировать минеральный матрикс кости и кальцификации сосудов. Самые последние данные подтверждают, что катепсин К (цистеинпротеаза) может активно разрушать коллаген I и II типов – основной компонент матрикса кости и атеросклеротической бляшки. Эти данные еще больше подчеркивают перспективность использования катепсина К как мишени действия новых молекул для лечения остеопороза и атеросклероза. Таким образом, открытие системы цитокинов RANKL-RANK-OPG и важнейшей роли катепсина К в ремоделировании костной ткани, сосудистой кальцификации и атеросклероза – шаг вперед в понимании механизмов развития заболеваний и, возможно, в разработке новых лекарств двойного действия. Новые препараты для лечения остеопороза и атеросклероза, способствующие усовершенствованию и повышению эффективности существующих методов лечения, – это недавно зарегистрированный антагонист лиганда рецептора активатора ядерного фактора κB моноклональное антитело деносумаб и ингибитор катепсина К одана-катиб, который в настоящее время находится в третьей фазе клинических испытаний
ПРОБЛЕМЫ СВЕРТЫВАЮЩЕЙ СИСТЕМЫ КРОВИ И ТРОМБОЭМБОЛИЧЕСКИЕ ОСЛОЖНЕНИЯ В ОСТРОМ ПЕРИОДЕ ИНСУЛЬТА
No full textBackground: High prevalence of stroke and constant mortality which is related to thromboembolic complications in one fourth of patients make it necessary to continue evaluation of clinically precise and technologically feasible methods of adequate control of coagulation and anticoagulation systems and predicting of venous thromboses and embolism. Aim: To improve diagnostics and treatment of patients with acute stroke of various types through assessment of haemostasis system and pathophysiological mechanisms of venous thromboembolism (VTE). Materials and methods: One hundred and forty five (145) patients with acute cerebral stroke (mean age, 69±13.2 years; 75 male and 70 female) were included into the study. All patients were admitted to the neuroresuscitation unit within 6 to 24 hours from manifestation; the diagnosis was verified by multiaxial computerized tomography. One hundred and four (104) (71.7%) of patients had ischemic stroke, 41 (28.3%) of patients had hemorrhagic stroke. At admittance, all patients had a certain level of consciousness derangement. All patients were monitored by means of computerized tomography, general and neurological assessment, functional assessment, chest X-ray, ultrasound examination of extremities and assessment of haemostasis (screening and direct thrombodynamics test). Results: In 95% of cases, VTE risk factors were found; VTE developed in 40 (27.6%) of patients. The most frequent complication was pulmonary embolism (90% of all VTE and 24.8% of 145 patients). In-hospital mortality was 44.1% (n=64) and correlated with VTE (r=0.384; р0.01). Outcomes of ischemic stroke depended mainly on VTE (at autopsy, they were found in 58.5% of patients with ischemic stroke and in 26.1% of those with hemorrhagic stroke) and other complications. Outcomes of hemorrhagic insult depended on the size of the lesion that correlated with severity of clinical symptoms. Screening coagulation parameters were not informative enough for the assessment of haemostasis. Development of VTE correlated with some hypercoagulation in the first days after stroke that were quickly transformed into hypocoagulation. This process could be reliably assessed by the thrombodynamics test. Conclusion: Taking into account high incidence of VTE in patients with severe stroke and low informative value of coagulation screening, it is reasonable to use direct methods of haemostasis assessment and individualized approached to preventive and therapeutic anticoagulation.Актуальность. Высокая распространенность инсульта и сохраняющаяся летальность, в том числе у каждого четвертого больного за счет тромбоэмболических осложнений, обусловливают необходимость продолжать поиск клинически точных и технологически удобных методов своевременного контроля за состоянием свертывающей/ антисвертывающей системы и прогнозирования развития венозных тромбозов и тромбоэмболий. Цель – улучшение результатов диагностики и лечения больных с острым инсультом различного характера на основании изучения системы гемостаза и механизмов развития венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО). Материал и методы. В исследование включены 145 пациентов с острым церебральным инсультом (средний возраст 69±13,2 года; 75 мужчин и 70 женщин), госпитализированных в нейрореанимационное отделение в период от 6 до 24 часов от начала заболевания с верифицированным с помощью спиральной компьютерной томографии диагнозом. У 104 (71,7%) пациентов инсульт был ишемическим, у 41 (28,3%) – геморрагическим. Все пациенты при госпитализации имели различную степень депрессии сознания. Всем больным проведен комплексный мониторинг в динамике, включающий компьютерную томографию, общий и неврологический осмотр, оценку неврологического и функционального статусов, рентгенографию органов грудной клетки, ультразвуковое исследование конечностей, исследование гемостаза скрининговым методом и прямым методом «Тромбодинамика». Результаты. В 95% случаев выявлены факторы риска ВТЭО, которые развились у 40 (27,6%) пациентов. Самым частым осложнением была тромбоэмболия легочной артерии – 90% случаев ВТЭО (24,8% от всех 145 больных). С развитием ВТЭО коррелировала госпитальная летальность (r=0,384; р0,01), составившая 44,1% (n=64). Исход ишемического инсульта в основном зависел от развития ВТЭО (ВТЭО были у 58,5% умерших пациентов с ишемическим инсультом и у 26,1% с геморрагическим инсультом) и других отягощающих его течение осложнений, а исход геморрагического инсульта предопределял размер очага, коррелирующий с тяжестью клинической симптоматики. Продемонстрирована низкая информативность скрининговых показателей коагулограммы в отношении состояния гемостаза. Развитие ВТЭО коррелировало с невыраженной гиперкоагуляцией в первые дни заболевания, сменяющейся в короткие сроки на гипокоагуляцию, что информативно определялось с помощью теста «Тромбодинамика». Заключение. Учитывая высокую частоту развития ВТЭО у пациентов с тяжелым инсультом наряду с низкой информативностью скрининговых показателей коагулограммы, целесообразно применение прямых методов исследования гемодинамики и индивидуализированного подхода к проведению профилактической и лечебной антикоагулянтной терапии