Russian Journal of Pediatric Surgery, Anesthesia and Intensive Care / Российский вестник детской хирургии, анестезиологии и реаниматологии
Not a member yet
979 research outputs found
Sort by
Валидация неинвазивного мониторинга оценки индивидуального ответа на гиповолемию
No full textBackground. Humans are able to compensate for significant blood loss with little change in traditional vital signs, limiting early detection and intervention. We hypothesized that the Compensatory Reserve Index (CRI), a new hemodynamic parameter that trends changes in intravascular volume relative to the individual patient’s response to hypovolemia, would accurately trend each subject’s progression from normovolemia to decompensation (systolic blood pressure 80) and back to normovolemia in humans. Methods. Men and women, ages 19 years to 36 years, underwent stepwise (~333mL aliquot) removal and replacement of 20% blood volume (men, 15 mL/kg; women, 13 mL/kg) via a large bore intravenous (i. v.) line. During each experiment, subjects were monitored with four CipherOx CRI Tablets. Withdrawn blood was reinfused at the end of each experiment. Results. Forty-two subjects (24 men; 18 women) were enrolled in the study, of which 32 completed the protocol. Seven subjects became symptomatic and collapsed (systolic blood pressure 80), six never achieving maximum blood loss; each was rescued with a saline infusion followed by reinfusion of their stored blood. The mean CRI at baseline for all 42 subjects was 0.9 ± 0.04. The mean CRI for the 32 subjects while asymptomatic at maximum blood loss was 0.611 ± 0.028. For the asymptomatic subjects, the average blood loss volume was 1018 mL ± 286 mL. In comparison, the mean CRI at maximum blood loss for the seven subjects who collapsed was 0.15 ± 0.007 and their average blood loss volume was 860 ± 183 mL. Mean CRI after reinfusion of blood was 0.89 ± 0.02. In addition symptomatic subjects demonstrated three times larger average decrease in CRI per liter of blood removed, 0.85 versus 0.28 for asymptomatic subjects. Conclusion. CRI trends change in intravascular volume relative to an individual’s response to hypovolemia and is sensitive to the differing risks associated with individuals’ differing tolerance to volume loss. (J Trauma Acute Care Surg. 2017;83: S104–S111. DOI: 10.1097/TA.0000000000001511. Copyright © 2017 Wolters Kluwer Health, Inc. All rights reserved.) Level of evidence. Prognostic study, level II.Предпосылки. При значительной кровопотере человек способен с помощью компенсаторных механизмов довольно успешно поддерживать жизненно важные показатели, поэтому ранняя диагностика и коррекция гиповолемии является одной из сложнейших задач. Мы предположили, что индекс компенсаторного резерва (ИКР), новый гемодинамический маркер, который отражает колебания внутрисосудистого объема, обусловленные индивидуальной реакцией пациента на гиповолемию, позволит достаточно точно проследить у каждого пациента динамику от нормоволемии до декомпенсации (систолическое артериальное давление 80) и обратно к нормоволемии. Методы. В исследовании принимали участие мужчины и женщины в возрасте от 19 до 36 лет. Гиповолемию симулировали путем пошагового изъятия (примерно по 333 мл) и последующего возмещения 20% ОЦК (мужчины 15 мл/ кг; женщины 13 мл/кг) с помощью внутривенной линии большого диаметра. В ходе всех исследований участникам проводили мониторинг ИКР с помощью четырех портативных планшетов CipherOx CRI. В конце каждого эксперимента проводили реинфузию изъятой крови. Результаты. В исследовании приняли участие 42 человека (24 мужчины и 18 женщин), из которых 32 завершили исследование в соответствии с протоколом. У семи участников отмечались симптомы коллаптоидного состояния (систолическое артериальное давление 80); у шести участников не удалось достичь максимальной кровопотери. Для восстановления ОЦК эти участники получили экстренную инфузию физиологического раствора с последующим возвратом ранее изъятой крови. Средний ИКР на исходном этапе составил 0,9±0,04 у всех 42 участников. У 32 участников, завершивших протокол, на фоне максимальной кровопотери средний ИКР составил 0,611±0,028, причем средний объем изъятой крови составил 1018±286 мл. Для сравнения, средний ИКР на фоне максимальной кровопотери у семи участников с коллапсом составил 0,15±0,007, при этом средний объем кровопотери у них составил 860±183 мл. Средний ИКР после реинфузии крови составил 0,89±0,02. Кроме того, у участников с симптомами снижения артериального давления было отмечено в три раза более выраженное снижение ИКР на литр изъятой крови: 0,85 по сравнению с 0,28. Выводы. ИКР отражает колебания внутрисосудистого объема, обусловленные индивидуальным ответом пациента на гиповолемию. Этот гемодинамический маркер чувствителен к рискам, ассоциированным с различающейся индивидуальной переносимостью кровопотери. (J. Trauma Acute Care Surg. 2017;83: S104-S111. DOI: 10.1097/TA.0000000000001511. Авторское право © Wolters Kluwer Health, Inc., 2017 г. Все права защищены) Прогностическое исследование, уровень доказательности II
Деструктивные пневмонии у детей
No full textPurpose. A complicated acute destructive pneumonia is one of the most severe purulent and septic diseases in children. The issue is pressing as a high level of lungs and pleura purulent morbidity among different age groups has been preserved till now. Materials and methods. The article reviews Russian and foreign literature addressing the issues of destructive pneumonia epidemiology, reviewing etiological aspects of the disease and analyzing the most frequent pathological agents which result in destructive pneumonia. Moreover, the authors’ views on pathogenesis and pathomorphology of this disease and its clinical signs are presented. Effectiveness of diagnostic research methods in diagnosis verification is comparatively assessed. A special attention is given to various methods of antibacterial therapy and prevention of this severe disease. Conclusions. The authors conclude that destructive pneumonia is a severe complication of pneumonia in children. S. pneumoniae and S. Aureus refer to its basic causative agents. Further studies need to establish the host-pathogen interaction, improve the microbiological diagnosis and optimize conservative and surgical treatment.Цель. В настоящее время острая деструктивная пневмония с ее осложнениями является одним из наиболее тяжелых гнойно-септических заболеваний у детей. Данная проблема актуальна в связи с тем, что до настоящего времени сохраняется высокий уровень заболеваемости гнойными процессами легких и плевры у детей различных возрастных групп. Обсуждение. В данной работе представлен обзор отечественной и зарубежной литературы, в котором подробно отображены вопросы эпидемиологии деструктивных пневмоний, рассмотрены этиологические аспекты заболевания, проведен анализ наиболее часто встречаемых патологических агентов, вызывающих развитие деструктивной пневмонии. Кроме того, изложены представления авторов о патогенезе и патоморфологии данного заболевания, клинические проявления заболевания и приведена сравнительная оценка эффективности диагностических методов исследования в верификации диагноза. Особое место в работе уделено различным методам антибактериальной терапии и вопросам профилактики этого тяжёлого заболевания. Выводы. Авторы заключают, что деструктивная пневмония является тяжелым осложнением пневмонии у детей. Основными возбудителями деструктивной пневмонии являются S. pneumoniae и S. aureus. Важной задачей для последующих исследований является выявление взаимодействия хозяин–патоген, улучшение микробиологической диагностики, оптимизация консервативного и хирургического лечения
ПОТЕНЦИАЛ МЕТОДОВ ЛУЧЕВОЙ ДИАГНОСТИКИ ПРИ СИНДРОМЕ КОРОТКОЙ КИШКИ У ДЕТЕЙ
No full textObjective. For many years such diagnostic techniques as ultrasonography (U/S), contrast radiography (CR) and magnetic resonance imaging (MRI) have been successfully applied for the diagnosis of gastrointestinal diseases in children. Despite the long experience with U/S, CR and MRI for small intestine examinations, their diagnostic yield is yet not defined in the context of the short bowel syndrome considering the evaluation of advantages and disadvantages of these methods. In this regard, the purpose of our research was to define the role of each of these methods as a matter of assessing and monitoring patients’ condition as well as diagnosis of complications in patients with short bowel syndrome. Methods. To determine the opportunities of U/S, CR and MRI diagnostics for detection of malconditions in cases of short bowel syndrome we examined patients who had undergone ultrasound, CR and MRI of the intestinal tract as part of preoperative preparation for elongation of small intestine. In order to assess the diagnostic efficacy of aforementioned methods in the context of short bowel syndrome research results were compared with data obtained during surgery. Results. Ultrasonography (U/S) is considered to be the best screening technique for patients with SBS. Contrast radiography (CR) provides an opportunity to research the morphology of small intestine and its transport function quite thoroughly. Magnetic resonance imaging (MRI) is a method which allows one to give the best possible estimate of morphology of small intestine. Conclusion. U/S, CR and MRI of abdominal cavity organs are effective methods when it comes to the examination of small intestine in short bowel syndrome; each of these screening techniques has its own strengths and weaknesses. However, a proper combination of these methods should be applied, as it allows one to perform a comprehensive diagnosis of changes in short bowel syndrome and to take appropriate and timely actions regarding further patients’ treatment.Цель. На протяжении многих лет для диагностики заболеваний желудочно-кишечного тракта у детей успешно применяются такие методы, как ультразвуковое исследование (УЗИ), рентгеноконтрастное исследование (РКИ) и магнитнорезонансная томография (МРТ). Несмотря на длительный опыт применения УЗИ, РКИ и МРТ для исследования тонкой кишки, не определена их диагностическая значимость при синдроме короткой кишки с учетом оценки преимуществ и недостатков этих методов. В связи с этим целью нашего исследования явилось определение роли каждого из этих методов для оценки и мониторинга состояния пациента, диагностики осложнений у пациентов при синдроме короткой кишки. Методы. Для определения возможностей̆ УЗИ, РКИ и МРТ в диагностике патологических состояний при синдроме короткой кишки нами обследованы пациенты, которым в рамках предоперационной подготовки к удлиняющим операциям на тонкой кишке проводились УЗИ, РКИ и МРТ кишечника. С целью оценки диагностической эффективности вышеописанных методов при синдроме короткой кишки, нами проведено сопоставление результатов исследований с данными, полученными в ходе хирургической операции. Результаты. УЗИ является оптимальной скрининговой методикой для пациентов с синдром короткой кишки. РКИ дает возможность достаточно хорошо изучать морфологию тонкой кишки и ее транспортную функцию. МРТ является методом, позволяющим наиболее точно оценить морфологию тонкой кишки. Заключение. УЗИ, РКИ и МРТ органов брюшной полости являются эффективными методами исследования тонкой кишки при синдроме короткой кишки, каждый из которых имеет свои сильные и слабые стороны. Однако правильное применение комбинации этих методов исследования позволяет провести комплексную диагностику изменений при синдроме короткой кишки и принять адекватные и своевременные действия относительно дальнейшей тактики лечения пациента
Научно-исследовательская работа в Российской Ассоциации детских хирургов: основные результаты и организация научного совета
No full textIntroduction. Development of pediatric surgical science is an essential part of preservation and strengthening of the entire speciality and ‘pediatric surgical sovereignty’. A report entitled The State and Perspectives of Research Studies in Pediatric Surgery was presented in 2015.Purpose. To analyze the status of principal outcomes of research work done by the Russian Association of Pediatric Surgeons in 2015–2018 and justify the necessity in a coordinating institution (Research Council of the Association).Material and methods. Data obtained from 32 academic teams of the country such as department staff, post-graduate and post-doctoral students, Ph. D. and doctoral papers, publication in journals (including Scopus indexed and foreign journals), patents, scientific papers in Russia and abroad, grants, multicenter and international scientific programs).Results. The potential was found to be high: 15 doctoral papers and 64 Ph. D. papers, over 1,200 scientific publications in Russian journals (14.4% in Scopus) and 67 full-text articles published abroad, over 1,600 scientific papers in Russia and 235 papers on foreign recognized forums. The Research Council of the Russian Association of Pediatric Surgeons has been reconstructed since 2019; initiated coordination of work within the framework of task and expert groups.Conclusion. High potential should be used in the new strategy development: planning of scientific efforts in the country, its quality control, support of multi-center studies and cluster functioning, strengthening of fundamental science, full integration into the world scientific space.Введение. Развитие детской хирургической науки – неотъемлемая часть сохранения и укрепления всей специальности, «детского хирургического суверенитета». В 2015 году был представлен доклад «Состояние и перспективы научных исследований в детской хирургии».Цель. Провести анализ состояния основных результатов научно-исследовательской работы в Российской ассоциации детских хирургов за период 2015–2018 гг., обосновать необходимость создания координирующего органа – Научного Совета ассоциации.Материал и методы. Данные 32 научно-педагогических коллективов страны: кадровый состав кафедры, аспиранты и докторанты, кандидатские и докторские диссертации, журнальные публикации (в том числе в международных базах данных), патенты, научные доклады в России и за ее пределами, гранты, многоцентровые и международные научные программы. Результаты. Анализ показал высокий потенциал: 15 докторских и 64 кандидатских диссертаций, свыше 1200 научных публикаций в отечественных журналах (14,4% в Scopus) и 67 полнотекстовых статей за рубежом, более 1600 научных докладов в России и 235 – на зарубежных авторитетных форумах. С 2019 года воссоздан Научный Совет Российской Ассоциации детских хирургов, начата координация работы в рамках проблемных и экспертных комиссий.Заключение. Высокий потенциал следует использовать в стратегии устойчивого развития – планирования всей научной работы в стране, контроле ее качества, обеспечении многоцентровых исследований и работы кластеров, усиления фундаментальной науки, полноправной интеграции в мировое научное пространство
Особенности клинического течения тяжелой дыхательной недостаточности у новорожденных 37 недель гестационного возраста
No full textPurpose is to determine the clinical features of severe respiratory failure in newborns whose gestational age was 37 weeks. Methods Design – it was a retrospective, controlled, non-randomized, single-center study. 40 patients satisfied the inclusion and exclusion criteria. 7 (1.1%) children died. Depending on their gestational age, patients were divided into two groups. The basic group (n= 279) included newborns whose gestational age was 37 weeks. Children born at 34–36 weeks of pregnancy were in the group of comparison (n= 361). Patients from the both groups underwent a comparable intensive treatment and had similar values of initial treatment of ALV such as respiratory volume of at least 6 ml/kg, PEEP of 4–6 cm H2O, PRVS mode. BioStat was used for statistical analysis. Results. The rate of episodes of severe respiratory failure is quite comparable between the basic group and the group of comparison. Non-invasive ALV was more frequently used by patients from the basic group (χ2=4.23; p=0.05). Fetal growth restriction and higher pressure in the pulmonary artery was an important feature of respiratory failure course in children whose gestational age was 37 weeks as it resulted in a significantly higher rate of pulmonary hemorrhage episodes (χ2=9.608; р=0.02). Respiratory issues typical of the children can be seen only in those born by Cesarean section. Conclusion. The features of severe respiratory failure at 37 weeks’ gestational age include the children’s development when Cesarean section is used, fetal growth restriction and higher pressure in the right ventricle with more frequent episodes of pulmonary bleeding.Цель. Определение клинических особенностей течения тяжелой дыхательной недостаточности у новорожденных 37 недель гестационного возраста. Методы. Дизайн исследования – ретроспективное, контролируемое, нерандомизированное, одноцентровое. Критериям включения и исключения соответствовало 640 пациентов. Погибло 7 (1,1%) детей. Пациенты, в зависимости от гестационного вораста, были разделены на две группы. Основная (n=279) новорожденные с гестационным возрастом 37 недель. Группа сравнения (n=361) новорожденные с гестационным возрастом 34–36 недель. У детей в обеих группах были сопоставимая интенсивная терапия и параметры стартовой ИВЛ: дыхательный объем не более 6 мл/кг, РЕЕР 4–6 см вод., режим PRVS. Статистическая обработка проводилась на основе статистической программы «BioStat». Результаты. Частота развития эпизодов тяжелой дыхательной недостаточности вполне сопоставима у новорожденных основной группы и группы сравнения. У пациентов основной группы чаще использовались неинвазивная ИВЛ (χ2=4,23, p=0,05). Важной особенностью течения дыхательной недостаточности у детей 37 недель гестационного возраста является наличие задержки внутриутробного развития и более высокое давление в системе легочной артерии, способствующее достоверно более высокой частоте развития эпизодов легочного кровотечения (χ2 = 9,608; р = 0,02). Респираторные проблемы, характерные для новорожденных 37 недель гестационного возраста реализуются только у новорожденных, извлеченных путем кесарева сечения. Выводы. Особенностью течения тяжелой дыхательной недостаточности у новорожденных с гестационным возрастом в 37 недель являются их развитие при родоразрешении путем кесарева сечения, наличие задержки внутриутробного развития и более высокие значения давления в правом желудочке с более частым развитием эпизодов легочного кровотечения
Сравнительный анализ применения сбалансированного и физиологического растворов в интраоперационной инфузионной терапии у новорожденных
No full textThe purpose of the study was to compare the values of acid base balance, electrolytic and hemodynamic parameters in newborns depending on the composition of intraoperative infusion therapy. The study was done in 60 newborns who were given Staerofundin ISO basic infusion (10 ml/kg/hour) in group I (n=31) and normal saline solution in group II (n=29) during a surgery.Results: following the surgery, no differences in pH values were observed between the groups, moderate metabolic disturbances were found. In Group II, levels of bicarbonates decreased from 22.2 to 20.5 (р=0.047). By the end of the surgery, normal electrolyte composition was found more frequently in group I (29%) as compared to group II (20%). Hypopotassemia (34.5% and 22.6%), hyperpotassemia (44.8% and 25.8%) and hyperchloremia (63% and 51.7%) were found more frequently in group II as compared to group I, respectively. To achieve the target level of blood pressure, the bolus was injected to 29% (n=9) of children from group I and 17.2% (n=5) of children from group II. Adrenergic agonists were used in 42% of children from group I and 27.6% of children from group II (р=0,038). There were no differences between the cumulative doses.Conclusion. Sterofundin and normal saline solution demonstrated equivalent values of effectiveness and produced similar effect on the values of acid base balance, electrolytic and hemodynamic parameters during the intraoperative period in newborns.Целью исследования стало сравнение показателей кислотно-основного состояния, электролитного состава крови и гемодинамики у новорожденных в зависимости от состава интраоперационной инфузионной терапии. Исследование проведено у 60 новорожденных, которым во время операции проводилась базовая инфузия 10 мл/кг/час в I группе (n=31) Стерофундином изотоническим и во II группе (n=29) – физиологическим раствором.Результаты: после операции различий между группами рН крови не отмечено, зафиксированы метаболические нарушения умеренной степени. Во II группе выявлено снижение Ме бикарбонатов с 22,2 до 20,5 (р=0,047). В I группе чаще (29%), чем во II группе (20%) зафиксирован нормальный электролитный состав к концу хирургического вмешательства. Во II группе по сравнению с I группой чаще у детей определялась гипокалиемия 34,5% и 22,6%, гипернатриемия – 44,8% и 25,8% и гиперхлоремия – 63% и 51,7%, соответственно. В I группе у 29% (n=9) детей и II группе у 17,2% (n=5) использовали болюсное введение жидкости для достижения целевого уровня артериального давления. Адреномиметики в I группе применялась у 42% и во II группе у 27,6% (р=0,038), суммарные дозы этих препаратов не различались.Заключение. Использование Стерофундина и физиологического раствора показало сходные характеристики эффективности и влияние на показатели кислотно-основного состояния, электролитного и гемодинамического статуса в интраоперационном периоде у новорожденных