Russian Journal of Pediatric Surgery, Anesthesia and Intensive Care / Российский вестник детской хирургии, анестезиологии и реаниматологии
Not a member yet
979 research outputs found
Sort by
Неинвазивная диагностика внепеченочной портальной гипертензии у детей
No full textBACKGROUND: The primary method for diagnosing gastroesophageal bleeding in varicose veins of the esophagus and stomach in children is fibroesophagogastroduodenoscopy. This study investigates the possibilities of 2D shear wave elastography stiffness of the spleen to determine esophageal varicose veins in children with extrahepatic portal hypertension.
MATERIALS AND METHODS: A retrospective analysis of the effectiveness of the method of two-dimensional elastography by shear wave stiffness of the spleen was conducted in children with extrahepatic portal hypertension in 39 children (main group) and 11 healthy children (control group). All patients initially underwent fibroesophagogastroduodenoscopy followed by ultrasound, including 2D shear wave stiffness elastography of the spleen. Spleen stiffness was then compared with clinical symptoms, the degree of esophageal varices, and other sonographic parameters.
RESULTS: According to elastography data, the spleen stiffness index in children with extrahepatic portal hypertension was 43.98 3.8 kPa, significantly higher than in the control group children (p = 0.006). Spleen stiffness measurements significantly correlated with the degree of esophageal varices in children with extrahepatic portal hypertension (r = 0.57, p = 0.0002). According to the endoscopy results in seven patients after vascular bypass surgery, esophageal varicose veins were not detected. Nevertheless, spleen stiffness in these children remained significantly higher than in the control group (27 3.9 kPa and 18 1.2 kPa, respectively, p = 0.05).
CONCLUSIONS: The study results indicate that 2D stiffness shear wave elastography of the spleen effectively assesses esophageal varices in children with extrahepatic portal hypertension. This method is also convenient to monitor the reduction of varicose veins after surgical treatment and is a possible alternative to endoscopy, especially in young children.Актуальность. Основным методом диагностики гастроэзофагеальных кровотечений при варикозном расширении вен пищевода и желудка у детей считается фиброэзофагогастродуоденоскопия.
Цель исследования изучить возможности двумерной эластографии сдвиговой волной жесткости селезенки в определении варикозного расширения вен пищевода у детей с внепеченочной портальной гипертензией.
Материалы и методы. Проведен ретроспективный анализ эффективности метода двумерной эластографии сдвиговой волной жесткости селезенки у 39 детей с внепеченочной портальной гипертензией (основная группа) и у 11 практически здоровых детей (контрольная группа). Всем пациентам первоначально выполняли фиброэзофагогастродуоденоскопию с последующим ультразвуковым исследованием, включая двумерную эластографию сдвиговой волной жесткости селезенки. Затем жесткость селезенки сравнивали с клиническими симптомами, степенью варикозного расширения вен пищевода и другими параметрами сонографии.
Результаты. У детей с внепеченочной портальной гипертензией показатель жесткости селезенки согласно данным эластографии был равен 43,98 3,8 кПа, что было достоверно выше чем у детей группы контроля (p = 0,006). Результаты измерения жесткости селезенки достоверно коррелировали со степенью варикозных вен пищевода у детей с внепеченочной портальной гипертензией (r = 0,57, p = 0,0002). По результатам эндоскопии у 7 пациентов после операции сосудистого шунтирования варикозные вены пищевода не были выявлены. Тем не менее жесткость селезенки у этих детей оставалась достоверно выше группы контроля (27 3,9 и 18 1,2 кПа соответственно, p = 0,5).
Заключение. Результаты исследования свидетельствуют, что двумерную эластографию сдвиговой волной жесткости селезенки можно рассматривать как эффективный способ оценки наличия варикозных вен пищевода у детей с внепеченочной портальной гипертензией. Метод также удобен в мониторинге редукции варикозных вен после хирургического лечения и является возможной альтернативой эндоскопии, особенно у детей младшего возраста
Внутривенная инфузия лидокаина в качестве компонента мультимодальной аналгезии у детей до года после хирургической коррекции врожденных пороков сердца
No full textBACKGROUND: The use of lidocaine in the scheme of multimodal anesthesia in order to reduce doses of opioids in comparison with traditional anesthesia and the possibility of influencing various links in the pathogenesis of pain is a promising direction in modern cardioanesthesiology.
AIM: This study evaluates the effectiveness of intravenous infusion of lidocaine as a component of multimodal analgesia and its effect on the postoperative period in children under one year of age after surgical correction of congenital heart defects.
MATERIALS AND METHODS: The prospective comparative study included 81 cardiac surgery patients aged 0 to 1 year. All patients underwent open cardiac surgery by a cardiopulmonary bypass from January 2019 to April 2021. The patients were divided into two groups: the first (n = 40) included patients receiving intravenous lidocaine as a component of multimodal analgesia in the postoperative period, and the second, control (n = 41) patients who were not prescribed lidocaine.
RESULTS: : In patients receiving lidocaine infusion, the need for opioids was significantly lower (p 0.001), which is also associated with a shorter mechanical ventilation time (p = 0.03). The cortisol levels and most laboratory parameters (the concentration of glucose, lactate, albumin, C-reactive protein, and the level of leukocytes and lymphocytes) in the two patient groups did not differ. Clinical indicators reflecting intestinal paresis development (the appearance of peristalsis, the onset of enteral nutrition, the rate of its increase, and the time when the patient receives the total amount of food only enterally) also did not differ between the groups. No side effects of lidocaine infusion were reported. There were no deceased patients in any of the study groups.
CONCLUSIONS: Intravenous infusion of lidocaine as a component of multimodal analgesia after heart surgery in children has an additional opioid-saving effect and shortens the mechanical ventilation time. It is not accompanied by the development of side effects and does not affect the restoration of gastrointestinal functions.Актуальность. Применение лидокаина в схеме мультимодальной анестезии с целью снижения доз опиоидов по сравнению с традиционным обезболиванием и возможность воздействия на различные звенья патогенеза болевого синдрома перспективное направление современной кардиоанестезиологии.
Цель оценить эффективность внутривенной инфузии лидокаина в качестве компонента мультимодальной аналгезии и ее влияние на течение послеоперационного периода у детей до года после хирургической коррекции врожденных пороков сердца.
Материалы и методы. В проспективное сравнительное исследование включен 81 кардиохирургический пациент в возрасте от 0 до 1 года. Всем пациентам выполнялось открытое кардиохирургическое вмешательство с искусственным кровообращением в период с января 2019 г. по апрель 2021 г. Пациенты были разделены на две группы: в первую (n = 40) вошли пациенты, получавшие внутривенно лидокаин в качестве компонента мультимодальной аналгезии в послеоперационном периоде, во вторую контрольную (n = 41) пациенты, которым лидокаин не назначали.
Результаты. У пациентов, получавших инфузию лидокаина, потребность в опиоидах была достоверно ниже (p 0,001), с чем связано и меньшее время искусственной вентиляции легких (p = 0,03). Уровни кортизола у пациентов двух групп не отличались, как и большинство лабораторных показателей (концентрация глюкозы, лактата, альбумина, С-реактивного белка, уровень лейкоцитов и лимфоцитов). Клинические показатели, отражающие развитие пареза кишечника (появление перистальтики, начало энтерального питания, темп его увеличения и сроки, когда пациент получает полный объем питания только энтерально) так же не отличались между группами. Побочных эффектов инфузии лидокаина зафиксировано не было. Умерших пациентов не было ни в одной из исследуемых групп.
Выводы. Внутривенная инфузия лидокаина в качестве компонента мультимодальной аналгезии после операций на сердце у детей оказывает дополнительный опиоидосберегающий эффект и сокращает время искусственной вентиляции легких, не сопровождается развитием побочных эффектов и не влияет на восстановление функций желудочно-кишечного тракта
КЛИНИЧЕСКИЙ СЛУЧАЙ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО РАНЕНИЯ НИЖНЕЙ ТРЕТИ ЛЕВОГО ПРЕДПЛЕЧЬЯУ РЕБЕНКА 9 ЛЕТ НА ОХОТЕ
No full text
МАТЕМАТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПРОФИЛЕЙ БИОМАРКЕРОВ ПОВРЕЖДЕНИЯ ПОЧЕК У ДЕТЕЙ С ПУЗЫРНО-МОЧЕТОЧНИКОВЫМ РЕФЛЮКСОМ
No full textКритерии выбора антибиотикотерапии при хирургическом сепсисе у детей
No full textBACKGROUND: Sepsis is one of the leading causes of hospital mortality in children. A decisive role in improving the results of treatment of this group of patients belongs to early diagnosis and pathogenetic therapy.
AIM: This study optimizes the diagnosis and intensive care of surgical sepsis in children based on clinical and laboratory criteria and bacteriological monitoring.
MATERIALS AND METHODS: The study period is 20182020. The study subjects were children (n = 73) with surgical pathology (diffuse purulent peritonitis, bacterial destruction of the lungs, post-traumatic brain hematomas, injuries of the abdominal organs, and others). Clinical and laboratory parameters were analyzed, and microbiological monitoring was performed to determine antibiotic sensitivity.
RESULTS: Patients who developed sepsis had a pronounced hypermetabolic syndrome, which was manifested by tachycardia and tachypnea, hyperthermia, low levels of albumin, and total protein in the blood. Protein catabolism in patients was accompanied by a decrease in globulins (IgG) synthesis and the development of a secondary immunodeficiency state. Both gram-positive and gram-negative microorganisms were involved in developing surgical sepsis in children, increasing the proportion of the latter. Given the high proportion of multi-resistant flora, empirical combined de-escalation antibiotic therapy (ABT) with broad-spectrum antibiotics was prescribed. This was followed by its revision based on microbiological monitoring and clinical and laboratory data of the patient with sepsis. Studies have shown the effectiveness of complex intensive care in 86.3% of cases. Mortality occurred in 13.7% of cases. Patients with severe surgical pathology died: fecal, generalized peritonitis, severe traumatic brain injury + coma with irreversible neurological disorders, and urosepsis against the background of chronic renal failure after repeated surgical interventions.
CONCLUSIONS: Early diagnosis of sepsis, rational ABT under the control of microbiological monitoring, non-aggressive infusion therapy, and active sanitation of the surgical infection focus contributed to a decrease in mortality in this category of patients.Актуальность. Сепсис одна из ведущих причин госпитальной летальности у детей. Решающая роль в улучшении результатов лечения этой группы больных принадлежит ранней диагностике и патогенетической терапии.
Цель исследования оптимизация диагностики и интенсивной терапии хирургического сепсиса у детей на основе клинико-лабораторных критериев и бактериологического мониторинга.
Материалы и методы. Срок исследования 20182020 гг. Объект исследования (n = 73) дети с хирургической патологией (разлитой гнойный перитонит, бактериальная деструкция легких, посттравматические гематомы мозга, травмы органов брюшной полости и др.). Были проанализированы клинико-лабораторные показатели, проведен микробиологический мониторинг с определением чувствительности к антибиотикам.
Результаты. Пациенты, у которых развился сепсис, имели выраженный гиперметаболический синдром, который проявился тахикардией и тахипное, гипертермией, низкими уровнями альбумина и общего белка в крови. Белковый катаболизм у пациентов сопровождался снижением синтеза глобулинов (IgG) и развитием вторичного иммунодефицитного состояния. В развитии хирургического сепсиса у детей принимают участие как грампозитивные, так и грамнегативные микроорганизмы, с увеличением доли последних. Учитывая высокую долю мультирезистентной флоры, назначали эмпирическую комбинированную деэскалационную терапию антибиотиками широкого спектра действия с последующим ее пересмотром на основании микробиологического мониторинга и клинико-лабораторных данных септического больного. Исследования показали эффективность комплексной интенсивной терапии в 86,3 % случаях. В 13,7 % случаях констатирована летальность. Погибли пациенты с тяжелой хирургической патологией: каловым, распространенным перитонитом, тяжелой черепно-мозговой травмой + кома с необратимыми неврологическими расстройствами, уросепсисом на фоне хронической почечной недостаточности, после неоднократных хирургических вмешательств.
Заключение. Ранняя диагностика сепсиса, рациональная антибактериальная терапия под контролем микробиологического мониторинга, неагрессивная инфузионная терапия, активная санация хирургического очага инфекции способствуют снижению летальности в данной категории пациентов
Динамика объема тестикул после скротальной и трансингвинальной орхиопексии, выполненных у детей в возрасте 6–18 месяцев
No full textBACKGROUND: Currently, scrotal and inguinal approaches are widely used for the treatment of low-positioned palpable forms of cryptorchidism. In the literature, available data demonstrate the comparability of the results obtained after using both techniques; however, the effectiveness reported in the literature was obtained based on rough criteria, such as the presence or absence of atrophy and malposition of the testis in the postoperative period.
AIM: To study the dynamics of the testicular volume in the postoperative period after performing scrotal and trans-inguinal orchiopexy.
MATERIALS AND METHODS: The study was based on the experience of treating 139 patients with palpable unilateral, low-positioned testis, aged up to 18 months, who underwent surgery within the period from 2010 to 2020. The low-positioned ones were those testicles that, during traction, could be descended beyond the superficial inguinal ring; however, the testis did not descend into the scrotum. By mechanical sampling, the patients were divided into two groups. Group I included 69 (49.6%) boys (median age, 17 [1517] months) who used scrotal access, whereas group II included 70 (50.4%) patients (median age, 15 [1417] months) with trans-inguinal access. The volume of the undescended testis was determined in both groups before surgery and after 1, 3, and 12 months.
RESULTS: Patients who had testicular atrophy and malposition that developed after surgery, wound infection, and hematoma, and did not show up for at least one of the scheduled examinations were excluded from the study. After applying the exclusion criteria, 22 boys remained in group I and 29 boys in group II. The volume of a normal testicle before surgery was 2.09 cm3 [1.25; 2.58] group I and 1.69 cm3 [1.41; 2.22] in group II (p = 0.537). In group I, a significant increase was found in the testicular volume from 0.5 cm3 [0.4; 0.8] before surgery to 1.3 cm3 [0.7; 1.8] (p 0.001) a year after orchiopexy. In group II, the testicular volume increased from 0.6 cm3 [0.3; 0.8] before surgery to 0.7 cm3 [0.4; 1.0] after surgery.
CONCLUSIONS:Scrotal access in the treatment of a palpable, low-positioned undescended testis in children aged 618 months provides a greater increase in the volume of the operated testicle in a year compared with trans-inguinal access 1 year after surgery. The results suggest that transcrotal access has some advantages over trans-inguinal access.Актуальность. В настоящее время для лечения низкорасположенных пальпируемых форм крипторхизма широко используется мошоночный и паховый доступы. Существующие в литературе данные демонстрируют сопоставимость получаемых результатов после использования обеих методик, однако сравнение их эффективности проводилось на основании достаточно грубых критериев, таких как наличие или отсутствие атрофии и мальпозиции яичка в послеоперационном периоде.
Цель изучение динамики тестикулярного объема в послеоперационном периоде после выполнения скротальной и трансингвинальной орхиопексии.
Материалы и методы. Исследование основано на опыте лечения 139 пациентов с пальпируемыми односторонними, низкорасположенными яичками, в возрасте от 6 до 18 мес., оперированных в период 20102020 гг. К низкорасположенным яичкам относили те, которые при тракции можно было низвести за пределы поверхностного пахового кольца, но при этом яичко не опускалось в полость мошонки. Путем механической выборки пациенты были разделены на две группы. В I группу вошли 69 (49,6 %) мальчиков, медиана возраста 17 [15; 17] мес., у которых использован скротальный доступ, II группа 70 (50,4 %) пациентов с трансингвинальным доступом, медиана возраста 15 [14; 17] мес. Объем неопущенного яичка определяли в обеих группах до операции и через 1, 3, 12 мес. после.
Результаты. Из исследования исключены пациенты с развившейся после операции атрофией и мальпозицией яичка, раневой инфекцией, гематомой, а также пациенты, не явившиеся хотя бы на один из запланированных осмотров.
После применения критериев исключения в I группе осталось 22, а во II группе 29 мальчиков. Объем здорового яичка до операции у пациентов I группы составлял 2,09 см3 [1,25; 2,58], II группы 1,69 см3 [1,41; 2,22] (p = 0,537). У пациентов I группы через год после орхиопексии отмечалось значимое увеличение тестикулярного объема с 0,5 см3 [0,4; 0,8] до 1,3 см3 [0,7; 1,8] (p 0,001). У детей II группы тестикулярный объем после операции увеличился с 0,6 см3 [0,3; 0,8] до 0,7 см3 [0,4; 1,0].
Выводы. Скротальный доступ при лечении пальпируемых, низкорасположенных неопущенных яичек у детей в возрасте от 6 до 18 мес. обеспечивает через год большее увеличение объема оперированной тестикулы, в сравнении с трансингвинальным доступом через год после операции. Полученные результаты позволяют предположить, что трансскротальный доступ обладает некоторыми преимуществами по сравнению с трансингвинальным
