AquaDocs
Not a member yet
36984 research outputs found
Sort by
Developing an ocean best practice: A case study of marine sampling practices from Australia
No full textSince 2012, there has been a surge in the numbers of marine science publications that use the term ‘best practice’, yet the term is not often defined, nor is the process behind the best practice development described. Importantly a ‘best practice’ is more than a documented practice that an individual or institution uses and considers good. This article describes a rigorous process to develop an ocean best practice using examples from a case study from Australia in which a suite of nine standard operating procedures were released in 2018 and have since become national best practices. The process to develop a best practice includes three phases 1) scope and recruit, 2) develop and release, 3) revise and ratify. Each phase includes 2-3 steps and associated actions that are supported by the Ocean Best Practices System (www.oceanbestpractices.org). The Australian case study differs from many other practices, which only use the second phase (develop and release). In this article, we emphasize the value of the other phases to ensure a practice is truly a ‘best practice’. These phases also have other benefits, including higher uptake of a practice stemming from a sense of shared ownership (from scope and recruit phase) and currency and accuracy (from revise and ratify phase). Although the process described in this paper may be challenging and time-consuming, it optimizes the chance to develop a true best practice that is a) fit-for-purpose with clearly defined scope; b) representative and inclusive of potential users; c) accurate and effective, reflecting emerging technologies and programs; and d) supported and adopted by users.From 78.4. National Best Practices for Marine MonitoringPublishedReferee
Benthic foraminifera as environmental indicator in coral reefs from northwestern sector of Cuba
No full textLos foraminíferos bentónicos marinos se utilizan con éxito para evaluar las condiciones del hábitat a través del estudio de sus comunidades o mediante el empleo de índices como el FoRAM y el índice de blanqueamiento de Amphistegina gibbosa (AMPHI). En el presente estudio se emplearon los criterios anteriores para evaluar las condiciones del hábitat en seis sitios de arrecifes coralinos de la costa norte de las provincias La Habana y Mayabeque en la región noroccidental de Cuba. Los valores obtenidos para el índice FoRAM (entre 4 y 5) indican que la calidad del agua en los sitios evaluados es adecuada para el crecimiento coralino, mientras que la densidad poblacional de A. gibbosa y el Índice AMPHI bajo muestran que la zona está impactada por un estrés fótico crónico asociado a blanqueamiento alto en todos los sitios de muestreo. Los resultados obtenidos indican que la calidad de agua no es el único factor estresante para los arrecifes coralinos estudiados. Estos se encuentran bajo un estrés fótico crónico y pudieran estar afectados también por la elevada hidrodinámica en la región.Marine benthic foraminifera are successfully used to assess habitat conditions, either through the study of their communities or through the use of indices such as FORAM and Amphistegina gibbosa bleaching index (AMPHI). In the present study, the abovementioned criteria were used to evaluate habitat conditions in six coral reef sites on the north coast of Havana and Mayabeque provinces in the northwestern region of Cuba. The FORAM index values (between 4 and 5) indicate that water quality in the evaluated sites is adequate for coral growth, while A. gibbosa population density (low AMPHI Index) shows that the area is impacted by a chronic photic stress associated with high bleaching at all sampling sites. The results obtained indicate that the water is not the only stressor for the studied coral reefs. These are under chronic photic stress and would be affected by the intense hydrodynamics in the region.PublishedReferee
Трофические основы формирования запасов хамсы в Азовском море
No full textFormation of the European anchovy Engraulis encrasicolus (Linnaeus, 1758) stocks in the Azov Sea depends on the development of zooplankton, which is the main food source for this fish species. Under the conditions of the natural flow regime of the rivers (1937–1951) and the 10.6 ‰ salinity of the sea, native zooplankton species ensured a high food supply for the anchovy, which resulted in relatively large anchovy stocks. During the Azov Sea salinization up to 12.8 ‰ that occurred in the late 60–70s of the last century, the zooplankton species composition changed. Predatory scyphoid jellyfish species—Aurelia aurita and Rhizostoma pulmo—underwent drastic increase in abundance, which led to the reduction in the summer biomass of the zooplankton almost by half. During that period, large stocks of the European anchovy developed less often. In the late 1980s, as a result of the introduction of a predatory ctenophore Mnemiopsis leidyi in the Azov Sea, the summer biomass of the zooplankton decreased further by 2–3 orders of magnitude. During the feeding season of the European anchovy, the areas with high zooplankton productivity disappeared, which resulted in the recurring low stocks of this fish species. At the end of the 1990s, a ctenophore Beroe ovata, feeding on the mnemiopsis, appeared in the Azov Sea. Its invasion led the delayed entry of the mnemiopsis into the sea, which, in turn, ensured the development of a sufficient food supply for the anchovy during its pre-spawning period. However, the main feeding season of the anchovy, just as before the arrival of B. ovata, took place under a shortage of the food supply. In the last few years, another increase in salinity to 15.0 ‰ is observed in the Azov Sea. The Black Sea jellyfishes A. aurita and R. pulmo are actively developing once again and, along with M. leidyi, provide even stronger food competition for the anchovy. During these years, only low-productive generations and low stocks of this fish species have been observed.Формирование запасов хамсы Engraulis encrasicolus (Linnaeus, 1758) в Азовском море преимущественно определяется особенностями развития зоопланктона, являющегося основной пищей этого вида рыб. При естественном режиме речного стока (1937–1951 гг.) и солености моря 10,6 ‰ аборигенные виды зоопланктона формировали хорошую кормовую базу хамсы, что определяло достаточно высокие ее запасы. При осолонении Азовского моря в конце 60–70-х гг. прошлого столетия до 12,8 ‰ изменился видовой состав зоопланктона. Интенсивное развитие получили хищные сцифоидные медузы — Aurelia aurita и Rhizostoma pulmo, — в связи с чем почти вдвое снизилась летняя биомасса зоопланктона. В этот период имело место снижение частоты формирования урожайных поколений и высоких запасов хамсы. В конце 1980-х гг. в результате появления в Азовском море хищного гребневика Mnemiopsis leidyi летняя биомасса зоопланктона снизилась на 2–3 порядка. В период нагула хамсы исчезли высокопродуктивные зоны развития зоопланктона и увеличилась частота формирования низкоурожайных поколений и запасов этой рыбы. В конце 1990-х гг. в Азовском море появился гребневик Beroe ovata, питающийся мнемиопсисом. С его появлением стал наблюдаться преимущественно поздний заход мнемиопсиса. Это послужило причиной для формирования благоприятной кормовой базы хамсы в преднерестовый период. Однако основной летний нагул хамсы, как и до вселения берое, проходил в условиях дефицита кормовой базы. В последние несколько лет в Азовском море наблюдается повторное увеличение солености до 15,0 ‰. Вновь активно развиваются черноморские медузы аурелия и ризостома, которые, совместно с мнемиопсисом, составляют пищевую конкуренцию для хамсы. В эти годы наблюдается формирование только неурожайных поколений хамсы и ее низких запасов.PublishedReferee
Boletín CTN Diocean No. 2/ 2022
No full textEl Comité Técnico Nacional de Datos e Información Oceánicos (CTN Diocean) de la Comisión Colombiana del Océano (CCO) presenta el segundo número de su publicación digital ‘Boletín CTN Diocean’. En esta oportunidad se destaca la articulación interinstitucional alrededor de la planeación y ejecución del ‘Webinar del CTN Diocean: Acceso y gestión de datos oceánicos’ que hizo parte de los ‘Laboratorios del Decenio de las Ciencias Oceánicas’ en el resultado ‘Un océano accesible’, como una actividad sin precedentes en la que se dieron a conocer las capacidades de los sistemas de información oceánicos del país. También se describen iniciativas relacionadas con datos e información oceánicos desarrolladas en 2022 por miembros e invitados al comité, que van desde seminarios y cursos de entrenamiento, hasta el desarrollo de aplicaciones geográficas y para teléfonos móviles que le aportan a la toma de decisiones informadas en los espacios costeros. Las experiencias en estándares y buenas prácticas de gestión de datos se enfocaron en la producción de estadísticas oficiales en el ámbito marino-costero y en las recomendaciones de la Organización Meteorológica Mundial (OMM). Asimismo se registran las métricas de acceso a datos e información oceánicos del país para diferentes disciplinas de datos, y las cifras de Colombia en los catálogos internacionales Aquadocs, OceanExpert y ODISCat.PublishedNon Referee
Разработка методологии создания технологий переработки низкосортных полуфабрикатов рыбных жиров и жировых отходов.
No full textThe development of fish oil production in Russia requires solving a number of environmental issues. It is necessary to develop technologies for processing low-grade semi-finished products of fish oils and fat waste. Currently, this problem remains unresolved. In the course of the study, the physicochemical properties of fat-containing objects (semi-finished product of technical fish oil with acid number of more than 20 units; soap stock after fish oil refining; fatty foam mass after flotation treatment of industrial wastewater from fish oil production) have been determined and rational directions for their use have been established. It is noted that these objects contain lipids with a high degree of hydrolysis and unsaturation. The developed methodology for creating private technologies for processing technical fish oils and fatty wastes into target products for technical purposes makes it possible to obtain an oil-in-water dispersed system and a fatty acid concentrate from the objects of study. The resulting products can be used as a basis for the production of anti-adhesive, surface-active, film-forming and anti-friction technical reagents for various industries (including food industry).Развитие производства рыбных жиров в России требует решения ряда экологических вопросов; необходима разработка технологий переработки низкосортных полуфабрикатов рыбных жиров и жировых отходов. В настоящее время данная проблема остается нерешенной. В ходе исследования определены физико-химические свойства жиросодержащих объектов (полуфабриката технического рыбного жира с кислотным числом свыше 20 единиц; соапстока после рафинации рыбных жиров; жировой пенной массы после флотационной очистки производственных сточных вод производства рыбных жиров) и установлены рациональные направления их использования. Отмечено, что указанные объекты содержат липиды с высокой степенью гидролиза и непредельности. Разработанная методология создания частных технологий переработки технических рыбных жиров и жировых отходов в целевые продукты технического назначения позволяет получать из объектов исследования дисперсную систему "масло в воде" и концентрат жирных кислот. Полученные продукты могут быть использованы в качестве основы для производства антиадгезионных, поверхностно-активных, пленкообразующих и антифрикционных технических реагентов для различных отраслей промышленности (в том числе пищевой промышленности).PublishedReferee
Оценка состояния запасов хамсы и шпрота в российских водах Черного моря в 2022–2023 гг.
No full textThe results of the stock assessments of the European anchovy and European sprat, exploited by the Russian Federation in the Black Sea exclusively or predominantly, are presented. Based on the results of production modeling in 2022, the biomass value of the “Azov Sea” anchovy stock unit was in the buffer zone, between the target and limit biological reference points (Btr=BMSY=123.3 thousand tons, Blim=61.6 thousand tons); the time of stock recovery to the target level is 4 years. The fishing mortality rate (annual fishing loss, F) in 2022 is estimated to be F2022=0.20, which is lower than the biological reference point (Ftr=0.23). The estimation based on the lampara net surveys is more favorable: spawning stock biomass (exploitable) SSB2022 exceeded Btr calculated using Ricker’s “stock–recruitment” relationship by 19 %. The Azov Sea stock of the European anchovy has been characterized as “showing the evidence for recovery under heavy exploitation; subjected to the environmental effects”. In the 2022/2023 fishing season, fishing operations on the Black Sea stock of the European anchovy were mostly absent due to the state-imposed limitation in the Northwestern Black Sea and the western waters along the Southern Coast of Crimea (SCC). The biomass of the “Black Sea” anchovy stock unit in 2022, based on the results of JABBA trend modeling in “catch-only” representation, has been estimated as B2022=22.5 thousand tons, which is 3 % lower than the target reference point Btr=BMSY=23.2 thousand tons. The ratio between the current fishing mortality and its biological reference point was F2022/FMSY=0.467, which is indicative of its low exploitation. The catch composition of the European sprat in 2022–2023 was characterized by the prevalence of the 2+ and 3+ age classes (71–87 % by abundance). Based on XSA, in 2022, the spawning stock biomass (exploitable biomass) SSB2022 was 67.2 thousand tons, the recruitment was 56 billion ind., and the fishing mortality was F2022=0.29. The spawning stock biomass was in the buffer zone between the limit and target biological reference points by the biomass (SSB2022/SSBtr=1.433, SSB2022/SSBtr=0.841), while the fishing mortality was considerably lower than its biological reference point (F/F0.1=0.479). In 2022, the current Black Sea stocks of anchovy and sprat were officially characterized as “declining, little exploited”, with the possibility for underestimation of their biomass.Представлены результаты оценки запасов хамсы и шпрота, эксплуатируемых Российской Федерацией исключительно или преимущественно в Черном море. В соответствии с результатами продукционного моделирования в 2022 г. значение биомассы «азовской» единицы запаса хамсы находилось в буферной зоне, между целевым и граничным биологическими ориентирами (Btr=BMSY=123,3 тыс. т, Blim=61,6 тыс. т), время восстановления запаса до целевого уровня составляет 4 года. Промысловая смертность (годовая промысловая убыль, F) в 2022 г. оценена на уровне F2022=0,20, что ниже биологического ориентира (Ftr=0,23). Оценка на базе лампарного учета более оптимистична: нерестовая (промысловая) биомасса SSB2022 на 19 % превысила Btr, найденный по зависимости Рикера «запас–пополнение». Запас азовской хамсы охарактеризован как «проявляющий признаки восстановления в условиях интенсивной эксплуатации, подверженный воздействию среды обитания». В путину 2022/2023 гг. промысел черноморской хамсы из-за административных ограничений в северо-западном районе и западных участках Южного берега Крыма (ЮБК) получил слабое развитие. Биомасса «черноморской» единицы запаса хамсы в 2022 г. по результатам трендового моделирования на JABBA в представлении «catch-only» оценена в B2022=22,5 тыс. т, что на 3 % ниже значения целевого ориентира Btr=BMSY=23,2 тыс. т. Отношение текущей промысловой смертности к своему биологическому ориентиру равнялось F2022/FMSY=0,467, что свидетельствовало о низком уровне эксплуатации. Структура промысловых уловов шпрота в 2022–2023 гг. характеризовалась преобладанием возрастных групп 2+ и 3+ (71–87 % по численности). Согласно XSA, в 2022 г. биомасса нерестового (промыслового) запаса SSB2022 составила 67,2 тыс. т, пополнение — 56 млрд экз., промысловая смертность F2022=0,29. Биомасса нерестового запаса находилась в буферной зоне между граничным и целевым биологическим ориентиром по биомассе (SSB2022/SSBtr=1,433, SSB2022/SSBtr=0,841) при промысловой смертности существенно ниже уровня своего биологического ориентира (F/F0.1=0,479). В 2022 г. текущие запасы черноморской хамсы и шпрота формально охарактеризованы как «убывающие, слабо эксплуатируемые», с признаками вероятной недооценки их биомассы.PublishedNon Referee
Initial study on the visualization of physical structures in the ocean utilizing the water column imaging of multibeam echo sounders.
No full textModern multibeam echo sounders have come to be capable of recording entire underwater echo profiles. The multibeam water column imaging discovers the spatial and temporal distribution of acoustic scatterers in water mass, potentially providing essential information to elucidate dynamic processes occurring inside the ocean. This technical report considers a processing method to highlight characteristic acoustic patterns that result from oceanographic phenomena and applies the technique to data obtained by the typical Mills-cross echo sounders. The result shows distinctive mid-water acoustic anomalies of laminar and periodical patterns. The laminar pattern shows abrupt vertical changes in the echo intensity, which might correlate with the seawater profile obtained by XCTD. The periodical pattern exhibits a train of intertwined waves resembling shear instability like the Kelvin-Helmholtz billow. The result suggests the ability of multibeam echo sounders to visualize pycnocline in the water column, which would further advance physical oceanographic study in terms of analyzing the 3-dimensional spatial distribution of midwater acoustic scatterers.PublishedReferee
Evaluación de la estructuración genética de Chelonia mydas (Testudines: Cheloniidae), en peligro de extinción, en el suroeste de Cuba utilizando microsatélites
No full textUnderstanding the population genetic structure of the species is essential for determining the possible management units (UM) and their conservation and/or sustainable exploitation with it. Chelonia mydas is recognized as an endangered philopatric turtle. This work aims to describe the population structure of the green turtle in southwestern Cuba through traditional analytical approaches and allocation methods. The collections were made between 1998 and 2007 on five beaches in the Cuban southwest. Seven microsatellite loci from 149 individuals were amplified and genetic variability parameters were calculated. The population structure was inferred through the use of Wright's F, Analysis of Molecular Variance (AMOVA), and population assignment algorithms based on Bayesian analysis (STRUCTURE) and factorization of sparse non-negative matrices (implemented in R). Most of the loci were not in Hardy-Weinberg equilibrium, and several presented linkage disequilibrium. The AMOVA and differentiation statistics suggest the presence of structure at the geographical level analyzed. The highest value of ΔK and the lowest value of cross-entropy were reached for K = 2, a result that suggests that in southwestern Cuba there is the contribution of two ancestral populations of Chelonia mydas. Relative migration estimates indicate active genetic exchange between nesting colonies in southwestern Cuba.La comprensión de la estructura genética poblacional de las especies es esencial para la determinación de las posibles unidades de manejo (UM) y con ello su conservación y/o explotación sostenible. Chelonia mydas es reconocida como una tortuga filopátrida en peligro de extinción. El objetivo de este trabajo es describir la estructura poblacional de la tortuga verde en el suroccidente de Cuba mediante enfoques analíticos tradicionales y métodos de asignación. Las recolectas se realizaron entre los años 1998 y 2007 en cinco playas del suroccidente cubano. Fueron amplificados siete loci de microsatélites de 149 individuos y se calcularon parámetros de variabilidad. La estructura poblacional fue inferida mediante el uso de estadísticos F de Wright, Análisis de Varianza Molecular (AMOVA) y algoritmos de asignación poblacional basados en análisis bayesianos (STRUCTURE) y en factorización de matrices no negativas poco densas (implementado en R). La mayoría de los loci no se encontraron en equilibrio de Hardy-Weinberg y varios de estos presentaron desequilibrio de ligamiento. El AMOVA y los estadísticos de diferenciación sugieren presencia de estructura al nivel geográfico analizado. El mayor valor de ΔK y el menor valor de entropía cruzada se alcanzaron para K = 2, resultado que propone que en el suroccidente de Cuba existe el aporte de dos poblaciones ancestrales de Chelonia mydas. Los estimados de migración relativa indican un intercambio genético activo entre colonias de anidación del suroccidente cubano.PublishedReferee
Новый вид пресноводных мшанок Plumatella sibirica (Phylactolaemata) из Западной Сибири (Россия)
No full textWestern Siberia is the least studied region with respect to the distribution, ecology, and systematic composition of freshwater bryozoans. The collection of material on freshwater bryozoans of the West Siberian Plain was carried out as part of study of the zooperiphyton of the water bodies of the Tyumen region (including the Khanty-Mansiysk and Yamalo-Nenets Autonomous Districts) in 1987–2016. As a result of the collected material analysis, description of a new species of phylactolemic bryozoans (Bryozoa) Plumatella sibirica has been presented. The new species has autozooids in the form of tubules with a rounded cross section. Phlotoblasts are oval, with slightly narrowed poles. Size and surface morphology of flotoblasts and sessoblasts distinguish the species from related species Plumatella repens (Linn?) and P. buschnelli (Wood). The maximum biomass of zooperiphyton in forest-tundra lakes has been noted in communities dominated by large colonies of Plumatella sibirica, where this bryozoan is the absolute dominant. In the course of further studies, a new species of bryozoans Plumatella sibirica may also be found in other regions of Siberia.Западная Сибирь является наименее изученным районом в отношении распространения, экологии и систематического состава пресноводных мшанок. Сбор материала по пресноводным мшанкам Западно-Сибирской равнины проводился в рамках исследования зооперифитона водоемов Тюменской области (включая Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа) в период 1987–2016 гг. В результате анализа собранного материала представлено описание нового вида филактолемных мшанок (Bryozoa) Plumatella sibirica. Новый вид имеет аутозооиды в виде трубочек с округлым поперечным сечением. Флотобласты овальные, со слегка суженными полюсами. Размеры и морфология поверхности флотобластов и сессобластов отличают вид от близких видов Plumatella repens (Linn?) и P. buschnelli (Wood). Максимальные биомассы зооперифитона озер лесотундры отмечены в сообществах с доминированием крупных колоний Plumatella sibirica, где эта мшанка была абсолютным доминантом. В ходе дальнейших исследований новый вид мшанок Plumatella sibirica может быть встречен и в других районах Сибири.PublishedReferee
Ocean oxygen: The role of the Ocean in the oxygen we breathe and the threat of deoxygenation
No full textEMB Future Science Brief No. 10 highlights the most recent science on Ocean oxygen, including causes, impacts and mitigation strategies of Ocean oxygen loss, and discusses whether “every second breath we take comes from the Ocean”. It closes with key policy, management and research recommendations to address Ocean deoxygenation and communicate more accurately about the role of the Ocean in Earth’s oxygen. The sentence “every second breath you take comes from the Ocean” is commonly used in Ocean Literacy and science communication to highlight the importance of Ocean oxygen. However, despite its widespread use, it is often not phrased correctly. In contrast, there is little awareness about the threat of the global oxygen loss in the Ocean, called deoxygenation, particularly in comparison with other important stressors, such as Ocean acidification or increasing seawater temperatures. Deoxygenation is increasing in the coastal and open Ocean, primarily due to human-induced global warming and nutrient run-off from land, and projections show that the Ocean will continue losing oxygen as global warming continues. The consequences of oxygen loss in the Ocean are extensive and include decreased biodiversity, shifts in species distributions, displacement or reduction in fisheries resources, changes in biogeochemical cycling and mass mortalities. Low oxygen conditions also drive other chemical processes which produce greenhouse gases, toxic compounds and further degrade water quality. The degraded water quality directly affects marine ecosystems, but also indirectly impacts ecosystem services supporting local communities, regional economies and tourism. Although there are still gaps in our knowledge, we know enough to be very concerned about the consequences: the impacts might even be larger than from Ocean acidification or heat waves, and three out of the five global mass extinctions were linked to Ocean deoxygenation. The sense of urgency to improve Ocean health is reflected in the UN Decade of Ocean Science for Sustainable Development (Ocean Decade) and the EU Mission: Restore our Ocean and Waters (Mission Ocean), and tackling the loss of oxygen in the Ocean is critical to achieving the aims of these two initiatives.PublishedReferee