Professional education in the modern world (E-Journal) / Профессиональное образование в современном мире
Not a member yet
982 research outputs found
Sort by
КОГНИТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В СОВРЕМЕННОЙ ШКОЛЕ И ДОВЕРИТЕЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ В ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ СРЕДЕ
Get PDFThe complexity of the study of issues related to trust and trust communication in interpersonal relationships (including relationships that arise, for example, between a teacher and a student in the learning process) is connected with the fact that, according to V. Petrovsky’s fair observation, in the field of science, interpersonal relationships were often presented as «ideal forces» that are not amenable to a specific study. At the same time, the modern meaning of this concept has expanded: trust is understood not only as a form of communication with one’s own kind («I»and «the other»), but also in relation to oneself. According To E.P. To Ilyin, trust towards oneself is the trust of one’s introspection, one’s feelings, perception, memory and one’s interpretations, faith in one’s own strength, one’s own value, necessity, which is emotionally experienced as self-acceptance. The article attempts to study and measure the manifestation of trust communication in the educational environment formed in the classroom between the teacher and the student, between the teacher and the class as a whole. The essence of the approach in the following studies is, among other things, the actualization of the image of the «significant other» in the consciousness of the student. «Significant other» in the mind of the student-the school teacher. The updated image is performed by inclusion in the student’s consciousness the feeling of «living presence»in a situation activity as a symbol. This symbol can be a portrait, a voice, a character or the character pictures, etc., in this study – pen from the teacher. The article proposes a simple and original way to update the image of a significant other (the study of the «Pen»).Сложность исследования вопросов, связанных с доверием и доверительной коммуникацией в межличностных отношениях (включающих отношения, возникающие, например, между учителем и учеником в процессе обучения), связана с тем, что, по справедливому замечанию В.А. Петровского, в научной сфере межличностные отношения зачастую представлены как неопредмеченные, а потому не поддающиеся конкретному исследованию «идеальные силы». При этом современный смысл этого понятия расширился: доверие понимается как вид коммуникации не только с себе подобными («я» и «другой»), но и по отношению к самому себе. Согласно Е.П. Ильину доверие по отношению к самому себе есть доверие своей интроспекции, своим ощущениям, восприятию, памяти и своим интерпретациям, вера в свои силы, собственную ценность, нужность, которое в эмоциональном плане переживается как самопринятие. В статье предпринята попытка изучить и измерить проявление доверительной коммуникации в образовательной среде, сформированной в классе между учителем и учеником, между учителем и классом в целом. Существо подхода в приведенных ниже исследованиях заключается в том числе в актуализации образа «значимого другого» в сознании учащегося. «Значимый другой» в сознании учащегося – учитель школы. Актуализация образа осуществляется посредством включенности в сознание учащегося ощущения «живого присутствия» в ситуации деятельности в качестве символа. Таким символом может быть портрет, голос, герой или персонаж картинки и т. д., в данном исследовании – ручки от учителя. В статье предложен простой и оригинальный способ актуализации образа значимого другого (исследование «Ручки»)
БЕЗОПАСНОСТЬ РОССИЙСКОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА: АКСИОЛОГИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ КОНЦЕПЦИИ
Get PDFThe paper analyzes the relation between condition and prospects of Russian education development and security based on valuable content. The author makes a case that theoretical basis of security educational space that could be developed by the synthesis of geophilosophical theories based on the concept «geopolitical space of social relations» allows to see the benefits of diverse directions of the modern philosophy of education from the axiological point of view. Methodology and research methods are based on multivectoral methodology: gnosseological (principles of cognition); axiological (principles of educational values) and some branches of philosophical knowledge (philosophy of geopolitics, social philosophy, the world approach, philosophy of education, etc.). All this addresses some of the problems appeared in Russian education and security on the basis of beliefs and a number of organizational and educational measures. The research results show that security of social relations is considered in frames of spatial and -temporal dimension where the author highlights the educational system in terms of loss of autonomy, trim the humanitarian sphere, depending on public educational purposes, etc. For public life and Russian educational space the focus is shifted on the threat of axiological content. The author addresses the social philosophy of basic scientific concepts like geophilosophy, geophilosophy of security, geophilosophical approach, geopolitical science and world analysis. Modernization theory, which ideologically inspired educational reforms, does not meet the macro-and micro-sociological processes in world space of social relations and could not serve as a reliable tool for Russian security educational space. From the loss of their position in the world system of States Russia can save only best value oriented education strategy, which not only central but also the extensive Russian periphery will develop intensively.Целью данной статьи является анализ зависимости состояния и перспектив развития российского образования от степени безопасности, основанных на аксиологическом содержании. Теоретическая база безопасности образовательного пространства, поиском которой может стать, по мнению автора, синтез геофилософских теорий, построенных на понятии «геополитическое пространство социальных отношений», с аксиологических позиций позволяет увидеть преимущества разнообразных направлений современной философии образования. Методология и методика исследования основаны на использовании многовекторной методологии: гносеологической (с принципами познания), аксиологической (с принципами образовательных ценностей) и отдельных отраслей философского знания (философия геополитики, социальная философия, миросистемный подход, философия образования и др.). Все это дает возможность рассмотреть некоторые проблемы безопасности российского образования и на основе убеждений и выработать ряд организационно-образовательных мер. Результаты исследования. Безопасность социальных отношений рассматривается в пространственно-временном измерении, в котором мы выделяем образовательную систему с точки зрения утраты самостоятельности, усечения гуманитарной сферы, зависимости от государственно-образовательных целей и др. Для сфер общественной жизни и российского образовательного пространства акцент смещается на угрозы аксиологического содержания. Поэтому для исследования данной проблемы мы обращаемся к разработанным в социальной философии основным научным концепциям, таким как геофилософия, геофилософия безопасности, геофилософский подход, геополитическая наука и миросистемный анализ. Теория модернизации, идеологически вдохновлявшая образовательные реформы, не отвечает макро- и микросоциологическим процессам в мировом пространстве социальных отношений и не может служить надежным инструментом безопасности российского образовательного пространства. От утраты своих позиций в мировой системе государств Россию может спасти только передовая ценностно-ориентированная образовательная стратегия, при которой не только центральная, но и обширная российская периферия будут интенсивно развиваться
О значении теории алгоритмов для системы современного профессионального образования и методики ее преподавания
Get PDFThe article explores the role and relevance of the theory of algorithms in the fundamentalization of mathematical education of specialists in the fi of computer science and information technology, trained at vocational schools and higher institutions. In this case, the theory of algorithms appears in two fi the fi fi assumes theory of specifi algorithms (or intuitively-containing theory of algorithms) whereas the second one implies a formal-logical (abstract) theory of algorithms. In the fi case, the theory of algorithms explores algorithms as means for solving specifi problems, and the problem of developing this kind of algorithm is seen as the basic one. This algorithm should be implemented by a modern computer in real time. The second problem assumes comparing different specifi algorithms for solving the same problem in terms of their complexity, mainly in terms of the time required to solve the problem. Due to this fact, the classes of complexity of algorithms P and NP appear followed by the problem of relationships between these classes. These problems are not solved until now. In the second case, the theory of algorithms creates mathematical (abstract) concepts of the algorithm and explores the properties of these concepts. In the 30s and the fi postwar years of the XX century, several abstract concepts of the algorithm, or formalizations of the intuitive understanding of the algorithm, were developed. This is a Turing machine, recursive functions as functions computable by some algorithm, normal algorithms of A. A. Markov. The abstract theory of algorithms establishes the equivalence of these abstract con cepts. The problem of these algorithms existing is seen as the most important one. In particular, the abstract theory of algorithms establishes the absence of algorithms for solving a number of mass problems. This paper describes a methodological system of teaching algorithm theory, taking into account its two intuitive and abstract fields.Статья посвящена выявлению роли и значения теории алгоритмов в фундаментализации математического образования специалистов в области компьютерных наук и информационных технологий, обучающихся в образовательных учреждениях СПО и ВО. При этом теория алгоритмов предстает в двух своих ипостасях: как теория конкретных алгоритмов (или интуитивно-содержательная теория алгоритмов) и как формально-логическая (абстрактная) теория алгоритмов. В первом случае теория алгоритмов занимается созданием и изучением алгоритмов решения конкретных задач, и главной проблемой здесь является проблема разработки такого конкретного алгоритма, который может быть реализован современным компьютером в реальное время, а также проблема сравнения различных конкретных алгоритмов решения одной и той же задачи по степени их сложности, в основном по времени, требуемом для решения задачи. В связи с этим возникают классы сложности алгоритмов P и NP, а вместе с ними и проблема взаимоотношений между этими классами, не решенная до конца до настоящего времени. Во втором случае теория алгоритмов создает строго математические (абстрактные) понятия алгоритма и изучает свойства таких понятий. В 1930-е годы и первые послевоенные годы было разработано несколько абстрактных понятий алгоритма или, как говорят, формализаций интуитивного понимания алгоритма. Это машины Тьюринга и вычислимые с их помощью функции, рекурсивные функции как функции вычислимые с помощью некоторого алгоритма, нормальные алгоритмы А. А. Маркова и вычислимые с их помощью функции. Абстрактная теория алгоритмов устанавливает эквивалентность этих абстрактных понятий. Важнейшей проблемой здесь является также проблема существования таких алгоритмов для решения той или иной массовой проблемы. В частности, абстрактная теория алгоритмов устанавливает отсутствие алгоритмов для решения ряда массовых проблем. В нашей работе характеризуется методическая система обучения теории алгоритмов, учитывающая эти две ее ипостаси: интуитивно-содержательную и абстрактную
Формализм или новая степень свободы: влияние глобализации на российское образование
Get PDFThe changes taking place in world education, within the framework of global trends, dictate new standards for the development of Russian higher education. On the one hand, universities are increasingly focused on the formation of specialists with «higher-order thinking skills», on the other hand, a constant race for quantitative indicators, formalizes the educational process, eliminating elements of creativity and freedom. The purpose of this article is to examine the influence of global trends on domestic education and science through the prism of the history of Russian higher education. The study was conducted on the basis of a system- historical approach, using descriptive and comparative methods. From the very first years of its existence, the Russian high school combined elements of Prussian and French universities. The level of its autonomy and development was directly dependent on domestic policy. The American education system, which has become an example for many world universities today, relying on the English model of the college, focused on democracy, electivity, widespread availability, pragmatism and competition. The combination of these qualities allowed US universities by the end of the twentieth century. become a guideline for the idea of unifying the principles of learning and evaluating the effectiveness of universities in the world. Russian higher education also joined the process of modifying higher education according to the American model. However, the absence of economic preconditions and the features of the organization of the Russian educational process, that were formed over several centuries, allowed only formally conform to new standards. In the conditions of priority of quantitative indicators, over qualitative ones, the formation of specialists with «thinking of a higher order» becomes difficult to achieve.Изменения, происходящие в мировом образовании в рамках глобальных трендов, диктуют новые стандарты развития российской высшей школы. С одной стороны, университеты все более нацелены на формирование специалистов с «мышлением высокого уровня», с другой – постоянная гонка за количественными показателями, формализует образовательный процесс, исключая элементы творчества и свободы. Целью нашей статьи является рассмотрение влияния глобальных трендов на отечественное образование и науку через призму истории российской высшей школы. Исследование проведено на основе системно-исторического подхода с использованием описательного и сравнительного методов. С самых первых лет своего существования российская высшая школа сочетала в себе элементы прусского и французского университетов. Уровень ее автономии и развития напрямую зависел от внутренней политики. Американская система образования, ставшая сегодня примером для многих мировых университетов, опираясь на английскую модель колледжа, ориентировалась на демократизм, элективность, широкую доступность, прагматизм и конкуренцию. Сочетание этих качеств позволило университетам США к концу ХХ в. стать ориентиром для идеи унификации принципов обучения и оценки эффективности вузов во всем мире. Российская высшая школа также включилась в процесс модификации высшего образования по американской модели. Однако отсутствие экономических предпосылок и сформированные за несколько столетий особенности организации российского образовательного процесса позволили лишь формально соответствовать новым стандартам. Более того, в условиях приоритета количественных показателей над качественными, цель формирования специалистов с «мышлением высокого порядка» становится труднодостижимой
Информационное письмо о проведении VII Всероссийской очно-заочной научно-практической конференции с международным участием
No full text.
Социальная инженерия в сфере профессионального образования
Get PDFThe article considers social engineering activities, identifies the goal, object, subject and mechanism for their implementation. It shows that social engineering is a multidimensional activity aimed at maintaining and reproducing the integrity of systems or their purposeful transformation. The article presents the main areas of social engineering (social engineering research, design, organizational, technological and consultative management activities), and the corresponding professional qualifications (social analyst, social design specialist, social technologist and management consultant). The article reveals that in Russia there are no professional standards in this area, there are no (in their pure form) areas of vocational training, and therefore it is possible to introduce social engineering only regarding specializations and profiles in related vocational education areas. It is noted that the new federal state standards of higher education expand the boundaries of implementing social engineering in the educational process; the presented requirements for the formation of universal and general professional competencies correspond to the main areas of social engineering activity. The article establishes that the work on social projects as a specific type of interdisciplinary activity aimed at preventing, minimizing or completely resolving specific social problems, is an important element of training in the field of social engineering. It is also shown that the range of socially significant projects is quite wide: from scientific-educational to cultural-educational and charitable. It is proved that the ability to plan, organize and implement social projects is a necessary component of the vocational education of social analysts, designers, technologists and consultants. As an example, the article presents the results of the work on forming the social engineering model in the framework of educational profiles that are implemented at the Institute of Social Engineering at Federal State Budget Educational Establishment of Higher Education «Reshetnev Siberian State University of Science and Technology».В статье рассматривается социоинженерная деятельность, выявлены цель, объект, субъект и механизм осуществления социальной инженерии. Показано, что социальная инженерия представляет собой многоаспектную деятельность, направленную на сохранение и воспроизводство целостности систем или их целенаправленную трансформацию. Рассмотрены основные направления социальной инженерии (социоинженерные исследования, проектно-конструкторская, организационно-технологическая и консультативно-управленческая деятельность), и соответствующие им профессиональные квалификации (социальный аналитик, специалист по социальному конструированию, социальный технолог и консультант по управлению). Выявлено, что в России профессиональных стандартов в этой сфере не сформировано, отсутствуют (в чистом виде) и направления профессиональной подготовки, а потому возможно внедрение социальной инженерии лишь в части специализаций и профилей по родственным направлениям профессионального образования. Отмечено, что новые федеральные государственные стандарты высшего образования расширяют границы внедрения социальной инженерии в образовательный процесс, представленные в них требования к формированию универсальных и общепрофессиональных компетенций соответствуют основным направлениям социоинженерной деятельности. Установлено, что важным элементом профессиональной подготовки в области социальной инженерии выступает работа над социальными проектами как специфический вид междисциплинарной деятельности, направленный на предупреждение, минимизацию или полное разрешение конкретных социальных проблем. Показано, что спектр социально значимых проектов достаточно широк: от научно-образовательных до культурно-воспитательных и благотворительных. Доказано, что умение планировать, организовывать и реализовывать социальные проекты – необходимая составляющая профессионального образования социальных аналитиков, конструкторов, технологов и консультантов. В качестве примера описаны результаты деятельности по формированию модели социоинженерной подготовки в рамках образовательных профилей, реализуемых в институте социального инжиниринга ФГБОУ ВО «Сибирский государственный университет науки и технологий имени академика М. Ф. Решетнева»
Психология дидактической коммуникации: инновации конструктивистского подхода
Get PDFThe article deals with the problems of constructivist reflection and the construction of didactic communication, the innovations, opportunities and limitations that the constructivist model of pedagogical interaction offers. The aim of the work was an analysis of innovations and perspectives of understanding the modern educational process in the context of the constructivist approach. Postmodern, the era of the late twentieth and early twenty-first centuries, leaving, leaves many interesting and productive developments, which undoubtedly include constructivism. Contesting the existence of reality as such, constructivism offered several solutions to the problem of man's comprehension of himself and the world. These solutions united by a common idea of producing internal and external reality in social dialogue, in the interaction of people and groups (actors and co-actors) interested in solving problems, united in situational, subject, active collaborations (associations, groups) to develop the best and satisfying all participants as stakeholders of a consensus solution of the problem. Constructivism has changed the view of what is happening in the relations of people in a number of areas, including management and education. Findings. Due to its debatable nature, the development of constructivism ideas in the context of the development of educational ideologies and technologies activates the processes of reconceptualization of the traditional model of didactic communication, and the constructionist model of education itself can and should become an object of systematic methodological, theoretical, empirical and applied research. Any of these approaches can be disclosed as an example of a constructivist educational model. The leading signs of this model are the dialogue nature of education, the focus on understanding the internal and external world in a dialogue with significant other people. This model assumes the consideration of such a dialogue as a process by which a person builds his own life world and himself, as a creative «rediscovery» of the basic truths of human existence, as making socially and personally meaningful decisions in a situation of educational, professional and life choices.В статье рассматриваются проблемы конструктивистского осмысления и конструирования дидактической коммуникации, т. е. инновации, возможности и ограничения, которые предлагает конструктивистская модель педагогического взаимодействия. Целью работы выступил анализ инноваций и перспектив осмысления современного образовательного процесса в контексте конструктивистского подхода. Постмодерн, эпоха конца ХХ и начала XXI в., уходя, оставляет множество интересных и продуктивных разработок, к числу которых относится, несомненно, и конструктивизм (constructivism). Оспаривая существование реальности как таковой, конструктивизм предложил несколько вариантов решения проблемы постижения человеком себя и мира, объединенных общей идеей производства внутренней и внешней реальности в социальном диалоге, во взаимодействии заинтересованных в решении проблем людей и групп (акторов и ко-акторов), объединенных в ситуативные, предметные, деятельные коллаборации (ассоциации, группы) для выработки оптимального и удовлетворяющего всех участников как стейкхолдеров консенсусного решения проблемы. Конструктивизм изменил взгляд на происходящее в отношениях людей в целом ряде сфер, включая менеджмент и образование. Выводы. Благодаря своей дискуссионности, развитие идей конструктивизма в контексте разработки образовательных идеологий и технологий активизирует процессы реконцептуализации традиционной модели дидактической коммуникации, а сама конструкционистская модель образования может и должна стать объектом систематических методологических, теоретических, эмпирических и прикладных исследований. Любой из перечисленных подходов может быть раскрыт как пример конструктивисткой модели образования, ведущими признаками которой являются диалогичность образования, нацеленность на осмысление внутреннего и внешнего мира в диалоге со значимыми другими людьми, рассмотрение такого диалога как процесса построения человеком собственного жизненного мира и самого себя, как творческого «переоткрытия» базовых истин человеческого существования, как принятие социально и личностно значимых решений в ситуации учебного, профессионального, жизненного выбора
Ролевые факторы как педагогическая инновация межличностного взаимодействия курсантов
Get PDFThe article analyzes the problem of the role structure of cadets, the relevance of which is due to the reforms in the system of higher military education, the complexity of training programs and the increasing requirements for the training of unit commanders. It is noted that in the process of interpersonal interaction in the military team, it is assumed that certain roles will be performed. A new method for diagnosing cadets’ role models as participants in the pedagogical process is proposed, using the innovative Kaleidoscope technique, which includes 10 main roles related to the meso-level. The differentiation of roles according to three criteria is considered: activity-passivity, individualism-sociality and spontaneity-traditionalism. The purpose of the article is the disclosure of the features of the role structure of cadets as subjects of the pedagogical process in the context of interpersonal interaction. A three-factor structure was obtained, explaining more than 67.36 % of the total variability, consisting of the moral and emotional aspect of the role-playing behavior of a serviceman in professional activities, role-playing professionally significant qualities of the defender of the fatherland and the expressive-creative potential in implementing role-playing behavior in the pedagogical process. It is determined that the selected role factors reflect a contradictory unity and include, on the one hand, the role of subordination to the standards and regulations of the military community, and on the other hand, the roles that fulfill the expectations of the homeland defender, the winner, the hero, and the role of leader. It is concluded that the consideration of role factors acting at the personality level as content-informational education introduces new changes in the interaction of participants in the pedagogical process at a military university. In addition, it is noted that the role-based interactions implement the conditions for reprogramming the role profile of the participants in the pedagogical interaction, which contributes to the exit from the individual space into the meta-space.В статье анализируется проблема ролевой структуры курсантов, актуальность которой обусловлена реформами в системе высшего военного образования, усложнения учебных программ и повышения требований к подготовке командиров подразделений. Отмечается, что в процессе межличностного взаимодействия в воинском коллективе, предполагается исполнение определенных ролей. Предлагается новый способ диагностики ролевых моделей курсантов как участников педагогического процесса, посредством инновационной методики «Калейдоскоп», включающей 10 основных ролей, относящихся к мезоуровню. Рассматривается дифференциация ролей по трем критериям: активность-пассивность, индивидуалистичность-социальность и спонтанность-традиционность. Целью статьи выступает раскрытие особенностей ролевой структуры курсантов, как субъектов педагогического процесса в контексте межличностного взаимодействия. Получена трехфакторная структура, объясняющая более 67,36 % общей изменчивости, состоящая из морально- эмоционального аспекта ролевого поведения военнослужащего в профессиональной деятельности, ролевые профессионально значимые качества защитника отечества и экспрессивно-творческий потенциал в реализации ролевого поведения в процессе педагогического процесса. Определяется, что выделенные ролевые факторы отражают противоречивое единство и включают с одной стороны роли подчинения нормативам и уставу воинского сообщества, а с другой стороны роли, реализующие ожидания защитника отечества, победителя, героя, а также роли руководителя. Делается вывод, что учет ролевых факторов, выступающих на уровне личности как содержательно-информационные образования, вносит новые изменения в интеракции участников педагогического процесса в военном вузе. Кроме того, отмечается, что в ролевых интеракциях реализуется условия перепрограммирования ролевого профиля участников педагогического взаимодействия, что способствует выход из индивидуального пространства в мета-пространство