General Reanimatology (E-Journal) / Общая реаниматология
Not a member yet
711 research outputs found
Sort by
Активность аутофагии в клетках эпикарда при развитии острого перикардита
Get PDFPericarditis is a group of polyetiological diseases often associated with emergence of life– threatening conditions. Poor knowledge of underlying cellular mechanisms and lack of relevant approaches to investigation of pericarditis result in major challenges in diagnosis and treatment.The aim of this work was to identify changes in the activity of autophagy in epicardial cells in acute pericarditis.Materials and methods. Acute pericarditis in mice was induced by intrapericardial injection of Freund's adjuvant in the study group (n=15). The control group included animals receiving either intrapericardial injection of phosphate-buffered saline (PBS) (n=15), or sham surgery without injections (n=7). On Days 3 or 5 after surgery the animals were euthanized under isoflurane anesthesia. Immunofluorescence staining of cardiac tissue cryo-sections and immunoblotting were used to assess the intensity of inflammation and autophagy in the epicardium.Results. Inflammation and other signs of acute pericarditis resulting in thickening of some epicardial areas were found: 68+9% in the control (after PBS injection) and 124+22% after Freund's adjuvant injection (p=0.009); other signs included cellular infiltration of epicardium and multiple adhesions. The epicardial layer exhibited signs of mesothelial cells reorganization with 11-fold increase of autophagy markers LC3 II/LC3 I ratio: 0.07+0.02 in the control group (after PBS injection) and 0.84+0.07 - in acute pericarditis (p=0.04), and accumulation of collagen fibers.Conclusion. Development of acute pericarditis is accompanied by activation of epicardial mesothelial cells, intensified autophagy and development of fibrous changes in epicacardial/ subepicardial areas.Перикардит – это группа полиэтилогичных заболеваний, которые часто ассоциированы с развитием жизнеугрожающих состояний. Существенные сложности при их диагностике и лечении в значительной степени обусловлены ограниченным пониманием клеточных механизмов развития перикардита и отсутствием релевантных подходов при его изучении.Цель данной работы: выявление изменения активности аутофагии в клетках эпикарда при остром перикардите.Материалы и методы. Острый перикардит в сердце мышей моделировали путем интраперикардиального введения 50 мкл адъюванта Фрейнда (n=15). Контрольным животным интраперкардиально вводили 50 мкл раствора фосфатно-солевого буфера (ФСБ) (n=15) или выполняли операции без интраперикардиального введения какого-либо препарата (ложнооперированные животные, n=7). На 3-й или 5-й день от проведения хирургической операции после ингаляционной наркотизации изофлюраном производили эвтаназию животных. Активность воспаления в зоне эпикарда и выраженность аутофагии исследовали с помощью иммунофлуоресцентных методов окрашивания криосрезов сердца и иммуноблотинга.Результаты. Обнаружили развитие воспалительной реакции и появление признаков острого перикардита, ассоциированного с утолщением зоны эпикарда: 68+9% в контроле (после введения ФСБ) и 124+22% после введения адъюванта Фрейнда, p=0,009, его полиморфно-клеточной инфильтрацией и формированием множественных спаек. В составе эпикардиального слоя наблюдали признаки реорганизации клеток мезотелия, 11-кратное повышение соотношения в них маркеров аутофагии LC3 II/LC3 I: 0,07+0,02 в контроле (после введения ФСБ) и 0,84+0,07 при остром перикардите, р=0,04, а также аккумуляцию коллагеновых волокон.Заключение. Развитие острого перикардита сопровождается активацией клеток эпикардиального мезотелия, повышением выраженности аутофагии и развитием фиброзных изменений в зоне эпикарда/субэпикарда. Изучение возможности модуляции аутофагии с целью воздействия на развитие острого перикардита является предметом дальнейших исследований
Оценка риска желудочно-кишечного кровотечения у пациентов с повреждением головного мозга
Get PDFThe aim of the study was to develop a risk model for upper gastrointestinal tract (GIT) bleeding in patients with brain injury of various etiologies.Material and methods. Case histories of 33 patients were included into a retrospective descriptive study: 22 patients had severe brain injury of various etiologies, and 11 patients after elective surgery for cerebral aneurisms with uneventful postop period were taken for comparison. The patients were grouped in two arms: Group 1 included patients with obvious signs of GIT bleeding (N=11) and Group 2 had no obvious signs of bleeding (N=22). Complaints, life and medical history, comorbidities, specialists’ exams data, results of laboratory and instrumental examinations, therapeutic regimens were analyzed. Presence of disproportionate pathologic sympathetic overreaction to acute brain injury, i.e., paroxysmal sympathetic hyperactivity (PSH), was assessed on admission and on Days 1, 3 and 5 after brain injury. Results. A model for upper GIT bleeding risk assessment was designed using logistic regression. The resulting model gains high quality rating: χ²=33,78, 3; p<0,001; OR=315. The risk of upper GIT bleeding exceeded 95% in patients having combination of 4 symptoms in their medical history (presence of PSH on Day 1 after acute brain injury; Karnofsky performance scale index 75; lack of neurovegetative stabilization in the acute period of brain injury; gastric and/or duodenal ulcer).Conclusion. Determining the risk factors thresholds enables stratification of patients by the risk for upper GIT bleeding. Modification of the identified four risk factors (presence of PSH on Day 1after acute brain injury; Karnofsky performance scale index 75; lack of neurovegetative stabilization in the acute period of brain injury; gastric and/or duodenal ulcer) will probably reduce the occurrence of upper GIT bleeding in patients with acute brane injury of various etiology.Цель исследования — построение модели риска развития желудочно-кишечного кровотечения из желудка и двенадцатиперстной кишки у пациентов с повреждением головного мозга различной этиологии. Материал и методы. В ретроспективное описательное исследование включили истории болезни 33-х пациентов: 22 пациентов — с тяжелым повреждением головного мозга различной этиологии и, для сравнения, 11 пациентов — с аневризматической болезнью сосудов головного мозга с неосложненным течением послеоперационного периода после плановых нейрохирургических вмешательств. Всех пациентов разделили на 2 группы: с явными признаками кровотечения из ЖКТ (n=11) и без явных признаков кровотечения (n=22). Проанализировали жалобы, анамнез заболевания и жизни, сопутствующие заболевания, данные осмотров специалистов, результаты лабораторных и инструментальных исследований, особенности терапии. Функции вегетативной нервной системы оценивали по проявлениям пароксизмальной симпатической гиперактивности (ПСГА) при поступлении в стационар, на 1-е, 3-и и 5-е сут после повреждения ГМ. Результаты. Средствами логистической регрессии построили модель оценки риска развития явного кровотечения из верхних отделов желудочно-кишечного тракта. Полученная модель обладает высокой оценкой качества: χ²=33,78, 3; p<0,001; OR=315. При сочетании в анамнезе 4-х признаков (повышение ПСГА в 1-е сут после повреждения головного мозга; индекс Карновского менее 75; отсутствие нейровегетативной стабилизации в остром периоде повреждения головного мозга; язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки (ДПК)) риск развития явного кровотечения из верхних отделов желудочно-кишечного тракта превышал 95%.Заключение. Выделение пороговых значений факторов риска позволяет разделить пациентов на группы риска развития кровотечений из верхних отделов ЖКТ. Воздействие на выявленные 4 фактора риска (проявления ПСГА в 1-е сут после повреждения головного мозга; индекс Карновского менее 75; отсутствие нейровегетативной стабилизации в остром периоде повреждения головного мозга; язвенная болезнь желудка и ДПК) позволит, вероятно, снизить частоту ЖКК из верхних отделов ЖКТ у пациентов с повреждением ГМ различной этиологии.
Нутритивный статус пациентов в длительном критическом состоянии
Get PDFMaterial and methods. We examined 23 patients with chronic critical illness who were in a minimally conscious state (MCS) with 10.9±2.5 scores on the FOUR (Full Outline of Unresponsiveness) Score Coma Scale. Indicators of carbohydrate, lipid, protein and energy exchange metabolism were evaluated using specimens sampled in the morning hours. Nutritional support was provided by isocaloric isonitrogenic mixtures.Results. Blood biochemistry showed decreases in total protein and albumin levels in 86.9% and 91.3% of patients, respectively. The tests also revealed decreased concentrations of several amino acids, including essential amino acids: histidine (38.3±13.07 µmol/l), methionine (12.68±3.81 µmol/l), threonine (61.6 [58.5;87.7] µmol/l), tryptophan (33.06±15.95 µmol/l), and non-essential amino acids: arginine (40.50 [22.2; 46.9] µmol/l), glutamic acid (124.5±39.29 µmol/l), tyrosine (37.97±10.12 µmol/l). Some correlations between the concentrations of individual amino acids and other indicators were revealed, such as histidine and CRP (r=–0.68, P=0.043), tryptophan and CRP (r=–0.86, P=0.002), histidine and leukocyte count (r=–0.76, P=0.015), methionine and lysine (r=0.88, P=0.008), methionine and patient's weight (r=–0.68, P=0.042). A relationship between threonine concentration and the level of consciousness on the FOUR scale (r=–0.73, P=0.037) was also found. All patients demonstrated significant alterations of carbohydrate and lipid metabolism.Conclusion. Alteration of adequate protein metabolism seems to be the most affected constituent in the nutritional status of patients with chronic critical illness. It is manifested by a decrease in the concentration of total protein and a number of essential and non-essential amino acids, which implies the importance of highprotein nutritional support and correction of the amino acid profile. Цель. Оценить состояние нутритивного статуса пациентов в длительном критическом состоянииМатериал и методы. Обследовали 23 пациента в длительном критическом состоянии, находящихся в минимальном сознании по шкале FOUR (Full Outline of Unresponsiveness), уровень сознания — 10,9±2,5 балла. Оценили показатели углеводного, жирового и белкового обмена, а также энергообмена, забор анализов осуществляли в утренние часы. Нутритивную поддержку обеспечивали изокалорическими изонитрогенными смесями.Результаты. В биохимических показателях крови у 86,9% пациентов выявили сниженное содержание общего белка, у 91,3% — альбумина. При этом отметили также снижение концентрации ряда аминокислот: среди незаменимых — гистидина 38,3±13,07 мкмоль/л, метионина 12,68±3,81 мкмоль/л, треонина 61,6 [58,5; 87,7] мкмоль/л, триптофана 33,06±15,95 мкмоль/л, а среди заменимых — аргинина 40,50 [22,2; 46,9] мкмоль/л, глутаминоваой кислоты 124,5±39,29 мкмоль/л и тирозина 37,97±10,12 мкмоль/л. Выявили корреляционные связи между содержанием некоторых аминокислот и другими показателями пациентов: между концентрацией гистидина и содержанием СРБ (r=–0,68, p=0,043), а также между концентрациями триптофана и СРБ (r =–0,86, p=0,002), концентрацией гистидина и количеством лейкоцитов (r=–0,76, p=0,015), концентрацией метионина и лизином (r=0,88, p=0,008), концентрацией метионина и весом пациента (r=0,68, p=0,042), и связь между концентрацией треонина и уровнем сознания по шкале FOUR (r=–0,73, p=0,037). Выраженных нарушений углеводного и жирового обмена не отметили.Заключение. Установили, что у пациентов в длительном критическом состоянии наиболее страдающим участком нутритивного статуса является нарушение адекватного белкового обмена. Оно проявляется снижением концентрации белка и ряда заменимых и незаменимых аминокислот, что предполагает важность высокобелковой нутритивной поддержки и коррекции аминокислотного профиля.
3D ЭЭГ и клинические признаки смерти мозга. Предварительное сообщение
Get PDFDetermination of brain dying means reversible or irreversible injury to the brain, including the brainstem. Current guidelines rely on clinical examination including the proof of coma, absent brain stem reflexes, and apnoea test. Neurophysiological testing using electroencephalography and evoked potentials — somatosensory evoked potentials and brainstem auditory evoked potential could have been helpful in the final diagnostic brain death conclusion, but the diagnostic accuracy of these methods in the last years has revealed controversies. Here, we present data on quantitative EEG signal evaluation (qEEG) by a 3-dimensional brain mapping (3D BM) as developing tool to clarify whether the transverse and anterior posterior coherences such as connectivity indices may demonstrate connection in transversal or anterior posterior dimensions with «wavelet transformation» and if the 3D BM visualization of the of representative EEG signals may improve informative value of EEG signals quantification when evaluating the brain dying.The purpose of our work is to provide an update on the evidence and controversies on the use of EEG for determining brain dying and raise discussion on EEG applications to improve the transplantation program.Results. We analyzed the EEG records of 10 patients admitted for cardiopulmonary resuscitation (CPR) during September, 2017 — August, 2018. Data from one patient, ŽM, 33 years old, after haemorrhagic shock (August 2018) were analyzed in details. Quantitative EEG dynamics by images and clinical course of brain dying were monitored prior and after the amantadine sulfate intravenous administration for brain revival. Data demonstrated the ability of brain to survive; the cause of final brain death was heart failure.Conclusion. Data confirm the hope for survival of the brain in a coma and demonstrate brain capability to keep functionally optimal state as a potential for a good social adaptation.Под смертью мозга понимается обратимое или необратимое повреждение головного мозга, включая его ствол. Современные рекомендации по диагностике смерти мозга опираются на данные клинического обследования, включающие объективные признаки комы, отсутствие стволовых рефлексов и положительный тест на апноэ. Нейрофизиологическое тестирование с использованием электроэнцефалографии (ЭЭГ) и вызванных потенциалов (соматосенсорных и слуховых стволовых) могло бы помочь в окончательном диагностическом заключении о смерти мозга, но диагностическая точность указанных методов в последние годы является предметом многочисленных обсуждений. В данной статье представили результаты количественной оценки сигналов ЭЭГ с помощью трехмерного картирования мозга (3D КM) как нового инструмента выяснения взаимосвязи между коэффициентами когерентности при поперечном и передне-заднем сканировании и «вейвлет-преобразовании», а также поставили вопрос о том, может ли визуализация репрезентативных сигналов ЭЭГ с помощью 3D КМ улучшить информативность количественной оценки сигналов ЭЭГ при определении смерти мозга.Цель работы — предоставить последнюю информацию об имеющихся доказательных данных и нерешенных вопросах в отношении использования ЭЭГ для определения смерти мозга и инициировать дискуссию о применении ЭЭГ для повышения эффективности стратегий трансплантации.Результаты. Проанализировали записи ЭЭГ 10 пациентов, поступивших для проведения сердечнолегочной реанимации в период с сентября 2017 г. по август 2018 г. Данные пациентки, Ж. М., 33 лет, перенесшей геморрагический шок (август 2018 г.), проанализировали подробно. Оценили динамику количественных показателей ЭЭГ по изображениям и изменения клинической картины смерти мозга до и после внутривенного введения амантадина сульфата, который применяли для оживления головного мозга. Результаты продемонстрировали способность мозга к сохранению жизнеспособности, при этом причиной биологической смерти мозга стала сердечная недостаточность.Заключение. Получили обнадеживающие данные, позволяющие предполагать возможность выживания мозга при коме и демонстрирующие способность мозга сохранять такое функциональное состояние, которое может явиться основой для успешной социальной адаптации
Дестабилизация организованной структуры фибрилляции желудочков при реперфузии
Get PDFAim: to study the effect of reperfusion on the organized frequency-amplitude structure of ventricular fibrillation (VF) in the dog heart.Materials and methods. We conducted 4 experiments on 8 dogs. In each experiment, the isolated heart of one dog was perfused with the blood of the second (supporting) dog. In 4 experiments on an isolated artificially perfused heart, 6 episodes of 3 min ischemia and 10 min reperfusion of the heart were performed in VF (1–2 episodes of ischemia-reperfusion in one experiment). Each episode of 3 min ischemia in VF was preceded by a 10 min perfusion of the heart in VF. Ventricular electrogram was recorded during VF episodes. A frequencyamplitude (spectral) analysis of 1 sec segments of the electrogram was performed, and the proportion (in %) of 0.5–15 Hz frequency oscillations in 10 sec segments of the electrogram was determined in 6 episodes of perfusion, ischemia and reperfusion in VF (M±m, N=60). The VF frequency-amplitude structures during ischemia and reperfusion were compared with the stable VF frequency-amplitude structure during perfusion taken as the control. The nonparametric Welch criterion in the «The R Project for Statistical Computing» software environment was used to compare the VF parameters during perfusion, ischemia and reperfusion. Results. 9–10 Hz frequency oscillations dominated in the VF frequency-amplitude structure during heart perfusion, taken as the control. In the first 30 sec of ischemia, the frequency and amplitude of the dominant oscillations did not significantly change vs VF control obtained during cardiac perfusion. A decrease of dominant oscillations frequency up to 6.5–7.5 Hz, and of the proportion of oscillations — up to 26% was documented at the 3rd min of ischemia. At the 1st min of reperfusion, the frequency of dominant oscillations increased to 13.5–14.5 Hz, but the proportion of oscillations remained reduced to 26%, as at the 3rd min of ischemia. At the 2nd min of reperfusion, the frequency of dominant oscillations decreased to 9.5–10.5 Hz, and the proportion of dominant oscillations increased to 33%. The frequency and amplitude of the dominant oscillations stabilized at 3–10 min of reperfusion: oscillations at 9–10 Hz frequency accounted for 32–33% of the spectral power.Conclusion. Reperfusion in VF is characterized by transient destabilization of VF organized structure at the 1st min of the procedure. VF organized structure regains stabilization within 2–10 min of reperfusion. Cardiac perfusion in intentionally induced VF can be used instead of cardioplegia during major cardiac surgery to boost cardiac resistance to ischemia and prevent or reduce reperfusion complications.Цель исследования — изучить влияние реперфузии на организованную частотно-амплитудную структуру фибрилляции желудочков (ФЖ) сердца собаки. Материалы и методы. Провели 4 опыта на 8 собаках. В каждом опыте изолированное сердце одной собаки перфузировали кровью второй (поддерживающей) собаки. В 4 опытах на изолированном искусственно перфузируемом сердце выполнили 6 эпизодов 3-минутной ишемии и 10-минутной реперфузии сердца при ФЖ (1–2 эпизода ишемии-реперфузии в одном опыте). Каждому эпизоду 3-минутной ишемии при ФЖ предшествовала 10-минутная перфузия сердца при ФЖ. Регистрировали электрограмму желудочков при ФЖ. Проводили частотно-амплитудный (спектральный) анализ 1-секундных отрезков электрограммы и определяли удельный вес (в %) осцилляций частотой 0,5–15 Гц в 10-секундных отрезках электрограммы в 6 эпизодах перфузии, ишемии и реперфузии при ФЖ (M±m, n=60). Стабильная частотно-амплитудная структура ФЖ при перфузии служила контролем, с которым сравнивали частотно-амплитудную структуру ФЖ при ишемии и реперфузии. Сравнение параметров ФЖ при перфузии, ишемии и реперфузии проводили по непараметрическому критерию Welch в среде «The R Project for Statistical Computing». Результаты. При перфузии сердца при ФЖ, служившей контролем, осцилляции частотой 9–10 Гц доминировали в частотно-амплитудной структуре ФЖ. В первые 30 сек ишемии частота и амплитуда доминирующих осцилляций ФЖ статистически значимо не изменялась по сравнению с контролем при перфузии сердца до ишемии при ФЖ. На 3-й мин ишемии частота доминирующих осцилляций снижалась до 6,5–7,5 Гц, а удельный вес осцилляций — до 26 %. На 1-й мин реперфузии частота доминирующих осцилляций возрастала до 13,5–14,5 Гц, но удельный вес осцилляций оставался сниженным до 26%, как на 3-й мин ишемии. На 2-й мин реперфузии частота доминирующих осцилляций снижалась до 9,5–10,5 Гц, а удельный вес доминирующих осцилляций возрастал до 33%. Частота и амплитуда доминирующих осцилляций стабилизировалась на 3–10-й мин реперфузии — осцилляции частотой 9–10 Гц составляли 32–33% спектральной мощности. Заключение. Реперфузия при ФЖ характеризуется транзиторной дестабилизацией организованной структуры ФЖ на 1-й мин реперфузии. Организованная структура ФЖ стабилизируется на 2–10-й мин реперфузии. Перфузию сердца при искусственно вызванной ФЖ можно использовать вместо кардиоплегии во время длительной кардиохирургической операции, это может повысить устойчивость оперируемого сердца к ишемии и предотвратить реперфузионные осложнения.
3D сфероиды - клеточная модель для изучения воздействия гипоксии на эпикардиальное микроокружение
Get PDFFundamental research in recent years has allowed us to reassess the molecular and cellular mechanisms of cardiac ontogenesis and its repair after damage. The epicardium, the outer, tightly adjoining layer of the cardiac wall formed by epicardial mesothelial cells, collagen and elastic fibers, has gained special relevance as an important participant of reparative processes. Better insight into poorly understood epicardial function is challenged due to anatomical issues and lack of relevant cellular models.The aim of this study was to develop a spheroid 3D model of the epicardial microenvironment and determine responses of spheroids to hypoxia.Materials and methods. Spheroids were harvested in V-shaped culture dishes with a low adhesion coating. Immunofluorescent staining of cryosections, histological methods and real-time PCR were used for characterization of cultured spheroids.Results. We demonstrated that cultivation of cells under low adhesion conditions in V-shaped culture dishes resulted in the formation of spheroids with an average size of 136+21 µm and cell viability rates of over 98%. The cells in the spheroids cultured under normoxic conditions formed tight junctions and were characterized by a low level of proliferation and the ability to synthesize extracellular matrix proteins. Under hypoxia cells in the spheroids showed partial loss of intercellular contacts, acquired a spindle shape, started to express HIF1a, SNAIL, COL1Al and accumulate collagen. All these features demonstrated the activation of mesothelial(endothelial)-mesenchymal transition strongly resembling epicardial cellular responses to ischemia in vivo.Conclusion. An epicardial spheroid cell culture model suitable for study cellular responses to hypoxic environment was developed. This model can be used to clarify mechanisms regulating epicardial microenvironment and test new targeted candidate drugs.Фундаментальные исследования последних лет позволили переосмыслить молекулярные и клеточные механизмы онтогенеза сердца и его репарации после повреждения. Особую актуальность приобретает изучение эпикарда — наружного, плотно примыкающего к миокарду слоя сердечной стенки, образованного гетерогенной популяцией клеток эпикардиального мезотелия, коллагеновыми и эластическими волокнами, являющегося важным участником репаративных процессов. Изучение эпикарда затруднено в связи с анатомическими ограничениями и отсутствием релевантных клеточных моделей.Цель исследования. Разработка 3D модели эпикардиального микроокружения и оценка влияния гипоксии на ее характеристики.Материал и методы. Сборку сфероидов проводили в V-образных культуральных чашках с низкоадгезионным покрытием. Характеристику сфероидов выполняли с использованием иммунофлуоресцентного окрашивания криосрезов, гистологических методов, ПЦР в реальном времени.Результаты. Культивирование клеток в низкоадгезионных условиях в V-образных культуральных чашках ведет к формированию сфероидов, имеющих размер 136±21 мкм и показатели жизнеспособности клеток более 98%. Клетки в составе сфероидов, культивированных в условиях нормоксии, образовывали плотные межклеточные контакты, характеризовались низким уровнем пролиферации и способностью синтезировать белки внеклеточного матрикса. В условиях гипоксии клетки сфероидов частично утрачивали межклеточные контакты, приобретали веретенообразную форму, экспрессировали HIF1a, SNAI1, ACTA2, FN1, COL1A1 и накапливали коллаген, что указывает на признаки активации мезотелиально-мезенхимального перехода и сходные черты с клеточным ответом эпикарда на острое ишемическое повреждение in vivo.Заключение. На основе клеточного сфероида разработали и охарактеризовали модель эпикарда, которая может реализовать клеточный ответ на воздействие гипоксического стимула и быть использована для изучения механизмов регуляции эпикардиального микроокружения, тестирования лекарственных препаратов направленного действия
Шкала оценки сопутствующих заболеваний у ареактивных пациентов (CoCoS): лингвокультурная адаптация русскоязычной версии (сообщение)
Get PDF Identification of complications and control of comorbidities are essential in monitoring the patients with chronic disorders of consciousness and predicting their outcomes. The researchers of the Department of Biotechnological and Applied Clinical Sciences of the University of L'Aquila (Italy) developed the Comorbidities Coma Scale (CoCoS) for a comprehensive assessment of such patients. Lack of an officially validated version of the scale hampers its use in Russia, while using versions which have not been completely validated prevents clinicians from obtaining reliable results when examining patients with chronic disorders of consciousness. Aim. To develop the official Russian language version of the Comorbidities Coma Scale, considering various linguistic and cultural parameters, as a part of the 1st stage of the validation study. Material and methods. The first stage of validation was completed: direct and reverse translation of the scale was performed by two independent medical translators. The translated version was assessed by an expert board including an expert translator, neurologists, and critical care specialists. Pilot test and two meetings of the expert board, before and after testing, were arranged to assess the results and approve the final Russian version of the scale. Results. During the first meeting of the expert board, corrections were made in the Russian language version of the scale in terms of language and cultural adaptation. Pilot testing was carried out based on the inclusion and exclusion criteria. The researchers had no difficulties in understanding and interpreting the instructions for the scale. The second meeting of the expert board was held thereupon, and the final version of the Russian language version of the scale was adopted, which is available on the website of the Center for Validation of Health Status Questionnaires and Scales of the Research Center of Neurology. Conclusion. The first stage of validation, i. e., linguistic and cultural adaptation, was carried out at the Research Center of Neurology (Moscow, Russia). For the first time, the Russian version of the scale for assessing comorbidities in patients with chronic disorders of consciousness was presented and approved for the practical use. The future publications will address the psychometric results of the scale such as sensitivity, validity, reliability. Выявление осложнений и контроль над течением сопутствующих заболеваний является важнейшим этапом в отслеживании динамики и прогнозе исходов у пациентов с хроническими нарушениями сознания. Для проведения оценки состояния у данной категории пациентов сотрудниками департамента биотехнологических и прикладных клинических наук университета L'Aquila (Италия) была разработана шкала — Comorbidities Coma Scale (CoCoS). Отсутствие официально валидированной версии данной шкалы затрудняет ее применение в России, а использование версий, не прошедших все необходимые этапы валидации, препятствует получению достоверных результатов при обследовании пациентов с хроническими нарушениями сознания. Цель. Разработка официальной русскоязычной версии Шкалы оценки сопутствующих заболеваний у ареактивных пациентов с учетом языковых и культурных особенностей ее пользователей в рамках проведения 1-го этапа валидационного исследования. Материал и методы. Письменное разрешение на адаптацию шкалы CoCoS было получено сотрудниками группы валидации международных шкал и опросников Научного центра неврологии (ФГБНУ НЦН, г. Москва, Россия) у разработчика оригинальной версии Francesca Pistoia. Провели первый этап валидации: выполнен прямой и обратный перевод шкалы двумя независимыми медицинскими переводчиками. Произведена оценка разработанной версии экспертной комиссией с участием переводчика-эксперта, неврологов и анестезиологов-реаниматологов. Провели пилотное тестирование на 15 пациентах с диагнозом хронического нарушения сознания и два заседания экспертной комиссии до и после тестирования для оценки результатов и утверждения окончательной русскоязычной версии шкалы. Результаты. В ходе первого заседания экспертной комиссии внесли поправки в русскоязычную версию шкалы в рамках языковой и культурной адаптации: были изменены единицы измерения лабораторных показателей с мг/дл на ммоль/л в 7-м и 14-м пунктах (оценка гликемии и концентрации креатинина, соответственно). Изменен термин «надаортальные сосуды» на «брахиоцефальные артерии» в 10-м пункте, сопоставлены предложенные варианты повреждения мягких тканей со стадиями развития пролежней согласно NPUAP — EPUAP [18] в 21-м пункте, добавлен параметр индекс массы тела (ИМТ) для оценки выраженности недостаточности питания. В ходе пилотного тестирования с учетом критериев включения и исключения сложностей при понимании и интерпретации инструкций шкалы у исследователей не возникло. По итогам состоялось второе заседание экспертной комиссии, на котором приняли окончательный вариант русскоязычной версии шкалы. Он доступен для ознакомления на сайте группы валидациимеждународных шкал и опросников ФГБНУ НЦН https://www.neurology.ru/reabilitaciya/centr-validacii-mezhdunarodnyh-shkal-i-oprosnikov, а также по QR-коду. Заключение. На базе ФГБНУ НЦН выполнили первый этап валидации — лингвокультурную адаптацию. Впервые представили и рекомендовали к использованию русскоязычную версию Шкалы оценки сопутствующих заболеваний у ареактивных пациентов. В последующих публикациях будут представлены результаты оценки психометрических свойств (чувствительность, валидность, надежность) русскоязычной версии данной шкалы
Изменения сетей покоя фМРТ у пациентов с тяжелой черепно-мозговой травмой при терапевтической ритмической транскраниальной магнитной стимуляции (клиническое наблюдение)
Get PDF Severe traumatic brain injury (TBI) accompanied by impaired consciousness manifesting as prolonged postcoma unawareness (PCU) is one of the current medical and social problems causing high morbidity and mortality worldwide. Difficult recovery of such patients necessitates the development of additional neurorehabilitation approaches, including neuromodulation methods, as well as the search for objective markers of treatment efficacy. Aim of the study: to evaluate the effect of therapeutic rhythmic transcranial magnetic stimulation (rTMS) on fMRI resting state networks (RSN) in PCU after severe TBI. Materials and Methods. We analyzed individual fMRI RSN in three patients with PCU before and after a course of rTMS performed at different timepoints after severe TBI and with different efficacy of treatment. We assessed the topography and quantitative characteristics of the networks (DMN, sensorimotor, control functions, left and right fronto-parietal, auditory, and speech) known to be most significant for recovery of consciousness. Results. We found a trend toward normalization of RSN topography as well as an increase in the integral index of network intensity in two of three patients with a distinct increase in consciousness after a course of rTMS. Conclusion. Using case observations, we have demonstrated the therapeutic efficacy of rTMS and feasibility of using fMRI RSN as a reliable diagnostic approach in PCU following severe TBI. Тяжелая черепно-мозговая травма (ТЧМТ), сопровождающаяся нарушением сознания в форме затяжных посткоматозных бессознательных состояний (ПКБС), относится к числу актуальных медико-социальных проблем, обусловливающих высокую инвалидизацию или летальность пациентов во всем мире. Трудности восстановления пациентов обосновывают необходимость разработки дополнительных нейрореабилитационных подходов, включая методы нейромодуляции, а также поиск объективных маркеров эффективности лечения. Цель исследования. Оценить влияние терапевтической ритмической транскраниальной стимуляции (рТМС) на сети покоя фМРТ (resing state networks — RSN) при ПКБС после ТЧМТ. Материалы и методы. Проанализировали индивидуальные RSN фМРТ у трех пациентов с ПКБС до и после курсовой рТМС, выполненной в разные сроки после ТЧМТ и с разной эффективностью лечения. Оценивали топографию и количественные характеристики сетей (сеть DMN, сенсомоторная, управляющих функций, лобно-теменные (левая и правая), аудиторная, речевая), наиболее значимых для восстановления сознания по данным литературы. Результаты. Выявили тенденцию к нормализации топографии RSN, а также увеличение интегрального показателя сетевой интенсивности у двух из трех пациентов с выраженным повышением уровня сознания после курсовой рТМС. Заключение. На примере индивидуальных наблюдений показали перспективность рТМС в качестве лечебного воздействия, а также оценки RSN фМРТ — как объективного диагностического подхода при ПКБС вследствие ТЧМТ
Компетентностный подход в обучении сердечно-легочной реанимации
Get PDFAim of the study: to develop an additional professional competence «Emergency care in cardiac arrest» and to evaluate a set of tools for its development among the graduating students majoring in general medicine (code 31.05.01).Material and methods. The study was done in two stages. During the first stage, within the framework of PC (professional competence)-11 «Readiness to participate in providing first medical aid in conditions requiring urgent medical intervention» an additional professional competence «Emergency care in cardiac arrest» was developed with the definition of performance assessment. During the second one, the scientific research was conducted at the medical institute of the Immanuel Kant Baltic Federal University during the study of Anesthesiology, resuscitation, and intensive care, which has been included in the block 1 discipline (module) list, being a basic part of the General Medicine curriculum (code 31.05.01). The study involved 140 six-year students majoring in general medicine (code 31.05.01). The students were divided into two groups. The main group included 80 students who studied in 2021 (average age 25±1.5 years), while the control group comprised 60 participants who studied in 2019 (average age 25.9±1.6 years, retrospective analysis).Results. An additional professional competence «Emergency care in cardiac arrest» and its stratified structure have been developed. Specific elements were elaborated for each component stratum. Based on the developed elements, which were mastered by the student in the process of training, the necessary competence was developed. The novel pedagogical technologies in the curriculum contributed to more effective learning and development of the competence. The levels of development of additional professional competence «Emergency care in cardiac arrest» differed between the groups. Most students in the control group had a threshold level of competence. The basic and advanced levels of competence were significantly higher among the students in the main group compared with the control group (P<0.05).Conclusion. We have shown the necessity of developing an additional professional competence «Emergency treatment in case of cardiac arrest» within the «Readiness to participate in providing first medical aid in conditions requiring urgent medical intervention» PC-11. We have successfully implemented and validated in practice the system of development of additional professional competence using pedagogical innovations, including those based on advanced information and communication technologies.Цель исследования. Разработать дополнительную профессиональную компетенцию «Оказание неотложной помощи при остановке сердечной деятельности» и апробировать комплекс средств, способствующих ее формированию у студентов выпускного курса специалитета по специальности 31.05.01 Лечебное дело.Материал и методы. Исследование проводили в два этапа. I-й этап — в рамках профессиональной компетенции-11 (ПК-11) «Готовность к участию в оказании скорой медицинской помощи при состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства», разработали дополнительную профессиональную компетенцию «Оказание неотложной помощи при остановке сердечной деятельности», определение уровней ее сформированности. II-й этап — исследовательский, проводили на базе медицинского института, Балтийского федерального университета им. И. Канта во время изучения дисциплины «Анестезиология, реанимация, интенсивная терапия», которая включена в Блок 1. Дисциплины (модули), базовая часть в рамках программы специалитета 31.05.01 Лечебное дело. В исследовании принимали участие 140 студентов 6-го курса медицинского института специалитета по специальности 31.05.01 «Лечебное дело». Обучающихся разделили на две группы: экспериментальную — 80 человек (средний возраст — 25±1,5 года; сформировали из студентов, обучавшихся в 2021 г.) и контрольную — 60 человек (средний возраст — 25,9±1,6 лет, сформировали из студентов, обучавшихся в 2019 г., анализировали ретроспективно).Результаты. Разработали дополнительную профессиональную компетенцию «Оказание неотложной помощи при остановке сердечной деятельности» и ее стратифицированную структуру. Для каждой компонентной страты разработали конкретные элементы. На основании разработанных элементов, которые студент осваивал в процессе обучения, происходило формирование необходимой компетенции. Включение в образовательную программу новых педагогических технологий способствовало более эффективному обучению и формированию компетенции. Уровни сформированности дополнительной профессиональной компетенции «Оказание неотложной помощи при остановке сердечной деятельности» отличались между группами. У большинства студентов контрольной группы был определен пороговый уровень компетенции. Базовый и повышенный уровни сформированности компетенции статистически оказался значимо выше у студентов экспериментальной группы, по сравнению с контрольной (р<0,05).Заключение. Показали необходимость разработки дополнительной профессиональной компетенции «Оказание неотложной помощи при остановке сердечной деятельности» в рамках ПК-11 «Готовность к участию в оказании скорой медицинской помощи при состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства». Успешно реализовали и апробировали на практике систему формирования дополнительной профессиональной компетенции с применением новых педагогических разработок, в том числе основанных на комплексе средств современных информационных и коммуникационных технологий
Острый инфаркт миокарда как осложнение коронавирусной инфекции (клиническое наблюдение)
Get PDFCoronavirus infection caused by the SARS-CoV-2 virus is a multifaceted disease due to generalized vascular endothelial damage. Endothelial damage also underlies COVID-associated coagulopathy.The paper presents a case of coagulopathy causing myocardial infarction in a 43-year-old patient with no history of coronary disease. We have reviewed the available literature for the pathophysiological rationale of the assumed possibility of coronary thrombosis resulting from coagulopathy with the intact intima of the coronary arteries.Conclusion. The present observation of coronary thrombosis with radiographically intact coronary artery intima confirms the important role of coronavirus infection in triggering endothelial dysfunction. Currently, the most effective strategy for this type of coronary lesions is the use of anticoagulants and antiplatelet agents along with ECG, echocardiography and troponin level monitoring.Коронавирусная инфекция, вызываемая вирусом SARS-CoV-2, является полиморфным заболеванием за счет генерализованного поражения эндотелия сосудов. Повреждение эндотелия лежит в основе ковид-ассоциированной коагулопатии.Привели наблюдение подобной коагулопатии, которая стала причиной острого инфаркта миокарда у 43-летнего мужчины без предшествующего коронарного анамнеза. Выполнили анализ доступных литературных источников на предмет патофизиологического обоснования гипотезы о возможности коронарного тромбоза как исхода ковид-ассоциированной коагулопатии при интактной интиме коронарных артерий.Заключение. Приведенное наблюдение подтверждает важную роль коронавирусной инфекциив запуске эндотелиальной дисфункции на примере коронарного тромбоза при рентгенологически интактной интиме венечных артерий. В настоящий момент наиболее эффективной тактикой при данном виде поражения коронарного русла остается антикоагулянтная и антиагрегантная терапия под контролем электрокардиографической, эхокардиографической картины и динамики тропонина