Modern Rheumatology Journal / Современная ревматология
Not a member yet
1061 research outputs found
Sort by
Анализ зависимости между ответом на терапию метотрексатом и его фармакокинетическими показателями при ревматоидном артрите
Get PDFThe development of therapeutic drug monitoring of methotrexate (MT) remains an important and unresolved problem.Objective: to study the dynamics of the concentration of MT metabolites in groups of patients with different responses to MT therapy, to identify the clinical features of these groups.Patients and methods. The study included 79 patients with rheumatoid arthritis (RA), including 65 (82%) women and 14 (18%) men (mean age 53±11 years). MT monoglutamate was measured in erythrocytes (ER) and mononuclear cells (MO), as well as the main MT metabolites: polyglutamates with 2, 3 and 4 glutamate residues (MTPG2-4), as well as 7-hydroxymethotrexate (7-OH-MT) after 4, 12, 24 and 36 weeks after the start of MT treatment.Results and discussion. Among the patients who completed the 24-week follow-up, 34 responded to MT therapy (Group 1) and 36 did not respond to it (Group 2). Patients of the two groups did not differ in the concentration of various metabolites of MT after 4 weeks, age, body mass index, duration of RA, DAS28 value, radiological stage, functional class, presence of extra-articular manifestations, single and cumulative doses of MT. In the 1st group after 12 weeks of therapy, a higher concentration of 7-OH-MT (ER) was detected, after 24 weeks – a higher concentration of 7-OH-MT (MO) and a lower level of MTPH3 (ER).Conclusion. The concentration of 7-OH-MT after 12 and 24 weeks of therapy was higher in the group of patients who responded to therapy. 7-OH-MT appears to be a more persistent metabolite of MT and therefore more applicable for therapeutic drug monitoring of MT. The level of MT and its metabolites (MT monoglutamate, MTPG2 and 7-OH-MT) gradually decreases over time in responders to therapy. A 7-OH-MT concentration of 14.5 nmol/l may be a predictor of a good response to MT therapy.Разработка терапевтического лекарственного мониторинга метотрексата (МТ) остается важной и до конца не решенной задачей.Цель исследования – изучить динамику концентрации метаболитов МТ в группах пациентов с разным ответом на терапию МТ, выявить клинические особенности этих групп.Пациенты и методы. В исследование включено 79 больных ревматоидным артритом (РА), среди которых было 65 (82%) женщин и 14 (18%) мужчин (средний возраст – 53±11 лет). Проводилось определение в эритроцитах (ЭР) и мононуклерах (МО) моноглутамата МТ, а также основных метаболитов МТ: полиглутаматов с 2, 3 и 4 глутаматными остатками (МТПГ2–4) и 7-гидроксиметотрексата (7-ОН-МТ) через 4, 12, 24 и 36 нед после начала лечения МТ.Результаты и обсуждение. Среди завершивших 24-недельное наблюдение пациентов 34 ответили на терапию МТ (1-я группа) и 36 на нее не ответили (2-я группа). Пациенты двух групп не различались по концентрации различных метаболитов МТ через 4 нед, возрасту, индексу массы тела, длительности РА, величине DAS28, рентгенологической стадии, функциональному классу, наличию внесуставных проявлений, разовой и кумулятивной дозам МТ. В 1-й группе через 12 нед терапии выявлена более высокая концентрация 7-ОН-МТ (ЭР), через 24 нед – более высокая концентрация 7-ОН-МТ (МО) и более низкий уровень МТПГ3 (ЭР).Заключение. Концентрация 7-ОН-МТ после 12 и 24 нед терапии оказалась выше в группе больных, ответивших на терапию. 7-ОНМТ представляется более стойким метаболитом МТ и, следовательно, более применим для терапевтического лекарственного мониторинга МТ. Уровень МТ и его метаболитов (моноглутамата МТ, МТПГ2 и 7-ОН-МТ) у ответивших на терапию со временем постепенно снижается. Концентрация 7-OH-MT 14,5 нмоль/л может являться предиктором хорошего ответа на терапию МТ
Диацереин в терапии хронической скелетно-мышечной боли
Get PDFChronic musculoskeletal pain (MSP) is the most painful manifestation of rheumatic diseases (RD), the main cause of disability, a decrease in the quality and life expectancy of patients, which determines not only the high medical, but also the social significance of this problem. The chronic nature of the pain forces patients with MSP to use analgesic therapy for a long time. At the same time, non-steroidal anti-inflammatory drugs (NSAIDs) are the first-line treatment for MSP. However, it is well known that the use of this group of drugs is associated with significant difficulties, mainly due to the comorbid pathology that is common in middle-aged and elderly people. In this regard, there are continuing attempts at searching for alternative agents for chronic MSP control, which have analgesic and anti-inflammatory activity similar to NSAIDs, but lack their side effects. Some researchers believe that diacerein can become such drug.Хроническая скелетно-мышечная боль (СМБ) – наиболее тягостное проявление ревматических заболеваний, основная причина потери трудоспособности, снижения качества и продолжительности жизни пациентов, что определяет не только высокую медицинскую, но и социальную значимость данной проблемы. Хронический характер боли вынуждает пациентов с СМБ длительно использовать анальгетическую терапию. При этом средством «первой линии» для лечения СМБ являются нестероидные противовоспалительные препараты (НПВП). Однако хорошо известно, что применение данной группы препаратов сопряжено со значительными трудностями, в основном из-за часто встречающейся у людей среднего и пожилого возраста коморбидной патологии. В связи с этим продолжаются попытки поиска альтернативных средств для контроля хронической СМБ, обладающих сходной с НПВП обезболивающей и противовоспалительной активностью, но лишенных их побочных эффектов. Некоторые исследователи считают, что таким препаратом может стать диацереин
Структура распределения генетических детерминант эффективности и безопасности нестероидных противовоспалительных препаратов в российской популяции: фокус на CYP2C8, PTGS1 и PTGS2
Get PDFThe efficacy and safety of non-steroidal anti-inflammatory drugs (NSAIDs) may be determined by the polymorphic nature of the CYP2C8, PTGS1 and PTGS2 genes.Objective: to analyze the nature of the distribution of CYP2C8*3 (rs10509681), CYP2C8*3 (rs11572080), PTGS1 (rs10306135), PTGS1 (rs12353214) and PTGS2 (rs20417) among residents of the North Caucasus.Patients and methods. The study involved 676 volunteers from Russian, Balkar, Kabardian and Ossetian ethnic groups. Carriage of polymorphic markers CYP2C8, PTGS1 and PTGS2 was determined using real-time polymerase chain reaction.Results and discussion. There were no significant differences between the groups in the rs10509681 and rs11572080 variants of the CYP2C8 gene. In all groups, the carriage of a combination of CYP2C8 and CYP2C9 alleles, encoding the phenotype of normal metabolizers, prevailed with a frequency of about 75% or more. The rs10306135 variant of the PTGS1 gene was found in 5.9% of Russians, 1.1% of Balkars, 5.3% of Kabardians, and 10.6% of Ossetians; variant rs12353214 – in 19.1; 9.4; 10.8 and 9.2%, rs20417 polymorphism of the PTGS2 gene in 0.4; 5; 2.8 and 3.1% respectively.Conclusion. The data obtained can be used to develop a more rational approach to the prescription of NSAIDs, taking into account the genetic characteristics of the local population in ethnic regions.Эффективность и безопасность применения нестероидных противовоспалительных препаратов (НПВП) может определяться полиморфной природой генов CYP2C8, PTGS1 и PTGS2.Цель исследования – анализ характера распределения CYP2C8*3 (rs10509681), CYP2C8*3 (rs11572080), PTGS1 (rs10306135), PTGS1 (rs12353214) и PTGS2 (rs20417) среди жителей Северного Кавказа.Пациенты и методы. В исследовании участвовали 676 добровольцев из русской, балкарской, кабардинской и осетинской этнических групп. Носительство полиморфных маркеров CYP2C8, PTGS1 и PTGS2 определялось с помощью полимеразной цепной реакции в режиме реального времени.Результаты и обсуждение. Значимых различий между группами по вариантам rs10509681 и rs11572080 гена CYP2C8 не получено. Во всех группах преобладало носительство комбинации аллелей CYP2C8 и CYP2C9, кодирующих фенотип нормальных метаболизаторов с частотой около 75% и более. Вариант rs10306135 гена PTGS1 выявлен у 5,9% русских, 1,1% балкарцев, 5,3% кабардинцев и 10,6% осетин; вариант rs12353214 – у 19,1; 9,4; 10,8 и 9,2%, полиморфизм rs20417 гена PTGS2 – у 0,4; 5; 2,8 и 3,1% соответственно.Заключение. Полученные данные могут быть использованы при разработке более рационального подхода к назначению НПВП, учитывающего генетические особенности местного населения в этнических регионах
Вакцинация при системной красной волчанке: современное состояние проблемы
Get PDFVaccination plays an important role in the prevention of infectious diseases in patients with immunoinflammatory diseases. When vaccinating patients with systemic lupus erythematosus (SLE), as with other immunoinflammatory rheumatic diseases, its safety is of great importance, including mitigating the risks of the primary disease or the development of new autoimmune phenomena. Many practitioners continue to consider autoimmune diseases as a contraindication for vaccination due to the perceived possibility of their exacerbation and reduced vaccine effectiveness during active immunosuppressive therapy.The lecture presents current data on the immunogenicity, efficacy and safety of vaccines against a number of infections caused by influenza viruses, hepatitis B, Herpes zoster, human papilloma viruses, COVID-19 and pneumococcus in patients with SLE. It has been shown that the benefits of vaccination in patients with SLE significantly outweigh the risk of adverse events or exacerbations of the disease. At the same time, it was noted that the problem of vaccination of such patients requires further study.Вакцинация играет важную роль в профилактике инфекций у пациентов с иммуновоспалительными заболеваниями. При вакцинации пациентов с системной красной волчанкой (СКВ), как и с другими иммуновоспалительными ревматическими заболеваниями, большое значение придается ее безопасности, включая нивелирование рисков основного заболевания или развития новых аутоиммунных феноменов. Многие практикующие врачи продолжают считать аутоиммунные заболевания противопоказанием для вакцинации из-за предполагаемой возможности их обострения и снижения эффективности вакцины на фоне активной иммуносупрессивной терапии.В лекции представлены современные данные об иммуногенности, эффективности и безопасности вакцин против ряда инфекций, вызываемых вирусами гриппа, гепатита В, Herpes zoster, папилломы человека, COVID-19 и пневмококком, у больных СКВ.Показано, что преимущества вакцинации у больных СКВ существенно превосходят риск нежелательных явлений или обострений заболевания. В то же время отмечено, что проблема вакцинации таких пациентов требует дальнейшего изучения
C-Reactive Protein to Albumin Ratio and Albumin to Fibrinogen Ratio in Rheumatoid Arthritis Patients
Get PDFObjective: the albumin to fibrinogen ratio (AFR) and the C-reactive protein (CRP) to albumin ratio (CAR) have been proposed as markers of systemic inflammation. The goal of this study was to differentiate rheumatoid arthritis (RA) patients from healthy people and to study the association between AFR/CAR and DAS28 in RA.Patients and methods. A case control study including 30 RA patients and 30 healthy controls was performed. Fibrinogen, albumin, CRP and erythrocyte sedimentation rate (ESR) were measured. We calculated CAR and AFR in each group and compared them. Correlations of AFR, and CAR with disease activity were examined. Receiver operation characteristic (ROC) curves of AFR and CAR were also used to detect cutoffs for disease activity assessment.Results and discussion. CAR was higher while AFR was lower in RA patients than in control group. ROC curve analyses showed that CAR can be used to detect disease activity of RA at cut off 2.66 with sensitivity 81.3% and specificity 64.3% with an area under the curve (AUC) 0.78. So, CAR was a fair parameter to discriminate disease activity among RA patients. AFR has AUC 0.62, sensitivity 87.5% and specificity 42.9% at cutoff value 5.96. So, in our group AFR was a poor indicator to discriminate disease activity among RA patients.Conclusion. AFR and CAR have been recently proposed as inflammatory markers for assessment of disease activity in RA. AFR and CAR are simple, and inexpensive biomarkers, they also can be rapidly evaluated. CAR was found to be a fair parameter to depict disease activity in RA patients. AFR poorly depicted RA activity.Objective: the albumin to fibrinogen ratio (AFR) and the C-reactive protein (CRP) to albumin ratio (CAR) have been proposed as markers of systemic inflammation. The goal of this study was to differentiate rheumatoid arthritis (RA) patients from healthy people and to study the association between AFR/CAR and DAS28 in RA.Patients and methods. A case control study including 30 RA patients and 30 healthy controls was performed. Fibrinogen, albumin, CRP and erythrocyte sedimentation rate (ESR) were measured. We calculated CAR and AFR in each group and compared them. Correlations of AFR, and CAR with disease activity were examined. Receiver operation characteristic (ROC) curves of AFR and CAR were also used to detect cutoffs for disease activity assessment.Results and discussion. CAR was higher while AFR was lower in RA patients than in control group. ROC curve analyses showed that CAR can be used to detect disease activity of RA at cut off 2.66 with sensitivity 81.3% and specificity 64.3% with an area under the curve (AUC) 0.78. So, CAR was a fair parameter to discriminate disease activity among RA patients. AFR has AUC 0.62, sensitivity 87.5% and specificity 42.9% at cutoff value 5.96. So, in our group AFR was a poor indicator to discriminate disease activity among RA patients.Conclusion. AFR and CAR have been recently proposed as inflammatory markers for assessment of disease activity in RA. AFR and CAR are simple, and inexpensive biomarkers, they also can be rapidly evaluated. CAR was found to be a fair parameter to depict disease activity in RA patients. AFR poorly depicted RA activity
Остеоартрит суставов кистей: распространенность, факторы риска, фенотипы, диагностика, лечение
Get PDFOsteoarthritis is the most common rheumatic disease, accompanied by constant pain and dysfunction of the joints, the progression of which leads to a deterioration in the quality of life and often to disability of patients. The article presents the prevalence, predictors of development and progression of osteoarthritis of the hand joints (OHJ). Clinical classification of OHJ, clinical picture depending on the localization of the process, topical features of involvement of the hand joints in different types of OHJ are given. Clinical, laboratory and instrumental methods for diagnosing of the disease, classification and diagnostic criteria are described, much attention is paid to modern principles of OHJ therapy in accordance with Russian clinical guidelines, as well as EULAR and ACR recommendations.Остеоартрит — самое распространенное ревматическое заболевание, сопровождающееся постоянной болью и нарушением функции суставов, прогрессирование которого приводит к ухудшению качества жизни и нередко к инвалидизации пациентов. В статье представлены распространенность, предикторы развития и прогрессирования остеоартрита суставов кистей (ОАК). Приведены клиническая классификация ОАК, клиническая картина заболевания в зависимости от локализации процесса, топические особенности вовлечения суставов кистей при разных вариантах ОАК. Описаны клинические и лабораторно-инструментальные методы диагностики заболевания, классификационные и диагностические критерии, большое внимание уделено современным принципам терапии ОАК в соответствии с российскими клиническими рекомендациями, а также рекомендациями EULAR и ACR
Маркеры костного метаболизма у пациентов с системной склеродермией
Get PDFThe mechanism of osteoporosis (OP) development in systemic sclerosis (SSc) remains unclear.Objective: to assess bone mineral density (BMD) and the level of bone metabolism markers (osteocalcin — OC, — C-terminal type I collagen telopeptides — b-CrossLaps) in the blood serum of patients with SSc.Patients and methods. 65 patients with SSc were examined, 6 (9%) men and 59 (91%) women, the average age was 51 [39; 61] year (main group), and 35 healthy individuals comparable in anthropometric parameters (control group). In all individuals were assessed the most important populational risk factors for OP. BMD was determined using dual energy X-ray absorptiometry (DXA); the level of vitamin D, OC and b-CrossLaps in blood serum — by enzyme immunoassay.Results and discussion. A decrease in BMD was statistically significantly more common in patients with SSc (46, 71%), than in controls (11, 31%). Significant risk factors for OP in SSc were early menopause, low physical activity, hypovitaminosis D, and probably high activity and duration of the disease. In patients with SSc, there was a significant decrease in the level of OC compared with the controls; in patients with a reduced BMD, the content of OC was significantly less than in patients with normal BMD. The average values of b-CrossLaps in the main and control groups were comparable, but in patients with OP this parameter was lower than in those with normal BMD.Conclusion. In patients with SSc, OP develops statistically significantly more often than in healthy individuals. Risk factors for OP are early menopause, low physical activity, long duration and high activity of SSc. The predominance of bone formation impairment over bone resorption as a mechanism for the development of secondary OP was noted.Механизм развития остеопороза (ОП) при системной склеродермии (ССД) остается до конца неясным.Цель исследования — оценить состояние минеральной плотности кости (МПК) и уровень маркеров костного метаболизма (остеокальцина — ОК, — С-концевых телопептидов коллагена I типа — b-CrossLaps) в сыворотке крови у пациентов с ССД.Пациенты и методы. Обследовано 65 больных ССД, 6 (9%) мужчин и 59 (91%) женщин, средний возраст которых составил 51 [39; 61] год (основная группа), и 35 здоровых лиц, сопоставимых по антропометрическим показателям (контрольная группа). У всех обследованных были оценены важнейшие популяционные факторы риска ОП. МПК определяли с помощью двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии (DXA); уровень витамина D, ОК и b-CrossLaps в сыворотке крови — методом иммуноферментного анализа.Результаты и обсуждение. Снижение МПК статистически значимо чаще наблюдалось у больных ССД (46, 71%), чем в контроле (11, 31%). Значимыми факторами риска ОП при ССД были ранняя менопауза, низкая физическая активность, гиповитаминоз D, вероятно, высокие активность и длительность болезни. У пациентов с ССД отмечалось значимое снижение уровня ОК по сравнению с контролем; при сниженной МПК содержание ОК было значимо меньше, чем при нормальной МПК. Средние показатели b-CrossLaps в основной и контрольной группах оказались сопоставимыми, но у больных с ОП данный параметр был ниже, чем у лиц с нормальной МПК.Заключение. У пациентов с ССД ОП развивается статистически значимо чаще по сравнению со здоровыми лицами. Факторами риска ОП являются ранняя менопауза, низкая физическая активность, высокие длительность и активность ССД. Отмечено преобладание нарушения костеобразования над резорбцией кости как механизма развития вторичного ОП
Предикторы отмены генно-инженерных биологических препаратов ввиду развития нежелательных явлений у пациентов с ревматоидным артритом
Get PDFCurrently, a large number of highly effective biologic disease modifying antirheumatic drugs (bDMARDs) and targeted synthetic DMARDs (tsDMARDs) are used for the treatment of rheumatoid arthritis (RA). However, in addition to effectiveness, it is necessary to evaluate the risk of adverse events (AEs) when using them.Objective: to determine the predictors of bDMARDs and tsDMARDs discontinuation due to AEs in patients with RA.Patients and methods. The study included 661 patients with RA who took bDMARDs and tsDMARDs. The search for predictors of targeted therapy discontinuation due to AEs was carried out in two stages. At the first stage, using the Kaplan-Meier method, we selected indicators that showed the greatest significant single-factor relationship with the duration of retention on therapy. At the second stage, significant independent indicators were obtained by iterative selection of variables within the multivariate proportional risk model according to Cox.Results and discussion. The presence of rheumatoid nodules (p<0.001), high doses of glucocorticoids (GC; p<0.001), low doses of methotrexate (MT; p=0.009) are significant independent factors for increasing the risk of drugs discontinuation due to the development of AEs. The type of bDMARDs/tsDMARD used also significantly correlated with the risk of discontinuation of therapy due to AEs. A relatively high risk of treatment discontinuation was observed with infliximab (IFN) and certolizumab pegol (CZP). Cancellation of IFN was associated with the occurrence of infusion reactions and infectious complications, and CZP was associated with infectious complications.Conclusion. An increase in the dose of MT and decrease in the use of GCs can help prevent the development of AEs leading to the abolition of biologics and tsDMARDs. Significant differences were found between bDMARDs in terms of the risk of their cancellation due to AEs.В настоящее время для лечения ревматоидного артрита (РА) используется большое число генно-инженерных биологических (ГИБП) и таргетных синтетических базисных противовоспалительных препаратов (тсБПВП), которые обладают высокой эффективностью. Однако, помимо эффективности, необходимо оценивать риск возникновения нежелательных явлений (НЯ) при их использовании.Цель исследования — определить предикторы отмены ГИБП и тсБПВП из-за НЯ у пациентов с РА.Пациенты и методы. В исследование включен 661 пациент с РА, принимавший ГИБП и тсБПВП. Поиск предикторов отмены таргетной терапии ввиду НЯ проводился в два этапа. На первом этапе с помощью метода Каплана—Майера были отобраны показатели, которые демонстрировали наибольшую значимую однофакторную связь с длительностью удержания на терапии. На втором этапе значимые независимые показатели были получены путем пошагового отбора переменных в рамках многофакторной модели пропорционального риска по Коксу.Результаты и обсуждение. Наличие ревматоидных узелков (p<0,001), высокие дозы глюкокортикоидов (ГК; p<0,001), низкие дозы метотрексата (МТ; p=0,009) являются значимыми независимыми факторами увеличения риска отмены препаратов из-за развития НЯ. Используемый ГИБП/тсБПВП также значимо коррелировал с риском отмены терапии из-за НЯ. Относительно высокий риск прекращения лечения был отмечен у инфликсимаба (ИНФ) и цертолизумаба пэгола (ЦЗП). Отмена ИНФ была связана с возникновением инфузионных реакций и инфекционных осложнений, а ЦЗП — с инфекционными осложнениями.Заключение. Увеличение дозы МТ, уменьшение использования ГКмогут способствовать предотвращению развития НЯ, приводящих к отмене ГИБП и тсБПВП. Выявлены существенные различия между ГИБП в отношении риска их отмены вследствие НЯ
Московский опыт применении ингибиторов рецептора интерлейкина 6 в терапии ревматоидного артрита в условиях пандемии C0VID-19
Get PDFObjective: to confirm the efficacy and safety of levilimab in patients with rheumatoid arthritis (RA) switched from other interleukin 6 receptor inhibitors (iIL6R) for non-medical reasons.Patients and methods. A retrospective analysis of data from the register of patients with RA who during the COVID-19 pandemic were switched from foreign iIL6Rs to the Russian drug levilimab. Treatment regimens with levilimab in combination with synthetic diseasemodifying antirheumatic drugs (sDMARDs) and/or glucocorticoids (GCs) were used, as well as a monotherapy regimen in case of DMARDs intolerance.Results and discussion. In 150 patients with RA, a successful non-medical switch to levilimab was demonstrated with the preservation and intensification of the clinical effect achieved on previous therapy with iIL6R. After switching to levilimab, the DAS28-CRP index decreased by an average of 0.098 at 3 months and by 0.25 at 6 months (p=0.214 for both time points). There was a decrease in the proportion of patients with elevated levels of CRP, as well as with high RA activity. In a number of patients who showed high efficacy of levilimab, it became possible to reduce the dose or number of DMARDs, as well as cease GCs intake. Good tolerability and a favorable safety profile of levilimab were noted, including in relation to the new coronavirus infection that developed during therapy.Conclusion. Therapy with Russian iIL6R levilimab is effective and safe, including in patients switched from other drugs for non-medical reasons, as well as in relation to the novel coronavirus infection that developed during therapy.Цель исследования — подтвердить эффективность и безопасность препарата левилимабу пациентов с ревматоидным артритом (РА), переключенных на него с других ингибиторов рецепторов интерлейкина 6 (иИЛ6Р) по немедицинским причинам.Пациенты и методы. Проведен ретроспективный анализ данных регистра пациентов с РА, которые в условиях пандемии COVID-19 были переключены с зарубежных иИЛ6Р на отечественный препарат левилимаб. Были использованы схемы терапии левилимабом в комбинации с синтетическими базисными противовоспалительными препаратами (БПВП) и/или глюкокортикоидами (ГК), а также режим монотерапии в случае непереносимости БПВП.Результаты и обсуждение. У 150 больных РА продемонстрировано успешное немедицинское переключение на левилимаб с сохранением и увеличением клинического эффекта, достигнутого на предшествующей терапии иИЛ6Р. После переключения на левилимаб индекс DAS28-СРБ уменьшился в среднем на 0,098 через 3 мес и на 0,25 через 6 мес (р=0,214 для обеих временных точек). Наблюдалось снижение доли пациентов с повышенным уровнем СРБ, а также с высокой активностью РА. У ряда пациентов, у которых отмечалась высокая эффективность левилимаба, появилась возможность снизить дозу или количество БПВП, а также отменить ГК. Установлены хорошая переносимость и благоприятный профиль безопасности левилимаба, в том числе в отношении развившейся на фоне терапии новой коронавирусной инфекции.Заключение. Терапия отечественным иИЛ6Р левилимабом является эффективной и безопасной, в том числе у пациентов, переключенных с других препаратов по немедицинским причинам, а также в условиях высокой заболеваемости COVID-19
Микробиота как новый патогенетический фактор развития хронической гиперурикемии и подагры. Часть 2: терапия подагры и кишечная микробиота
Get PDFThe article presents current data on the effect of drugs for the treatment of gout on the composition and function of the intestinal microbiota. The potential possibilities of pre- and probiotics use for the prevention and complex therapy of gout are discussed, therapeutic effect may be associated with their impact on the uric acid synthesis and intestinal excretion, as well as with anti-inflammatory properties. The need for further research in this area is emphasized.В статье представлены современные данные о влиянии лекарственных препаратов для лечения подагры на состав и функцию микробиоты кишечника. Обсуждаются потенциальные возможности применения для профилактики и комплексной терапии подагры пре- и пробиотиков, терапевтический эффект которых может быть связан с их воздействием на синтез и кишечную экскрецию мочевой кислоты, а также с противовоспалительными свойствами. Подчеркивается необходимость дальнейших исследований в этой области