Oncourology (E-Journal) / Онкоурология
Not a member yet
1060 research outputs found
Sort by
Рецензия на статью «Первый опыт суперселективной эмболизации артерий, кровоснабжающих опухоль, с последующей лапароскопической резекцией почки»
Get PDF
Случай хирургического лечения гигантской злокачественной опухоли почки
Get PDFRenal tumors account for 2 to 3 % of all malignant tumors in adults. Of all patients with renal cell carcinoma, 30 to 40 % have advanced forms of the disease. In the literature, the term "giant renal tumor" is used for tumors larger than 20 cm. In this article, we report a case of surgical treatment for a giant malignant kidney tumor.Patient N., female, 54 years old, referred to an outpatient clinic with complaints of a change in the shape of the abdomen on the left with a palpable large tumor, abdominal pain, shortness of breath, weakness, constipation, episodes of blood in the urine and increased blood pressure. Body mass index 30.2 kg/m2. Ultrasound examination revealed a large tumor in the left retroperitoneal space. Laboratory testing of blood, urine was performed, findings were unremarkable. According to the data of magnetic resonance imaging, the left kidney was transformed into a large cystic solid formation, measuring 30.5 х 17.5 х 17.0 cm, heterogeneously accumulating a contrast agent with a solid component. Patient was admitted to the urology department for surgical treatment. We performed radical nephrectomy on the left with thoracolumbar laparotomy access on the left with resection of the 10th rib, resecting the renal tumor with the adrenal gland, total weight of the complex was 10.7 kg. The histological structure was determined as poorly differentiated renal carcinoma with invasion of the perinephric tissue. In the adrenal gland, fields of fresh erythrocytes with an admixture of tumor tissue were noted. Examined lymph node tissue was completely replaced by tumor cells. Postoperative period was characterized by episodes of dynamic intestinal obstruction. The patient was discharged from the department in a satisfactory condition on the 13th day after the operation, but died 1.5 months after discharge, the cause of death has not been established, as no autopsy was performed. Thus, the size of the tumor is not a contraindication to surgical treatment, which improves the survival rate of patients with malignant renal tumors.Опухоли почек составляют 2-3 % всех злокачественных опухолей взрослых. Среди всех больных почечно-клеточным раком 30-40 % пациентов имеют распространенные формы заболевания. В литературе встречается термин «гигантская опухоль почки». Определено, что опухоль размером >20 см может быть признана как гигантская. В настоящей статье описан клинический случай хирургического лечения гигантской злокачественной опухоли почки.Пациентка Н., 54 лет, обратилась с жалобами на изменение формы живота слева, боли в животе, одышку, слабость, запоры, эпизоды крови в моче, повышение артериального давления. Индекс массы тела пациентки 30,2 кг/м2. По результатам ультразвукового исследования была выявлена большая опухоль в забрюшинном пространстве слева. В анализах крови и мочи патологических изменений не обнаружено. По данным магнитно-резонансной томографии левая почка трансформирована в крупное кистозно-солидное образование размером 30,5 х 17,5 х 17,0 см, гетерогенно накапливающее контрастный препарат солидным компонентом. Пациентке была выполнена радикальная нефрэктомия слева тораколюмболапаротомным доступом с резекцией X ребра. Удалена опухоль почки с надпочечником, суммарная масса препарата составила 10,7 кг. Результат гистологического исследования: низкодифференцированная карцинома почки с инвазией в паранефральную клетчатку. В надпочечнике отмечались поля свежих эритроцитов с примесью опухолевой ткани. В исследованном лимфатическом узле выявлено тотальное замещение опухолевой тканью (узел размером 5 х 5 см). В послеоперационном периоде наблюдались эпизоды динамической кишечной непроходимости. Больная была выписана в удовлетворительном состоянии на 13-е сутки после операции. Через 1,5 мес после выписки пациентка умерла. Причина внезапной смерти не установлена, так как вскрытие не проводилось. Таким образом, размер опухоли не является противопоказанием к хирургическому лечению, что увеличивает выживаемость пациентов со злокачественными опухолями почки
Рецензия на статью «Оригинальный хирургический способ формирования фасциальной дупликатуры при устранении повреждения передней стенки прямой кишки при простатэктомии»
Get PDFРадикальная простатэктомия, широко используется в лечебных учреждениях для лечения локализованного рака предстательной железы. С накоплением хирургического опыта закономерно происходит расширение показаний для этого метода лечения. Неизбежно увеличение осложнений хирургического лечения, в том числе и такого грозного, как ранение прямой кишки. Комбинированные операции являются уделом онкологов, однако, в последнее время радикальную простатэктомию выполняют и врачи-урологи, не имеющие регулярной практики работы на кишечнике. В этом случае предложенный метод ушивания дефекта прямой кишки во время простатэктомии очень актуален
Внутрибольничные инфекционные осложнения у онкоурологических больных
Get PDFThe objective of the study was to analyze the taxonomic structure of urinary infection pathogens and determine the susceptibility of ESKAPE group microorganisms (Escherichia coli, Staphylococcus aureus, Klebsiella pneumoniae, Acinetobacter baumannii, Pseudomonas aeruginosa, Enterococcus spp.) isolated from cancer patients with nosocomial infections in 2018—2020 to antimicrobials.Materials and methods. 413 (71.9 %) strains of ESKAPE group bacteria from 228 patients were studied. Microorganisms were identified and antibiotic resistance was determined using Vitek-2 System (France) and MicroScan WalkAway (Germany / USA) analyzers.Results and conclusion. All gram-positive microorganisms were highly sensitive to vancomycin and teicoplanin, linezolid, tigecycline, and daptomycin, which can be used in the treatment if clinical indications are seen. Among gram-negative bacteria, the percentage of ESBL producers was 60—70 %, the percentage of carbapenem-resistant bacteria was minimalfor E. coli, rnmpared to the rest - 40—50 %, demonstrating the need to limit the use of carbapenems in the clinic.Цель исследования — анализ таксономической структуры возбудителей урологических инфекций у онкоурологических больных, сравнение чувствительности к антибиотикам микроорганизмов группы ESKAPE (Escherichia coli, Staphylococcus aureus, Klebsiella pneumoniae, Acinetobacter baumannii, Pseudomonas aeruginosa, Enterococcus spp.), наиболее часто выделяемых при нозокомиальных инфекциях и обладающих наибольшей резистентностью к антибиотикам, за период 2018—2020 гг.Материалы и методы. Проанализированы результаты микробиологических исследований биологических материалов от 228 больных (574 штамма микроорганизмов). Бактерии группы ESKAPE составили 413 (71,9 %) штаммов. Идентификация выделенных микроорганизмов и установление их антибиотикочувствительности проведены на автоматических микробиологических анализаторах Vitek-2 System (Франция), MicroScan WalkAway (Германия / США).Результаты и заключение. Все грамположительные бактерии были высокочувствительны к ванкомицину и тейкопланину, линезолиду, тигециклину и даптомицину, которые могут быть использованы в терапии с учетом клинических показаний. Среди грам-отрицательных бактерий количество продуцентов бета-лактамазрасширенного спектра составило 60— 70 %, количество карбапенемрезистентных бактерий было минимальным в отношении E. coli — 6 %, для остальных — 40—50 %, что диктует необходимость ограничить использование карбапенемов в онкоурологической клинике
Сравнение эффективности лапароскопической и открытой радикальной простатэктомии: объединенный анализ результатов лечения больных раком предстательной железы в 3 федеральных центрах
Get PDFBackground. Prostate cancer is currently one of the most challenging problems in urological oncology due to its constantly increasing incidence and mortality in Russia. Surgery remains one of the most radical treatment options for patients with localized and locally advanced prostate cancer of any risk. Multiple studies have compared long-term and functional outcomes of surgeries performed using different surgical approaches. All studies have demonstrated similar long-term and functional outcomes of open, laparoscopic, and robot-assisted surgeries. Objective: to review the existing literature on this problem and analyze outcomes of surgical treatment in patients who had undergone open or laparoscopic prostatectomy in one of three federal centers of the National Medical Research Radiology Center.Materials and methods. This retrospective study included 2,772 patients with localized and locally advanced prostate cancer who had undergone surgery in one of the three federal centers.Results. We evaluated short-term and long-term outcomes of laparoscopic and open radical retropubic prostatectomy (RRP) performed at three federal centers of the National Medical Research Radiology Center. We found that laparoscopic RRP was associated with a longer surgery, lower blood loss, and fewer lymph nodes removed compared to open RRP. Long-term oncological and functional outcomes (prostate-specific antigen relapse-free survival, time to urination recovery) did not significantly differ between patients who had laparoscopic or open RRP.Conclusion. Both open and laparoscopic RRP are equally effective surgical methods for patients with localized and locally advanced prostate cancer.Введение. Рак предстательной железы является одной из наиболее актуальных проблем современной онкоурологии по причине неуклонного роста показателей заболеваемости и смертности от данной патологии в России. Хирургическое лечение остается одним из наиболее радикальных вариантов терапии больных локализованным и местно-распространенным раком предстательной железы во всех прогностических группах риска. Многочисленные исследования сконцентрировались на сравнительной оценке отдаленных и функциональных результатов операции в зависимости от применяемого хирургического доступа. Во всех исследованиях продемонстрированы схожие отдаленные и функциональные результаты как открытой, так и лапароскопической и робот-ассистированной операции.Цель работы — обзор литературы, посвященный Данному вопросу, а также анализ собственных результатов хирургического лечения больных с применением открытого и лапароскопического доступов на базе 3 федеральных центров России в составе НМИЦ радиологии.Материалы и методы. Проведен ретроспективный анализ данных 2772 больных локализованным и местно-распространенным раком предстательной железы, которым выполнено хирургическое лечение на базе 3 федеральных центров.Результаты. Оценены непосредственные и отдаленные результаты лапароскопической и открытой позадилонной радикальной простатэктомии (РПЭ), проведенных на базе 3 федеральных центров НМИЦ радиологии. Продемонстрировано, что проведение лапароскопической РПЭ ассоциировано с большей продолжительностью операции, меньшим объемом кровопотери и меньшим количеством удаляемых лимфатических узлов, чем при выполнении открытой РПЭ. Отдаленные онкологические и функциональные результаты (показатели безрецидивной выживаемости по уровню простатического специфического антигена, сроки восстановления мочеиспускания) значимо не различались в когортах больных, перенесших лапароскопическую или открытую РПЭ.Заключение. Открытая и лапароскопическая РПЭ являются равноэффективными методами хирургического лечения больных локализованным и местно-распространенным раком предстательной железы
Техника и непосредственные результаты хирургического лечения больных раком почки с опухолевым венозным тромбозом: опыт клиники урологии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина
Get PDFObjective: to describe the technique of nephrectomy and thrombectomy used in patients with renal cell carcinoma (RCC) and tumor venous thrombosis of various levels, and to identify risk factors of in-hospital death among operated patients.Materials and methods. This study included 768 patients with RCC and tumor venous thrombosis who have undergone surgical treatment. Median age was 58 years (range: 16-82 years); the male to female ratio was 2.3:1. The symptoms of venous tumor thrombosis were identified in 199 patients (25.9 %). In the majority of patients (n = 509; 66.3 %), the tumor thrombus originated from the right renal vein. The cranial border of the tumor thrombus was located in the perirenal inferior vena cava (IVC) in 219 patients (28.5 %), subhepatic IVC in 201 patients (26.2 %), intrahepatic IVC in 171 patients (22.3 %), and above the diaphragm in 177 patients (23.0 %). We used an individual approach to choose an optimal method of vascular control and to identify indications for circulatory support. Two-thirds of patients (n = 512; 66.7 %) underwent temporary block of the second renal vein; 268 patients (34.9 %) - temporary block of the hepatoduodenal ligament and right heart; 11 patients (3.2 %) were operated on with cardiopulmonary bypass.Results. The median surgery time was 190 ± 63.6 min; median blood loss was 3,000 ± 71.6 mL (≥50 % of circulating blood in 35.1 % of patients). Intraoperative complications were registered in 23 patients (3.0 %); eight patients (1.0 %) died during surgery with 4 of them died due to pulmonary embolism (0.5 %), 3 died due to hemorrhagic shock (0.4 %), and 1 died due to myocardial infarction (0.1 %). One hundred and ninety individuals (25.0 %) developed postoperative complications with Clavien-Dindo grade III-V complications observed in 115 cases (15.1 %). Forty-one patients (5.3 %) died in the early postoperative period. The causes of death included multiple organ dysfunction (n = 21; 2.8 %), pulmonary embolism (n = 7; 0.9 %), sepsis (n = 6; 0.8 %), stroke (n = 4; 0.5 %), myocardial infarction (n = 2; 0.2 %), and RCC progression (n = 1; 0.1 %). We have identified several independent risk factors for in-hospital mortality, including ascites (hazard ratio (HR) 8.3; 95 % confidence interval (CI) 3.2-21.4; p < 0.0001), preoperative pulmonary embolism (HR 3.5; 95 % CI 1.3-9.4; p = 0.013), supradiaphragmatic thrombi (HR 1.5; 95 % CI 1.1-2.0; p = 0.003). The in-hospital mortality rate was 3.5 % (20/575) among patients with no risk factors, 9.8 % (16/163) among those with 1 risk factor, 40.0 % (10/25) among those with 2 risk factors, and 60.0 % (3/5) among those with 3 risk factors (area under the curve (AUC) 0.705; p <0.0001 for all).Conclusion. The incidence of severe complications and postoperative mortality rate in RCC patients with tumor venous thrombosis who have undergone nephrectomy and thrombectomy were 15.1 and 6.4 %, respectively. Risk factors for perioperative mortality included ascites, preoperative pulmonary embolism, and supradiaphragmatic thrombosis.Цель исследования - описать технику нефрэктомии, тромбэктомии, используемую у больных раком почки с опухолевым венозным тромбозом различной протяженности, и выделить факторы риска госпитальной смерти оперированных пациентов.Материалы и методы. В исследование включены данные 768 больных раком почки, осложненным опухолевым венозным тромбозом, подвергнутых хирургическому лечению. Медиана возраста - 58 (16-82) лет, соотношение мужчин и женщин - 2,3:1. Симптомы опухолевого венозного тромбоза на момент обращения имелись у 199 (25,9 %) пациентов. У большинства (509; 66,3 %) больных опухолевый тромб исходил из правой почечной вены. Краниальная граница опухолевого венозного тромба находилась в периренальном отделе нижней полой вены у 219 (28,5 %), в подпеченочном отделе - у 201 (26,2 %), во внутрипеченочном отделе - у 171 (22,3 %) и располагалась выше диафрагмы у 177 (23,0 %) пациентов. Вид сосудистого контроля и показания к циркуляторной поддержке определялись индивидуально. Временный блок второй почечной вены использовался в 512 (66,7 %), гепатодуоденальной связки и правых отделов сердца - в 268 (34,9 %) случаях; сердечно-легочное шунтирование применялось у 11 (3,2 %) больных.Результаты. Медиана операционного времени - 190 ± 63,6 мин, медиана объема кровопотери - 3000 ± 71,6 мл (≥50 % объема циркулирующей крови - 35,1 %). Интраоперационные осложнения отмечены во время 23 (3,0 %) операций, смерть на операционном столе зафиксирована в 8 (1,0 %) наблюдениях и была обусловлена тромбоэмболией легочной артерии (ТЭЛА) (4; 0,5 %), геморрагическим шоком (3; 0,4 %) и инфарктом миокарда (1; 0,1 %). Послеоперационные осложнения развились у 190 (25,0 %) пациентов и достигли III-V степеней тяжести по шкале Clavien-Dindo в 115 (15,1 %) случаях. В раннем послеоперационном периоде умер 41 (5,3 %) больной. Причинами смерти служили полиорганная недостаточность (21; 2,8 %), ТЭЛА (7; 0,9 %), сепсис (6; 0,8 %), инсульт (4; 0,5 %), инфаркт миокарда (2; 0,2 %) и прогрессирование рака почки (1; 0,1 %). Независимыми факторами риска госпитальной летальности явились асцит (отношение рисков (ОР) 8,3; 95 % доверительный интервал (ДИ) 3,2-21,4; р <0,0001), ТЭЛА до операции (ОР 3,5; 95 % ДИ 1,3-9,4; р = 0,013), расположение головки тромба выше диафрагмы (ОР 1,5; 95 % ДИ 1,1-2,0; р = 0,003). Госпитальная летальность больных с отсутствием факторов риска составила 3,5 % (20/575), с 1 фактором риска - 9,8 % (16/163), с 2 факторами риска - 40,0 % (10/25), с 3 факторами риска -60,0 % (3/5) (площадь под кривой (AUC) 0,705; p <0,0001 для всех).Заключение. У больных раком почки с опухолевым венозным тромбозом, подвергнутых нефрэктомии, тромбэктомии, частота тяжелых осложнений составляет 15,1 %, периоперационная летальность - 6,4 %. Факторы риска периоперационной летальности включают асцит, ТЭЛА до операции и наддиафрагмальный тромбоз
Брахитерапия низкой и высокой мощности дозы в комбинации с дистанционной лучевой терапией и андроген-депривационной терапией у больных раком предстательной железы высокого риска
Get PDFBackground. Prostate cancer (PCa) in the Russian Federation takes the leading place in the prevalence of cancer among the male population.Objective: to investigate the effect of increasing a single focal dose in high-dose-rate brachytherapy (HDR-BT) in combination with external beam radiotherapy on biochemical failure-free survival and local control in patients with high-risk PCa. Materials and methods. The study included 350 men with PCa in the group of high and extremely high risk of progression. All patients included in the study were divided into 4 groups. Groups 1, 2 and 3 included 276 patients who received HDR-BT with a 192Ir source with a single dose per fraction: 10 Gy (n = 83), 12 Gy (n = 46) and 15 Gy (n = 147). Group 4 included 74 patients who received low-dose-rate brachytherapy with 125I sources up to a total focal dose of 110 Gy. At the 2 stage, external beam radiotherapy was a conventional fractionation (single dose of 2 Gy, total - 44-46 Gy).Results. Of 350 patients over a 5-year follow-up period, PCa recurrence was noted in 65 (18.6 %). The 3- and 5-year biochemical failure-free survival rates in the general cohort of patients were 87.4 and 81.4 %. 5-year biochemical failure-free survival was significantly higher in group 3 relative to group 4 and amounted to 89.8 and 74.2 % (p = 0.03). Increasing the dose for HDR-BT from 10 to 12 Gy per fraction significantly reduced the frequency of local relapses from 15.7 % (in group 1) to 2.2 % (in group 2) (p = 0.0001) while maintaining the level of genitourinary and gastrointestinal toxicity. Conclusion. The use of a combination of brachytherapy and external beam radiotherapy in patients with high risk PCa is highly effective in achieving local control of the tumor. The optimal fractionation regime for HDR-BT remains a matter of debate. The use of 15 Gy per fraction for HDR-BT in combination with external beam radiotherapy is the most optimal fractionation regimen in patients with high-risk PCa.Введение. Рак предстательной железы (РПЖ) в России продолжает занимать лидирующее место по распространенности среди онкологических заболеваний мужского населения.Цель исследования - изучить влияние увеличения разовой очаговой дозы при брахитерапии высокой мощности дозы (HDR-БТ) в комбинации с дистанционной лучевой терапией на безрецидивную выживаемость и локальный контроль над опухолью у больных РПЖ высокого риска прогрессирования.Материалы и методы. В исследование были включены 350 мужчин с РПЖ группы высокого и крайне высокого риска прогрессирования. Все пациенты были разделены на 4 группы. В 1, 2 и 3-ю группы вошли 276 пациентов, которым в качестве boost применялась HDR-БТ источником 192Ir с разовой дозой за 1 фракцию 10 Гр (n = 83), 12 Гр (n = 46) и 15 Гр (n = 147) соответственно. В 4-ю группу вошли 74 пациента, которым использовалась брахитерапия низкой мощности дозы источниками 125I до суммарной очаговой дозы 110 Гр. На 2-м этапе проводилась дистанционная лучевая терапия на зону предстательной железы и регионарного лимфооттока в стандартном режиме фракционирования (разовая доза 2 Гр, суммарная доза 44-46 Гр).Результаты. Из 350 пациентов за 5 лет наблюдения рецидив РПЖ отмечен у 65 (18,6 %) больных. В общей когорте пациентов 3- и 5-летняя специфическая выживаемость по уровню простатического специфического антигена (ПСА) составила 87,4 и 81,4 % соответственно. ПСА-специфическая 5-летняя выживаемость была достоверно выше в 3-й группе, чем в 4-й, и составила 89,8 и 74,2 % соответственно (р = 0,03). Увеличение дозы при HDR-БТ с 10 до 12 Гр за фракцию достоверно снизило частоту локальных рецидивов с 15,7 % (в 1-й группе) до 2,2 % (во 2-й группе) (p = 0,0001) при сохранении уровня генитоуринарной и гастроинтестинальной токсичности.Заключение. Применение комбинации брахитерапии и дистанционной лучевой терапии у больных РПЖ высокого риска прогрессирования характеризуется высокой эффективностью в достижении локального контроля над опухолью. Оптимальный режим фракционирования при HDR-БТ остается предметом обсуждения. Использование дозы 15 Гр за фракцию при HDR-БТ в комбинации с дистанционной лучевой терапией является наиболее оптимальным режимом фракционирования у больных РПЖ высокого риска
Прогноз оперированных больных раком почки с опухолевым венозным тромбозом: опыт клиники урологии НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина
Get PDFObjective: to identify independent risk factors affecting survival of patients with renal cell carcinoma (RCC) and tumor venous thrombosis who have undergone nephrectomy and thrombectomy.Materials and methods. This study included 768 patients with RCC complicated by tumor venous thrombosis who have undergone nephrectomy and thrombectomy. Median age was 58 years (range: 16-82 years); the male to female ratio was 2.3:1. The symptoms of tumor venous thrombosis were identified in 232 patients (30.2 %); laboratory abnormalities at baseline were observed in 456 patients (59.3 %). Grade I and II tumor thrombosis was diagnosed in 456 (59.3 %) and 201 (26.2 %) patients, respectively; grade III and IV thrombosis was found in 171 (22.3 %) and 177 (23.0 %) patients, respectively. One hundred and twenty-nine participants (16.8 %) had infrarenal inferior vena cava thrombosis. Regional metastases were detected in 188 individuals (24.4 %), distant metastases were registered in 274 patients (35.7 %). All patients have undergone surgery: either radical (n = 555; 72.3 %) or cytoreductive (n = 213; 27.7 %). All primary tumors were histologically classified as RCC (G3-4 in 337 cases; 43.9 %). A total of 719 patients (93.6 %) survived the perioperative period; 183 patients with metastasis (23.8 %) received systemic antitumor therapy.Results. The median follow-up was 24 months (range: 1-200 months). The 24-month overall and cancer-specific survival of all patients were 96.9 and 99.7 %, respectively; recurrence-free survival of patients after radical surgery reached 92.9 %. Progression-free survival among those patients who underwent cytoreductive surgery and received first-line therapy/follow-up was 41.7 %. Negative predictive factors of overall survival included hepatomegaly (p = 0.024), ascites (p = 0.033), level IV tumor thrombosis (p <0.0001), infrarenal inferior vena cava thrombosis (p = 0.002), regional metastases (p <0.0001), and cytoreductive surgery (p = 0.012). Depending on the number of risk factors, we have identified 3 prognostic groups: favorable (0 factors), intermediate (1-2 factors), and poor (3-6 factors). Median overall survival differed significantly between the groups and was 128.6 ± 11.8; 40.9 ± 6.7 and 12.3 ± 2.2 months, respectively (p <0.0001 for all).Conclusion. Stratification of patients operated on for RCC and venous tumor thrombosis with their allocation to prognostic groups will ensure the choice of an optimal management strategy.Цель исследования - выделение независимых факторов неблагоприятного прогноза выживаемости больных почечно-клеточным раком (ПКР) с опухолевым венозным тромбозом, подвергнутых нефрэктомии, тромбэктомии.Материалы и методы. В исследование включены данные 768 больных ПКР с опухолевым венозным тромбозом, подвергнутых нефрэктомии, тромбэктомии. Медиана возраста - 58 (16-82) лет, соотношение мужчин и женщин -2,3:1. Симптомы опухолевого венозного тромбоза имелись у 232 (30,2 %), исходные лабораторные отклонения -у 456 (59,3 %) пациентов. Опухолевый тромбоз I уровня диагностирован у 219 (28,5 %), II уровня - у 201 (26,2 %), III уровня - у 171 (22,3 %) и IV уровня - у 177 (23,0 %) пациентов. В 129 (16,8 %) случаях тромбоз распространялся в инфраренальный отдел нижней полой вены. Регионарные метастазы диагностированы в 188 (24,4 %), отдаленные -в 274 (35,7 %) наблюдениях. Всем больным выполнено хирургическое вмешательство: радикальное - 555 (72,3 %), циторедуктивное - 213 (27,7 %). Гистологически все первичные опухоли имели строение ПКР (G3-4 337; 43,9 %). Периоперационный период пережили 719 (93,6 %) больных, системную противоопухолевую терапию получали 183 (23,8 %) пациента с метастазами.Результаты. Медиана наблюдения за всеми выжившими пациентами - 24 (1-200) мес. В исследовании 24-месячная общая выживаемость и специфическая выживаемость всех пациентов составили 96,9 и 99,7 % соответственно; безрецидивная выживаемость радикально оперированных больных достигла 92,9 %, беспрогрессивная выживаемость пациентов, перенесших циторедуктивную операцию и получавших 1-ю линию терапии/динамическое наблюдение, -41,7 %. Независимыми факторами неблагоприятного прогноза общей выживаемости явились гепатомегалия (р = 0,024), асцит (р = 0,033), опухолевый тромбоз IV уровня (р <0,0001), тромбоз инфраренального сегмента нижней полой вены (р = 0,002), регионарные метастазы (р <0,0001) и нерадикальное хирургическое лечение (р = 0,012). В зависимости от количества факторов прогноза выделено 3 группы: благоприятного (0 факторов), промежуточного (1-2 фактора) и неблагоприятного (3-6 факторов) прогноза. Медиана общей выживаемости между группами значимо различалась и составила 128,6 ± 11,8; 40,9 ± 6,7 и 12,3 ± 2,2 мес соответственно (р <0,0001 для всех).Заключение. Стратификация оперированных больных ПКР с опухолевым венозным тромбозом с использованием выделенных прогностических групп может помочь в выборе дальнейшей тактики ведения
Продолжительность жизни больных метастатическим раком мочевого пузыря в Российской Федерации: результаты многоцентрового регистрового исследования URRU
Get PDFBackground. Data on the overall survival (OS) of patients with metastatic bladder cancer (BCa) is rarely published.The objective of the URRU register study is to assess OS and collect information on the administration of different treatments in patients with metastatic BCa in routine clinical practice in Russia.Materials and methods. Patients were retrospectively identified in 9 oncology centers in different regions of Russia and included in the study if they were diagnosed with metastatic BCa between January 2017 and January 2018. We collected anonymized data online, including demographic characteristics of patients, details of their therapy, and outcomes.Results. This study included 246 patients. Their mean age upon the diagnosis of metastatic BCa was 72 years with 60.6 % of patients over 70 years of age. The proportion of males was 74.8 %. The histological subtype of BCa (urothelial carcinoma, etc.) was identified in 70.3 % of cases. Ninety-two patients (37.4 %) received pharmacotherapy. The most common treatment option was chemotherapy (76 %); the most common drug combination was gemcitabine and cisplatin (41.3 %). Immunotherapy was used in 19.6 % of patients; 13.6 % of participants received more than two lines of therapy. Three-year OS rate was 10.6 %; median OS was 7 months (95 % confidence interval (CI) 5.4-8.6). Patients receiving systemic therapy demonstrated significantly longer survival than those receiving no therapy (21 months; 95 % CI 17.38-24.62 vs 3 months; 95 % CI 1.79-4.22; p <0.0001). Patients receiving immunotherapy had better survival than individuals receiving chemotherapy (median OS 34.5 months vs 18 months; p = 0.003).Conclusion. The survival rates in the URRU study were relatively low, which can be attributed to the fact that only one-third of patients received pharmacotherapy and very few patients received immunotherapy. Second and subsequent lines of therapy were rarely used in patients with progressive disease. The implementation of novel treatments, including immune checkpoint inhibitors, will increase the survival of BCa patients.Введение. Данные по общей выживаемости (ОВ) пациентов с метастатическим раком мочевого пузыря (РМП) публикуются редко.Цель регистрового исследования URRU - оценка ОВ и сбор сведений по применению разных вариантов терапии метастатического РМП в условиях реальной клинической практики в российской популяции пациентов.Материалы и методы. Пациентов ретроспективно идентифицировали в 9 онкологических центрах в разных регионах России и включали в исследование, если диагноз метастатического РМП был установлен в период с января 2017 г. по январь 2018 г. Анонимные сведения собирали онлайн, регистр охватывал демографические характеристики, а также данные по терапии и исходам.Результаты. В исследование для анализа были включены 246 больных. Средний возраст на момент постановки диагноза метастатического РМП составил 72 года, при этом 60,6 % пациентов были старше 70 лет. Мужчин было 74,8 %, гистологический подтип РМП (уротелиальный или др.) верифицирован в 70,3 % случаев. Лекарственную терапию проводили 92 (37,4 %) пациентам. Самым часто применявшимся вариантом лечения была химиотерапия (76 %), а наиболее часто назначаемой комбинацией - гемцитабин и цисплатин (41,3 %). Иммунотерапию проводили у 19,6 % пациентов. Более 2 линий терапии получили 13,6 % больных. Трехлетняя ОВ составила 10,6 %, медиана ОВ - 7 мес (95 % доверительный интервал (ДИ) 5,4-8,6). Медиана ОВ (21 мес; 95 % ДИ 17,38-24,62) у пациентов, получавших системную терапию, была значительно больше, чем у пациентов, у которых терапия не проводилась (3 мес; 95 % ДИ 1,79-4,22; p <0,0001). Пациенты, получавшие иммунотерапию, имели лучшие результаты по показателям выживаемости по сравнению с таковыми у больных, у которых проводилась химиотерапия (медиана 0В 34,5 мес против 18 мес; p = 0,003).Заключение. Показатели ОВ в исследовании URRU являются скромными, что можно объяснить назначением лекарственного лечения только трети пациентов, низкой частотой применения иммуноонкологических препаратов, редким назначением терапии во 2-й и последующих линиях при прогрессировании заболевания. Внедрение новейших вариантов лекарственного лечения, в том числе ингибиторов контрольных точек, будет способствовать увеличению продолжительности жизни больных