Siberian journal of oncology / Сибирский онкологический журнал
Not a member yet
867 research outputs found
Sort by
Изучение диагностической эффективности однофотонной эмиссионной компьютерной томографии с новым радиофармацевтическим лекарственным препаратом [99mTc]Tc-1-ТИО-D-глюкоза в визуализации опухолей головного мозга
Get PDFThe aim of the study was to evaluate the feasibility of using single-photon emission computed tomography (SPECT) with [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose in the detection of brain tumor malignancy. Material and methods. The study included 70 patients diagnosed with grade II–Iv malignant brain tumors and 10 patients with benign brain tumors. The control group consisted of 20 patients who had no pathological changes in the brain at the time of diagnosis. All patients underwent single-photon emission computed tomography of the brain 40 minutes after intravenous injection of [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose at a dose of 500 MBq. The [[99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose radiopharmaceutical was prepared directly in the nuclear medicine department in strict accordance with the instructions. The head and neck of the patient fell into the field of view of the detectors of the gamma camera, 32 projections were recorded in a matrix of 256×256 pixels without hardware magnification. High-resolution low-energy collimators were used. Results. In patients with verified diagnosis of malignant brain tumors, SPECT with [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose correctly visualized tumors in all cases. The tumor was visualized as a zone of increased accumulation of [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose of varying intensity and size. However, benign brain lesions did not show [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose uptake. Physiological accumulation of [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose was observed in soft tissues of the aponeurotic helmet, the choroid of the brain, the mucous membranes of the nasal cavity, and the sinuses of the skull bones. Pathological changes in the brain revealed by SPECT were confirmed by MRI with contrast enhancement. Conclusion. The study demonstrated a high efficiency of SPECT with [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose in visualization of malignant brain tumors. The sensitivity, specificity and accuracy of SPECT with [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose in the imaging of malignant brain tumors were 93–100 %, 65–100 %, 95–100 %, respectively. The data obtained suggest that [99mTc]Tc-1-THIO-D-glucose SPECT as an additional method for the detection of malignant brain tumors can increase access to radionuclides for this group of patients and improve the quality of cancer care.Цель исследования ‒ изучить возможность применения однофотонной эмиссионной компьютерной томографии (ОФЭКТ) с радиофармацевтическим препаратом [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза в визуализации злокачественных опухолей головного мозга. Материал и методы. В исследование включены 70 пациентов с диагнозом злокачественная опухоль головного мозга grade II‒IV, а также 10 пациентов с доброкачественными объемными образованиями головного мозга. Контрольную группу составили 20 пациентов, которые на момент исследования не имели патологических изменений головного мозга. Всем пациентам выполнялась однофотонная эмиссионная компьютерная томография головного мозга через 40 мин после внутривенного введения препарата [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза в дозе 500 МБк. Радиофармацевтический препарат [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза готовился непосредственно в отделении радионуклидной диагностики в соответствии с разработанной инструкцией. В поле зрения детекторов гамма-камеры попадали голова и шея пациента, осуществлялась запись 32 проекций в матрицу 256×256 пикселей без аппаратного увеличения. Использовались низкоэнергетические коллиматоры высокого разрешения. Результаты. В группе пациентов с верифицированным диагнозом злокачественная опухоль головного мозга визуализировать опухолевую ткань при ОФЭКТ с [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза удалось во всех случаях. Как правило, при исследовании опухоль визуализировалась в виде зоны повышенного накопления препарата различной интенсивности, формы и размеров. В группе пациентов с доброкачественной патологией головного мозга было отмечено, что при ОФЭКТ с [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза радиофармацевтический лекарственный препарат не накапливается в доброкачественных объемных образованиях и неизмененном веществе головного мозга. Отмечается физиологическое накопление [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза в мягких тканях апоневротического шлема, сосудистой оболочке мозга, слизистых оболочках носовой полости и пазухах костей черепа. Выявленные при ОФЭКТ патологические изменения головного мозга подтверждались данными магнитно-резонансной томографии с контрастным усилением. Заключение. Выполненное исследование продемонстрировало достаточно высокую эффективность ОФЭКТ с [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза в визуализации злокачественных опухолей головного мозга. По данным исследования, чувствительность, специфичность и точность однофотонной эмиссионной компьютерной томографии с [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза в визуализации злокачественных опухолей головного мозга составила 93–100, 65–100, 95–100 % соответственно. Полученные данные позволяют предположить, что внедрение ОФЭКТ с [99mTc]Tc-1-тио-D-глюкоза в качестве дополнительного метода диагностики злокачественных опухолей головного мозга может расширить доступность методов ядерной медицины для данной группы пациентов и повысить качество онкологической помощи
Особенности состава кишечной микробиоты у больных раком толстой кишки
Get PDFPurpose of the study: to investigate the composition of the intestinal microbiota and determine the feasibility of using it in diagnosis and prognosis of colorectal cancer (CRC). Material and methods. The study included 75 patients with CC (study group I) and 25 healthy individuals (control group II) who were treated at Chita State Medical Academy from 2017 to 2021. Group I patients underwent surgery and adjuvant chemotherapy. To determine the composition of the intestinal microbiota, biopsy specimens were taken from the tumor tissue and from the visually unchanged colon mucosa after the completion of surgery in the study group and from the visually unchanged colon mucosa during colonoscopy in the control group. Results. The counts of Bifidobacterium spp., E. Coli (typical) in the intestinal microbiota were significantly lower and the concentration of Clostridium spp. Was higher in CRC patients than in healthy individuals. Significant relationships between the counts of Lactobacillus spp., Bifidobacterium spp., Bacteroides spp., E. Coli and the patient’s gender; Lactobacillus spp., Bifidobacterium spp., Staphylococcus spp. (CNS) and the tumor grade; conditionally pathogenic microflora and the form of tumor growth were found. Some combinations of the composition of the intestinal microbiota in CRC patients are predictive factors for the development of postoperative complications (Lactobacillus spp., Bacteroides spp., E. Coli <3.0 CFU/g) and 3-year survival (Lactobacillus spp., Bifidobacterium spp., Bacteroides and E. Coli ≥3.0 CFU/g). Conclusion. The study of the intestinal microbiota makes it possible to differentiate patients with CRC, as well as to predict the risk of postoperative complications and patient survival.Цель исследования ‒ изучить состав кишечной микробиоты и определить возможности ее использования для диагностики и прогнозирования течения рака толстой кишки (РТК). Материал и методы. В период с 2017 по 2021 г. на базе ФГБОУ ВО «Читинская государственная медицинская академия» проведено исследование, в которое было включено 75 больных РТК (I группа, основная) и 25 здоровых лиц (II группа, контрольная). В основной группе проводились хирургическое лечение и адъювантная химиотерапия. Для определения состава кишечной микробиоты у больных основной группы забор биоптатов с опухолевой ткани и с визуально не измененной слизистой оболочки толстой кишки производился после завершения операции (из макропрепарата), а у здоровых лиц – с визуально не измененной слизистой оболочки толстой кишки во время видеоколоноскопии. Результаты. При анализе толстокишечной микробиоты у больных РТК установлено достоверное снижение количественного состава Bifidobacterium spp., E. coli (типичные) и увеличение Clostridium spр. относительно здоровых лиц. Выявлена значимая связь количества Lactobacillus spp., Bifidobacterium spp., Bacteroides spp., E. coli – с полом больного; Lactobacillus spp., Bifidobacterium spp., Staphylococcus spp. (CNS) – со степенью дифференцировки опухоли; условно-патогенной микрофлоры – с формой роста опухоли. Отдельные комбинации состава кишечной микробиоты у больных РТК являются факторами прогноза развития послеоперационных осложнений (Lactobacillus spp., Bacteroides spp., E. coli <3,0 КОЕ/г) и 3-летней выживаемости (Lactobacillus spp., Bifidоbacterium spp., Bacteroides и E. coli ≥3,0 КОЕ/г). Заключение. Исследование кишечной микробиоты позволяет дифференцировать больных РТК, а также прогнозировать риск развития послеоперационных осложнений и выживаемость больных
Гигантские макрофаги с пенистой цитоплазмой при прогрессирующем раке яичников
Get PDFIntroduction. Ovarian cancer (OC) is the third most common gynecological cancer with the worst prognosis and highest mortality rate. The progression of OC can be accompanied by the detrimental functions of the components of the tumor microenvironment, including tumor-associated macrophages (TAMs).The purpose of the study to analyze distribution and morphological phenotype of TAMs in tumor tissue of patients with high-grade serous ovarian cancer (HGSOC).Material and methods. Formalin fixed paraffin embedded tissue sections were obtained from ovarian cancer patients after tumor resection. The protein expression of general macrophage marker CD68 and M2-like markers CD206, CD163 and stabilin-1, belonging to scavenger receptors, was analysed by immunohistochemical staining in tumor tissue. Histological assessment of TAM distribution was performed by pathologist. Immunofluorescent analysis/confocal microscopy was applied to establish the co-expression of CD68 with the main macrophage scavenger receptors.Results. We were able to find giant CD 68-positive macrophages with foamy cytoplasm in ovarian tumor tissue. The accumulation of these tams was specific only for patients with advanced stage (IIIC and IV stages). The presence of foamlike tams had a statistical tendency to be associated with ovarian cancer progression, including metastasis and recurrence. The distribution of stabilin-1-positive macrophages was matched to CD68 expression in almost all cases, as was shown by IHC. Confocal microscopy confirmed that stabilin-1 was expressed in at least 50 % of giant tams. If analysis of tumor samples also demonstrated co-expression of other scavenger receptors, CD163 and CD36, in foam-like cells. Similar to IHC, in most samples the expression of CD206 in tams of foam-like morphology was limited.Conclusion. For the first time we demonstrated the accumulation of giant macrophages with fluffy foam cytoplasm in the tumor tissue of treated patients with advanced ovarian cancer. Such macrophages express diverse scavenger receptors (stabilin-1, CD163, CD 36), thus indicating a high clearance activity of giant TAMs.Введение. Рак яичников (РЯ) занимает 3-е место среди гинекологических злокачественных новообразований и имеет наиболее неблагоприятный прогноз с самой высокой смертностью. Прогрессирование РЯ может сопровождаться активным вовлечением в опухолевую прогрессию компонентов опухолевого микроокружения, в том числе опухолеассоциированных макрофагов (ОАМ).Цель исследования – проанализировать распределение и морфологический фенотип ОАМ в опухолевой ткани больных серозным раком яичников высокой степени злокачественности (HGSOC).Материал и методы. Парафиновые срезы опухолевой ткани получены после операций по поводу рака яичников. С помощью иммуногистохимического окрашивания в опухолевой ткани анализировали белковую экспрессию общего маркера макрофагов CD68 и М2-подобных маркеров CD206, CD163 и стабилина-1, принадлежащих к скавенджер-рецепторам. Гистологическая оценка распределения ОАМ проводилась патологоанатомом. Иммунофлуоресцентный анализ/конфокальную микроскопию применяли для установления коэкспрессии cd68 с основными скавенджер-рецепторами макрофагов.Результаты. В ткани опухоли яичника мы обнаружили гигантские cd68-позитивные макрофаги с пенистой цитоплазмой. Накопление этих ОАМ было характерно для пациенток с распространенным опухолевым процессом (IIIC и IV стадии). Наличие ОАМ с пенистой цитоплазмой на уровне статистической значимости ассоциировалось с прогрессированием рака яичников, включая метастазирование и рецидивирование. Распределение стабилин-1-позитивных макрофагов практически во всех случаях соответствовало экспрессии CD68, что было показано методом ИГХ. Конфокальная микроскопия подтвердила, что стабилин-1 экспрессируется по крайней мере в 50 % гигантских ОАМ. Иммунофлуоресцентное окрашивание образцов опухоли также продемонстрировало ко-экспрессию других скавенджер-рецепторов, CD163 и CD36, в клетках с пенистой цитоплазмой. По данным ИГХ-исследования и конфокальной микроскопии экспрессия CD206 в ОАМ с пенистой цитоплазмой в большинстве образцов практически отсутствовала.Выводы. Впервые продемонстрировано накопление гигантских макрофагов с рыхлой пенистой цитоплазмой в опухолевой ткани больных раком яичников IIIC и IV стадии. Такие макрофаги экспрессируют разнообразные скавенджер-рецепторы (стабилин-1, CD163, CD36), что указывает на высокую клиренсную активность гигантских ОАМ
Мутация в гене KRAS как предиктор эффективности иммунотерапии при немелкоклеточном раке лёгкого
Get PDFThe purpose of the study: to conduct a systematic literature review on the effectiveness and feasibility of using information on the presence of KRAS gene mutations (in different codons), TP 53 (KP), ST K11/LKB1 (KL), and KEAP mutations and the association of KRAS m with PD -L1 status in patients with non-small cell lung cancer (NSCLC ) as a predictor of the effectiveness of immunotherapy with immune checkpoint inhibitors.Material and Methods. The review includes data from randomized clinical trials and meta-analyses on the predictive value of KRAS mutation status for response to immunotherapy in patients with NSCLC over the past 10 years.Results. The presence of KRAS mutations in NSCLC patients could be a predictive factor for their response to immunotherapy, as several studies have demonstrated benefit from immunotherapy in these patients. The combination of KRAS mutation with TP 53 (KP) co-mutation predicts a better response to immunotherapy, while a combination with ST K11/LKB1 (KL) and KEAP 1 predicts a worse response (reduced response rate and overall and disease-free survival). In PD -L1-positive patients, the presence of KRAS mutation is associated with a better prognosis after treatment with immunotherapy. Moreover, the presence of KRAS mutation is associated with a worse response to first-line and subsequent-line chemotherapy, thus indicating a more promising use of immunotherapy in these patients.Conclusion. Identification of TP 53 (KP), ST K11/LKB1 (KL), and KEAP 1 co-mutations and the presence of KRAS mutation in addition to determination PD -L expression enable selection of patients who will obtain the greatest benefit from immunotherapy. In addition, the ability to determine KRAS mutation and co-mutation status using a liquid biopsy (with acceptable specificity and sensitivity) makes it possible to use this method for determining sensitivity to immunotherapy when it is not possible to obtain tumor sample (to determine PD 1-L1 expression).Цель исследования – провести систематический анализ данных, имеющихся в современной литературе, об эффективности и целесообразности применения информации о наличии мутации в гене KRAS (в различных кодонах), ко-мутационном статусе (мутации в генах TP 53 (KP), ST K11/LKB1 (KL), и KEAP 1) и ассоциации KRAS m с PD -L1 статусом у больных немелкоклеточным раком легкого в качестве предиктора эффективности иммунотерапии ингибиторами контрольных точек иммунитета.Материал и методы. В обзор включены данные рандомизированных клинических исследований и метаанализов, в которых содержится информация о предиктивном значении мутации KRAS и ко-мутационного статуса при иммунотерапии у больных немелкоклеточным раком легкого за последние 10 лет.Результаты. Наличие корневой мутации в гене KRAS может претендовать на предиктивное значение при иммунотерапии, поскольку в ряде исследований показано преимущество от ее применения у KRAS m пациентов. Сочетание мутации KRAS с ко-мутацией TP 53 (KP) является предиктором лучшего ответа на иммунотерапию, тогда как сочетание с ST K11/LKB1 (KL) и KEAP 1 является предиктором худшего ответа (уменьшение частоты ответа и общей и безрецидивной выживаемости). У PD -L1-положительных пациентов наличие KRAS мутации ассоциируется с лучшим прогнозом при применении иммунотерапии. Кроме того, наличие мутации в гене KRAS ассоциируется с худшим ответом на химиотерапию как в первую, так и в последующие линии, что также говорит о более перспективном применении иммунотерапии у таких пациентов.Заключение. Определение ко-мутационного статуса (TP 53 (KP), ST K11/LKB1 (KL), и KEAP 1) и наличия мутации в гене KRAS в дополнение к определению PD -L1 статуса позволит более селективно отбирать пациентов, которые получат максимальное преимущество от использования иммунотерапии. Кроме того, возможность определять мутацию в гене KRAS и ко-мутационный статус при применении жидкостной биопсии (с приемлемой специфичностью и чувствительностью) позволяет применять данный метод определения чувствительности к иммунотерапии тогда, когда получение опухолевого материала не представляется возможным (для определения экспрессии PD 1-L1)
Супрессорные клетки миелоидного происхождения у больных множественной миеломой на этапе иммунной реконституции и после высокодозной химиотерапии и трансплантации гемопоэтических стволовых клеток
Get PDFIntroduction. Myeloid-derived suppressor cells (MDSCs) play an important role in restriction of the immune response and are associated with a poor prognosis in cancer. Mobilization of hematopoietic stem cells (HSCs) before high-dose chemotherapy (HCT) with autologous HSC transplantation (auto-HSCT) is accompanied by a signifcant increase in MDSC counts in peripheral blood and apheresis product of multiple myeloma (MM) patients. However, quantitative changes of these cells at the post-transplant and their role at the immune recovery remain unexplored.The study was aimed to analyze the dynamics of circulating MDSC counts and the expression of suppressor molecule arginase-1 in patients with MM in the frst 12 months after HCT and auto-HSCT and evaluate association between MDSCs and transplantation outcomes.Material and Methods. The study included 44 MM patients who underwent HCT and auto-HSCT. The relative number of granulocytic MDSCs (G-MDSCs), monocytic MDSCs (M-MDSCs), and early-stage MDSCs (E-MDSCs), as well as the expression of arginase-1 in each of MDSC subsets was evaluated by fow cytometry in patient peripheral blood samples.Results. At the engraftment (day +12 – +16, leukocytes >1×109 /l), M-MDSC relative count was increased (pU=0.038), as well as the relative (pU=0.003) and absolute (pU˂0.0001) counts of G-MDSCs, decreasing after 6 months down to pre-transplant values (рU=0.007, рU=0.024 and рU=0.02, respectively) and remaining at the same level at the 12-month follow-up period. The absolute count of E-MDSCs by the time of the engraftment decreased transiently (pU=0.004 vs before HCT), gradually recovering by 12-month follow-up (pU=0.032 vs day +12 – +16). The remission within 12 months in the group with G-MDSCs˂0.17 % at the engraftment was observed in 67 ± 11 % of patients, with G-MDSCs >0.17 % – in 94 ± 6 % of patients (p=0.049). During the 12-month post-transplant, the number of M-MDSCs expressing arginase-1 has been increasing, with a tendency to lower values at the engraftment in patients with early MM relapse (pU=0.09).Conclusion. The association of early MM relapse after auto-HSCT with the lower count of G-MDSCs and the lower count of arginase-1+ M-MDSCs at the engraftment suggests that MDSCs is involved in the restriction of homeostatic proliferation as a factor for more effective immune recovery. Введение. Супрессорные клетки миелоидного происхождения (МС) играют важную роль в ограничении иммунного ответа и ассоциируются с неблагоприятным прогнозом при онкопатологии. Мобилизация гемопоэтических стволовых клеток (ГСК) при проведении высокодозной химиотерапии (ВХТ) и трансплантации аутологичных ГСК (ауто-ТГСК) у больных множественной миеломой (ММ) сопровождается существенным возрастанием субпопуляций МС в периферической крови и продукте афереза. Однако изменение содержания этих клеток в посттрансплантационном периоде и их роль на этапе иммунной реконституции остаются неисследованными.Цель исследования ‒ изучить динамику содержания циркулирующих МС, экспрессию супрессорной молекулы аргиназа-1 (Arg1) у пациентов с ММ в первые 12 мес после ВХТ и ауто-ТГСК и зависимость между содержанием МС и исходами трансплантации.Материал и методы. В исследование включены 44 пациента с ММ, которым проведена ВХТ с аутоТГСК. Методом проточной цитометрии в периферической крови пациентов оценивали относительное содержание гранулоцитарных МС (Г-МС), моноцитарных МС (М-МС) и МС ранних стадий дифференцировки (Р-МС), а также экспрессию Arg1 в каждой из субпопуляций МС.Результаты. На момент выхода из лейкопении после ауто-ТГСК (день +12 – +16, лейкоциты >1×109 /л) возрастали доля М-МС (pU=0,038), а также относительное (pU=0,003) и абсолютное (рU˂0,0001) количество Г-МС, снижаясь через 6 мес до предтрансплантационных значений (рU=0,007, рU=0,024 и рU=0,02 соответственно) и сохраняясь на этом же уровне на этапе 12-месячного срока наблюдения. Абсолютное количество Р-МС к моменту выхода из лейкопении транзиторно снижалось (рU=0,004 vs перед ВХТ), постепенно восстанавливаясь к 12 мес (рU=0,032 vs день +12 – +16). Сохранение ремиссии в течение 12 мес при Г-МС˂0,17 % на момент выхода из лейкопении выявлялось у 67 ± 11 %, при Г-МС>0,17 % – у 94 ± 6 % пациентов (р=0,049). В течение 12-месячного посттрансплантационного периода увеличивалось содержание М-МС, экспрессирующих Arg1, с тенденцией к более низким значениям на этапе выхода из лейкопении у пациентов с ранним рецидивом ММ (рU=0,09).Заключение. Сопряженность раннего рецидива ММ после ауто-ТГСК с более низким содержанием Г-МС и меньшим количеством Arg1+ М-МС на этапе выхода из лейкопении позволяет предполагать участие МС в ограничении гомеостатической пролиферации в качестве условия более эффективной иммунной реконституции.
Сердечная недостаточность у онкологических пациентов
Get PDFThe purpose of the study was to conduct a systematic review of data on the role of heart failure (HF) in the development of cancer, as well as to discuss problems dealing with diagnosis and treatment of heart failure in cancer patients. Material and methods. A literature search was conducted using the Cochrane library, elibrary, medline, and embase databases over the past 7 years. The general mechanisms of heart failure and cancer, cardiotoxicity risk factors, and some aspects of the diagnosis and treatment of HF in cancer patients were analyzed. Results. The literature analysis indicates that cardiovascular disease and cancer have common risk factors. Several common pathophysiological mechanisms that associate HF with cancer have been identified. They include inflammation, oxidative stress, and neurohomonal activation. HF is known to be a common complication of aggressive cardiotoxic cancer therapy that can aggravate or trigger existing HF. Recent epidemiological studies have shown that the development of cancer is more common among patients with pre-existing HF. Although the reason for this relationship has not yet been identified, it is assumed that HF may be a pro-oncogenic condition. There are several strategies to prevent and treat toxicity of various chemotherapeutic drugs. They are all based on accurate patient selection, short- and longterm follow-up, and therapies that can prevent and delay cardiac dysfunction. Conclusion. The main goal of cardio-oncology is to prevent and treat of cardiotoxic effects of chemotherapy drugs. In this context, elucidation of the underlying mechanisms plays an important role in the development of strategies for the prevention of chemotherapy-associated cardiomyopathy. It is necessary to pay attention to the fact that there is more and more evidence that patients with HF have high risks of developing cancer, thereby requiring more attention. In general, understanding the direct and indirect mechanisms of the relationship between HF and cancer can help in the prevention and early diagnosis of these diseases.Цель исследования – систематический анализ данных из различных источников литературы о роли сердечной недостаточности (СН) в развитии онкологических заболеваний, а также исследование проблемы диагностики и лечения сердечной недостаточности у пациентов с онкологическим процессом. Материал и методы. Проведен обзор литературы в системах cochrane library, elibrary, medline, embase за последние 7 лет, в которой рассматриваются общие механизмы сердечной недостаточности и рака, факторы риска кардиотоксичности, некоторые аспекты диагностики и лечения сердечной недостаточности у онкологических пациентов. Результаты. Анализ данных литературы показывает, что сердечно-сосудистые заболевания и рак имеют общие факторы риска. Выявлены несколько общих патофизиологических механизмов, связывающих СН с онкопроцессом. К ним относятся воспаление, окислительный стресс и нейрогуморальная активация. СН в настоящее время известна как частое осложнение агрессивной кардиотоксичной противоопухолевой терапии, которая может усугубить течение имеющейся СН или вызвать ее развитие. Последние эпидемиологические и экспериментальные исследования показывают, что развитие онкологических заболеваний более распространено среди пациентов с ранее существовавшей СН. Хотя причина данной взаимосвязи еще не выявлена, предполагается, что сердечная недостаточность может быть проонкогенным состоянием. Существует несколько стратегий предотвращения и лечения токсичности различных химиотерапевтических препаратов. Все они основаны на точном отборе пациентов, краткосрочном и долгосрочном мониторинге, а также на методах лечения, которые могут предотвратить и отсрочить кардиальную дисфункцию. Заключение. До настоящего времени основным направлением кардиоонкологии была профилактика и лечение кардиотоксических эффектов химиотерапевтических препаратов. В этом контексте выяснение основных механизмов играет важную роль в разработке стратегий предотвращения кардиомиопатии, связанной с химиотерапией. Необходимо обратить внимание на то, что появляется все больше данных о том, что пациенты с сердечной недостаточностью имеют высокие риски развития онкопатологии, а значит, требуют к себе большего внимания. В целом, понимание прямых и косвенных механизмов связи между СН и раком может помочь в профилактике и ранней диагностике этих заболеваний
Способ лапароскопической трансгастральной резекции при мезенхимальных опухолях желудка
Get PDFThe purpose of the study was to evaluate the efficacy and safety of laparoscopic transgastric resection for mesenchymal tumors of the proximal stomach.Material and Methods. A retrospective-prospective study was carried out. Surgical techniques of laparoscopic transgastric resection and the history of the development of this surgical method were described in detail. A total of 11 laparoscopic transgastric resections were performed. The course of the postoperative period and the postoperative management of patients were described. The immediate and long-term results of surgical treatment and the quality of life of patients were presented.Results. The assessment of the quality of life of patients after surgery showed that there were no cases of gastroesophageal reflux disease compared to proximal subtotal resection of the stomach or endoscopic tunnel resection. All patients underwent radical resection. In our study, we did not encounter cases of conversion of the surgical approach, as well as serious postoperative complications (Clavien–Dindo>III ). The analysis of long-term treatment outcomes showed that there were no cases of recurrence or disease progression. All patients are alive and followed up.Conclusion. This technique is fully justified, with careful selection of patients and compliance with all the rules of surgical oncology. Transgastric resection of gastric mesenchymal tumors located in the region of the cardioesophageal junction is a justified and safe technique. Surgery is performed under clear visual control, EGDS is not required to detect the tumor. This method allows the reduction of the frequency of contamination of the gastric flora into the abdominal cavity as well as the reduction of the wound area of the anterior abdominal wall.Цель исследования – оценить эффективность и безопасность лапароскопической трансгастральной резекции желудка при мезенхимальных опухолях.Материал и методы. Проведено ретроспективно- проспектовое исследование, на клиническом примере подробно описана методика, хирургические аспекты выполнения данной операции, история развития метода. Всего выполнено 11 аналогичных операций. Описано течение послеоперационного периода, особенности ведения пациентов в послеоперационном периоде. Представлены непосредственные и отдаленные результаты хирургического лечения, качества жизни пациентов.Результаты исследования. При оценке качества жизни пациентов после операции не отмечено случаев гастроэзофагеальной рефлюксной болезни по сравнению с проксимальной субтотальной резекцией желудка или эндоскопической туннельной резекцией. Во всех случаях операция выполнена в радикальном объеме, не наблюдалось случаев конверсии операционного доступа, а также серьезных послеоперационных осложнений (Clavien–Dindo>III ). При анализе отдаленных результатов не было случаев рецидива или прогрессирования заболевания. В настоящее время все пациенты живы, находятся под наблюдением.Заключение. Данная методика полностью оправдана при тщательном отборе пациентов и соблюдении правил онкохирургии. Трансгастральная резекция мезенхимальных опухолей желудка, расположенных в области кардиоэзофагеального перехода, является безопасной методикой, проводится под четким визуальным контролем, не требуется ЭГДС для обнаружения опухоли, позволяет снизить частоту контаминации желудочной флоры в брюшную полость и уменьшить раневую площадь передней стенки желудка
Непосредственная эффективность и токсичность тотальной неоадъювантной химиотерапии резектабельного рака желудка
Get PDFBackground. Currently, perioperative chemotherapy is the standard treatment option for resectable gastric cancer (GC ) at stages higher than T1. Preoperative chemotherapy was shown do not adversely affect the course of the postoperative period in gastric cancer patients. However, approximately 60 % of radically operated patients complete adjuvant chemotherapy. In this regard, the problem arises of postponing all courses of chemotherapy for operable gastric cancer to the preoperative period.The purpose of the study was to analyze short-term efficacy and toxicity of total neoadjuvant chemotherapy with FLOT regimen in patients with resectable gastric cancer.Material and Methods. Since 2020, the Research Cancer Institute of Tomsk National Research Medical Center has been conducting a pilot study, which included 25 patients with resectable gastric cancer (T2–4N0–2M0) who received 8 cycles of neoadjuvant chemotherapy with FLOT regimen followed by radical surgery (gastrectomy or distal subtotal resection of the stomach).Results. Preoperative chemotherapy was completed in 25 (100 %) patients. Side effects that occurred during chemotherapy did not require cancellation or interruption of treatment and reduction in the initial dose of drugs. The most common adverse events were emetogenic reactions (92 %), peripheral neuropathy (60 %), and neutropenia (48 %). All patients had no greater than grade II toxicity, which was reversed with standard maintenance therapy. Radical surgeries were performed 6 weeks after completion of chemotherapy cycle 8. There were no significant postoperative complications (grade III or higher according to the Clavien–Dindo scale) and deaths. The histological examination revealed pathological response of TG R2–3 grade in 21 (84%) patients. Downstaging in both T and N categories was found in 13 (52%) patients.Conclusion. Eight cycles of total neoadjuvant chemotherapy for resectable gastric cancer demonstrates high efficacy, moderate toxicity, and do not adversely affect the course of the perioperative period.В настоящее время периоперационная химиотерапия стала обязательной опцией при комбинированном лечении резектабельного рака желудка (РЖ) при стадиях больше, чем t1. Показано, что в предоперационном периоде большинство больных получает запланированное лечение в полном объеме, при этом проведенная химиотерапия не оказывает негативного влияния на течение послеоперационного периода. Однако адъювантные курсы химиотерапии завершает примерно 60 % pадикально прооперированных больных. В связи с чем обсуждается вопрос о переносе всех курсов химиотерапии при резектабельном РЖ на предоперационный период.Целью исследования явилось изучение непосредственной эффективности и токсичности тотальной неоадъювантной химиотерапии по модифицированной схеме Flot у больных с резектабельным РЖ.Материал и методы. В НИИ онкологии Томского НИМЦ с 2020 г. проводится пилотное исследование, в которое включено 25 больных резектабельным раком желудка сt2–4N0–2m0, получавших 8 курсов неоадъювантной химиотерапии по схеме FloТ c последующей радикальной операцией в объеме гастрэктомии или дистальной субтотальной резекции желудка.Результаты. Предоперационная химиотерапия в запланированном объеме завершена у 25 (100 %) больных. Токсические реакции, возникшие в процессе химиотерапии, не требовали отмены или перерыва в лечении, редукции первоначальной дозы цитостатиков, наиболее частыми нежелательными явлениями являлись эметогенные реакции (92 %), периферическая нейропатия (60 %), нейтропения (48 %), во всех случаях нежелательные явления были i–ii степени и купировались стандартной терапией сопровождения. Радикальные операции в среднем выполнялись через 6 нед после завершения 8-го курса химиотерапии. Не наблюдалось значимых послеоперационных осложнений (iii степени и выше по шкале clavien–dindo) и летальных исходов. По данным патоморфологического исследования операционного материала был выявлен лечебный патоморфоз tRg2–3 степени у 21 (84 %) больного, снижение клинической стадии по индексу t и N («downstaging») отмечено у 13 (52 %) больных.Заключение. Тотальная неоадъювантная химиотерапия в режиме 8 курсов по схеме Flot при резектабельном раке желудка демонстрирует высокую непосредственную эффективность, умеренную контролируемую токсичность, не оказывая отрицательного влияния на течение периоперационного периода
Оптимизация метода исследования маммосферообразования для оценки il-6 индуцированной стволовой пластичности дифференцированных клеток рака молочной железы
Get PDFThe aim of the study was mammosphere assay optimization for quantifcation of IL6-induced stemness in differentiated (СD44– ) T47D breast cancer cells.Material and Methods. The effect of three commonly used cell-detaching methods (TrypLE, accutase, cell scrapper) at various confuence (40–50 % and 70–80 %) on cell viability, phenotypic profle and mammosphere formation was tested. The cell viability was examined using AnnexinV/propidium iodide assay. The phenotypic profle was analyzed by fow cytometry with fuorescent markers CD24 and CD44.Results. Detachment of the cells using scrapper led to substantial increase in early apoptotic and late apoptotic cells in comparison with TrypLE and accutase. Dissociation with TrypLE reduced the percentage of detected CD44+ positive cells, whereas accutase saved the surface marker. The number of mammosphere and their diameter did not differ between groups. Incubation of differentiated (CD44– CD24+) T47D cells with IL-6 for 24 hours resulted in an appearance of CD44+CD24+ and CD44+CD24–/low subpopulation. Furthermore, the differentiated cells after 24 hours of IL6 exposure formed 3 times more mammospheres compared to the control.Conclusion. Usage of cells with confuence of no more than 80 % and accutase for detachment of cells is recommended for mammosphere assay. Incubation of CD44– CD24+ T47D cells with IL6 for 24 hours is suffcient for stimulation of stemness plasticity. Цель исследования – оптимизация метода оценки образования маммосфер после индуцированной интерлейкином 6 (IL6) стволовой пластичности у дифференцированных (CD44– ) опухолевых клеток линии рака молочной железы человека T47D.Материал и методы. Проведена оценка жизнеспособности, цитофлуориметрического профиля клеток и их способности к маммосферообразованию при различной исходной конфлюентности (40–50 % и 70–80 %) и методах снятия с поверхности пластика (использование TrypLE, аккутазы, скребка для клеток). Жизнеспособность клеток оценивали методом проточной цитометрии с использованием флуоресцентно-меченного АннексинV и йодистого пропидия. Динамику изменения экспрессии поверхностных маркеров клеток оценивали методом проточной цитометрии с флуоресцентно-меченными антителами к CD24 и CD44.Результаты. Применение скребка для снятия клеток приводило к существенному повышению количества клеток с цитофлуориметрическими признаками раннего и позднего апоптоза по сравнению с использованием TrypLE и аккутазы. Использование TrypLE приводило к снижению количества CD44+ клеток, тогда как аккутаза не влияла на представленность данного маркера. Количество маммосфер и их средний диаметр не отличались между исследуемыми группами. Стимуляция дифференцированных (CD44– CD24+) клеток линии T47D IL6 уже через 24 ч приводила к появлению популяций CD44+CD24+ прогениторных и CD44+CD24–/low опухолевых стволовых клеток. Дифференцированные клетки после стимуляции IL6 в течение 24 ч образовывали в 3 раза больше маммосфер по сравнению с контролем.Заключение. Для оценки маммосферообразования целесообразно использовать клетки с конфлюентностью до 80 % и применять аккутазу для снятия с поверхности пластика. Для стимуляции стволовой пластичности у дифференцированных клеток линии T47D достаточной является их инкубация с IL6 в течение 24 ч.
Куркумин снижает пролиферацию клеток рака молочной железы через белки RASSF1A, Bax и caspase-3
Get PDFBackground. Curcumin is a polyphenol that has pharmacological activity that can inhibit tumor cell growth and induce apoptosis through various mechanisms. However, the specifc mechanism of curcumin cytotoxicity remains controversial because of many anti- and pro-apoptotic signaling pathways in various cell types.This study aims to examine the relationship among curcumin on RASSF1A, Bax protein levels, and caspase-3 activity in supporting the apoptotic mechanism in CSA03 breast cancer cells.Material and Methods. Curcumin administration to cancer cells is based on differences in dosage with 24-hour incubation. Cytotoxicity after curcumin administration was determined using MTS. RASSF1A and Bax protein levels were tested through ELISA. Caspase-3 activity was used to determine apoptosis and was tested using fow cytometry.Results. The results indicated that curcumin had a cytotoxicity effect of 40.85 µg/mL. At concentrations of 40 µg/mL and 50 µg/mL, curcumin increases levels of protein RASSF1A (∆ = 26.53% and 47.35%, respectively), Bax (∆ = 48.79% and 386.15%), and caspase-3 (∆ = 1,678.51% and 1,871.889%) signifcantly.Conclusions. Curcumin exhibits anti-proliferative activity and apoptotic (Caspase-3) effects through activation of RASSF1A and Bax. Актуальность. Куркумин представляет собой полифенол, обладающий фармакологической активностью, которая может ингибировать рост опухолевых клеток и вызывать апоптоз с помощью различных механизмов. Однако конкретный механизм цитотоксичности куркумина остается спорным из-за множества анти- и проапоптотических сигнальных путей в различных типах клеток.Целью исследования явилось изучение взаимосвязи куркумина с уровнями белка RASSF1A, Bax и активностью каспазы-3 в поддержке механизма апоптоза в клетках рака молочной железы CSA03.Материал и методы. Введение куркумина в раковые клетки основано на различиях в дозировке при 24-часовой инкубации. Цитотоксичность после введения куркумина определяли с помощью MTS. Уровни белков RASSF1A и Bax тестировали с помощью ELISA. Активность каспазы-3 использовали для определения апоптоза и тестировали с помощью проточной цитометрии. Статистическая обработка данных проводилась с использованием программы Statistical Program for Social Science (SPSS) версии 20.0 для Windows. Проверка гипотез выполнялась с использованием непараметрического численного сравнительного теста проверки гипотез. Для оценки разницы между >2 группами непарных концентраций использовали непараметрический критерий Крускала–Уоллиса, а для оценки значимой разницы в двух группах проводили апостериорный анализ Манна–Уитни.Результаты. Показано, что цитотоксический эффект куркумина составил 40,85 мкг/мл. В концентрациях 40 мкг/мл и 50 мкг/мл куркумин увеличивает уровни белка RASSF1A (∆ = 26,53 % и 47,35 %, соответственно), Bax (∆ = 48,79 % и 386,15 %) и каспазы-3 (∆ = 1678,51 % и 1871,889 %).Заключение. Введение куркумина в клетки CSA03 эффективно уменьшало рост клеток рака молочной железы in vitro за счет реактивации RASSF1A в качестве гена-супрессора опухоли и повышало уровень белка Bax в качестве индукции апоптоза (caspase-3).