Annals of the Russian academy of medical sciences / Вестник Российской академии медицинских наук
Not a member yet
638 research outputs found
Sort by
БИОРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПОЛИМЕРНОЙ ТРАНСПОРТНОЙ ФОРМЫ РИФАБУТИНА
Get PDFBackground: One way to increase drug efficacy is to provide a drug delivery transport system to the target organ. A widely used method is to incorporate the drug in a biodegradable polymer composition with forming nanosized drug’s transport forms. Objective: Our aim was to investigate the tissue biodistribution of antibiotic rifabutin transport system based on lactic and glycolic acids copolymer, and to compare it with the pure substance of rifabutin. Methods: These substances were administered to two groups of rats intragastrically in the doses of 10 mg/kg. After a certain period of time, the animals were sacrificed by cervical dislocation. Samples preparation for analysis was carried out of the liquid-liquid extraction. Active substance’s concentrations were measured by high performance liquid chromatography method. Results: The study included 8-week-aged Wistar rats of both sexes weighing 0.22±0.02 kg. Animals were divided into 2 groups. The study group received polymer form of antibiotic, and the comparison group received substance of rifabutin. In intervals of 10 min, 30 min, 1 h, 2 h, 4 h, 7 h, 15 h, 24 h after drug administration liver, lung, spleen, kidney, intestines, stomach, heart and brain were resected respectively. Organs were measured by their weight. The drug was not detected in the brain. Rifabutin was determined in other examined tissues within 10 minutes and the maximum drug concentration in organs was fixed in 1.5–3.5 hours after administration. The rifabutin concentrations defined in the lungs were significantly higher in polymer form (p 0.05). The polymer form’s distribution coefficient was higher in the liver and lungs (15.83 and 10.14 μg/g respectively) in comparison with the substance one. The minimum amount of the active ingredient was observed in the heart (0.02 μg/g). Conclusion: It is shown that the inclusion of the drug in a polymeric form substantially alters its localization in organs and tissues. Extensive biodistribution nanorifabutin in lung tissue, liver and spleen is established. Одним из направлений увеличения эффективности лекарственных средств является создание транспортной системы доставки лекарств в целевой орган. Широко распространенный методом — включение лекарственного вещества в состав биодеградируемого полимера с образованием наноразмерной транспортной формы лекарства. Цель исследования: изучить биораспределение по тканям транспортной системы антибиотика рифабутина на основе сополимера молочной и гликолевой кислоты, а также сравнить ее с чистой субстанцией рифабутина. Методы: препараты вводили перорально, через атравматический металлический зонд в дозе 10 мг/кг. Далее через определенные промежутки времени экспериментальных животных умерщвляли методом дислокации шейных позвонков. Пробоподготовка органов к анализу осуществлялась жидкость-жидкостной экстракцией. Концентрацию действующего вещества измеряли с использованием метода высокоэффективной жидкостной хроматографии. Результаты: в исследование включали восьминедельных крыс линии Wistar обоего пола массой 0,22±0,02 кг. Животные были разделены на 2 группы. Исследуемая группа получала антибиотик в полимерной форме, а группа сравнения получала субстанцию рифабутина. Через временные интервалы 10 мин, 30 мин, 1 ч, 2 ч, 4 ч, 7 ч, 15 ч, 24 ч после введения препарата производили резекцию печени, легких, селезенки, почек, кишечника, желудка, сердца и мозга, соответственно, и измеряли их массу. В мозге препарат не обнаруживался. В остальных исследуемых тканях рифабутин определялся уже через 10 мин после введения, а максимальная концентрация препарата достигалась в органах спустя 1,5–3,5 ч. Концентрации рифабутина, определяемые в легких, оказались статистически значимо (p 0,05) выше после введения полимерной формы препарата. Коэффициент распределения полимерной формы в печени и легких был максимальным (15,83 и 10,14 мкг/г, соответственно) по сравнению с субстанцией. Минимальное количество (0,02 мкг/г) действующего вещества наблюдали в сердце. Заключение: показано, что включение рифабутина в полимерную форму значительно изменяет его локализацию по органам и тканям. Установлено повышенное накопление нанокомпозиции рифабутина в ткани легких, печени и селезенки.
Математическая модель прогноза скорости фиброза печени у больных с хроническим гепатитом С на основе комбинаций геномных маркеров
Get PDFAim of study. To evaluate clinical significance of different combinations of gene polymorphisms IL-1b, IL-6, IL-10, TNF, HFE, TGF-b, ATR1, NOS3894, CYBA, AGT, MTHFR, FII, FV, FVII, FXIII, ITGA2, ITGB3, FBG, PAI and their prognostic value for prediction of liver fibrosis progression rate in patients with chronic hepatitis C (CHC).Subjects and methods: 118 patients with CHC were divided into «fast» and «slow» (fibrosis rate progression ≥0,13 and 0,13 fibrosis units/yr; n =64 and n =54) fibrosis groups. Gene polymorphisms were determined. Statistical analysis was performed using Statistica 10.Results. A allele (p =0,012) and genotype AA (p =0,024) of AGT G-6T gene, as well as T allele (p =0,013) and MT+TT genotypes (p =0,005) of AGT 235 M/T gene were significantly more common in «fast fibrosers» than in «slow fibrosers». Patients with genotype TT of CYBA 242 C/T had a higher fibrosis progression rate than patients with CC+CT genotype (p =0,02). Our analysis showed a protective effect of TT genotype of ITGA2 807 C/T on fibrosis progression rate (p =0,03). There was a trend (p 0,15) to higher fibrosis progression rate in patients with mutant alleles and genotypes of TGFb +915 G/C, FXIII 103 G/T, PAI -675 5G/4G genes. Other gene polymorphisms were not associated with enhanced liver fibrosis. To build a mathematical model for prediction of liver fibrosis progression rate we performed coding with scores for genotypes and virus genotype. Total score correlated with the fibrosis progression rate (R =0,39, p =0,000).Conclusion: Determination of genetic profile of the patient and virus genotype allows to predict the course of CHC. Обоснование. В настоящее время большое внимание уделяется поиску генетических факторов, объясняющих течение хронического гепатита С (ХГС).Цель исследования: оценить прогностическую значимость носительства комбинаций аллельных вариантов генов IL 1b, IL 6, IL 10, TNF α, HFE, TGF b, ATR1, NOS3, CYBA, AGT, MTHFR, FII, FV, FVII, FXIII, ITGA2, ITGB3, FBG, PAI на прогрессирование фиброза печени при ХГС.Материалы и методы: 118 пациентов с ХГС разделены на группы с быстрым и медленным (скорость фиброза ≥0,13 и 0,13 ед. фиброза/год; n =64 и n =54, соответственно) фиброзом. Выполнено определение полиморфизма. Статистическую обработку результатов проводили с использованием пакетов программ Statistica 10.Результаты. У больных с быстрым фиброзом в сравнении с группой с медленным чаще встречались аллель А (р =0,012) и мутантный генотип АА (р =0,024) гена AGT G-6T, также в данной группе чаще выявляли аллель Т (р =0,013) и генотип МТ+ТТ гена AGT 235 M/T (р =0,005). Больные с генотипом ТТ гена CYBA 242 C/T имели более высокую скорость фиброза по сравнению с больными с генотипом СС+СТ (р =0,02). В ходе анализа выявлено протективное влияние гомозиготы ТТ гена ITGA2 807 C/T на темпы фиброза (р =0,03). Наблюдались тенденции к различию по встречаемости аллелей и генотипов полиморфных маркеров TGFb +915 G/С, FXIII 103 G/T, PAI -675 5G/4G между двумя группами. Для остальных генов достоверных отличий не обнаружено. В дальнейшем построена математическая модель, учитывающая протективное и профиброгенное влияние генов, в также влияние генотипа вируса. Выявлена корреляция между суммой баллов в этой модели и темпом прогрессирования фиброза в печени (R =0,39, p =0,000).Заключение: предложенная математическая модель может прогнозировать течение болезни
СИНДРОМ ОБСТРУКТИВНОГО АПНОЭ СНА У ДЕТЕЙ КАК РИСК РАЗВИТИЯ СЕРДЕЧНО-СОСУДИСТОЙ ПАТОЛОГИИ
Get PDFObjective: Our aim was to examine the predictors of cardiovascular disorders in children affected by obstructive sleep apnea syndrome (OSAS) based on the results of polysomnography and continuous monitoring of blood glycose. Мethods: Before the examination, parents filled in questionnaires concerning their children sleep quality. The procedure was followed by the study of the sleep by means of polysomnography (Embla s 7000, USA). A system of continuous monitoring of blood glucose was applied (Guardianreal-time, Medtronicminimed, USA) by means of which a glycemic profile tissue fluid was studied. Results: A night sleep research of 120 children aged 3–16 y.o. is presented. There were 4 groups depending on the pathology: diseases of the nervous system (n =31), ENT-pathology (n =18), bronchial asthma (n =24) and overweight and obesity (n =34). The comparison group consisted of 13 apparently healthy children. The study has shown that the parents of every second child with sleep disorders did not know about the fact. The 60 % of the patients with high body mass index (BMI) had a snore, which was significantly higher the in children with normal body mass index — 35% (р =0.012). The index of apnea-hypopnea (AHI) was higher in the patients with ENT-pathology 17 times (p 0.001) and the patients with obesity 7 times (p 0.001) in comparison to the comparison group. In the analysis of the overall sample (n =120) was obtained significant negative correlation with heart rate variability and heart rate (r = 0.405; p 0.001). It is also shown that among 14 investigated children with OSAS only 8 had episodes of hypoglycemia (less than 3.3 mmol/l) during night sleep. All of them were with a high body mass index and with above average stature (1sd). Conclusion: Children with ENT-pathology and with high high body mass index have high risk of cardio-vascular diseases. Children with above average stature and with increased body mass index affected by OSAS have additional backgrounds for cardiovascular diseases development as a result of the latent periods of hypoglycemia at night. Цель исследования: выявить предикторы сердечно-сосудистых нарушений у детей на фоне синдрома обструктивного апноэ сна (СОАС) по результатам полисомнографии и непрерывного мониторирования глюкозы. Методы: перед обследованием родители заполняли анкету-вопросник по качеству сна, исследование сна проведено методом полисомнографии (Embla S7000,США). Системой непрерывного мониторирования глюкозы (Guardian Real-Time, Medtronic MiniMed, США) исследовали гликемический профиль в тканевой жидкости. Результаты: обследовано 120 детей в возрасте 3–16 лет. Детей распределяли по группам патологий: 31 — с болезнями нервной системы, 18 — с патологией ЛОР-органов, 24 — с бронхиальной астмой и 34 — с избыточным весом и ожирением (ИвиО); 13 практически здоровых детей составили группу сравнения. Родители каждого второго ребенка не знали о нарушениях дыхания во время сна у своих детей. Храп в общей выборке при повышенном ИМТ обнаружен у 60% детей, что значимо чаще, чем у детей с нормальным ИМТ (35%; р =0,012). Индекс апноэ / гипопноэ (ИАГ) был выше при патологии ЛОР-органов в 17 раз (p 0,001) и в группе с ИВиО — в 7 раз (p 0,001) по отношению к группе сравнения. В этих же группах оказалась повышенной частота сердечных сокращений (ЧСС) по сравнению с группой сравнения (р =0,002). При анализе в общей выборке (n =120) была получена значимая отрицательная связь между вариабельностью ритма сердца и частотой сердечных сокращений (r= -0,405; p 0,001). Показано, что из 14 обследованных только у детей с повышенным ИМТ и ростом выше среднего (1SD; n =8) были зарегистрированы эпизоды ночной гипогликемии (3,3 ммоль/л). Заключение: дети с патологией ЛОР-органов и повышенным ИМТ на фоне СОАС подвержены риску развития сердечно-сосудистой патологии. Дети с ростом выше среднего и повышенным ИМТ на фоне СОАС имеют дополнительные предпосылки для развития сердечно-сосудистых заболеваний в виде скрытых периодов гипогликемии в ночной период.
УРОДИНАМИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ В ПОЧКАХ ПРИ ПАНКРЕОНЕКРОЗЕ
Get PDFThis paper presents experience in monitoring renal ultrasound data in patients with pancreatonecrosis from 20 to 60 years. It is also present two clinical cases of renal urodynamics in destructive forms of acute pancreatitis. Edematous form of acute pancreatitis and pancreatic cause violations not only secretion but also excretory function of the nephros. In patients with pancreatic necrosis accompanied by the formation of zones of limited fluid in the retroperitoneal space including retroperitoneal phlegmon may occur ureteral compression which is accompanied by appearance of urodynamic disorders in the nephros of varying severity. Ultrasound monitoring of renal care for patients with edematous form of acute pancreatitis, pancreatic necrosis helps to diagnose renal urodynamic disorders which allows timely corrected in the early stages of treatment activities in these patients and improve outcomes.Представлен опыт ультразвукового мониторинга почек у пациентов с панкреонекрозом в возрасте 20–60 лет. Приведено 2 клинических примера нарушения почечной уродинамики при деструктивных формах острого панкреатита. Сделаны выводы о том, что отечная форма острого панкреатита и панкреонекроз являются причиной нарушения не только секреторной, но и экскреторной функции почек. При панкреонекрозе, сопровождающемся образованием ограниченных жидкостных зон в забрюшинном пространстве, в т.ч. при флегмонах забрюшинного пространства, может возникать сдавление мочеточников, что сопровождается появлением уродинамических нарушений в почках разной степени выраженности. Ультразвуковой мониторинг состояния почек при ведении больных с отечной формой острого панкреатита, панкреонекрозом позволяет диагностировать почечные уродинамические нарушения, что дает возможность своевременно корригировать лечебные мероприятия у этой категории больных и улучшить результаты лечения.
ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ГУМОРАЛЬНЫХ АГОНИСТОВ В АКТИВАЦИИ ТРОМБОЦИТОВ ПРИ ХРОНИЧЕСКОЙ ИШЕМИИ МОЗГА
Get PDFObjective: The aim of the study was to determine the effect of the standard drug therapy of 95 patients with chronic cerebral ischemia (CCI) on the functional status of platelets as possible participants of microcirculation of the brain. Methods: Platelets were isolated from peripheral blood by centrifugation and examined at 24 hours after initiation of standard medical therapy including aspirin (100 mg). The cells were stimulated in vitro using adenosine diphosphate (ADP), epinephrine, platelet activating factor (PAF) and serotonin in an effective concentration (EC50) inducing in healthy individuals platelet aggregation in the range of 50±5%. A study of platelet aggregation was carried out on aggregometer Chrono-Log (USA). Results: Research included 82 patients with CCI 1–2 Stage — 76 patients taking antiplatelet and antihypertensive drugs before hospitalization (main group), 6 — did not receive these drugs during 7 days prior to hospitalization (comparison group). After start conservative treatment, only ADP induced platelet aggregation, which was similar (p 0.05) with values in healthy individuals. The pharmacological inhibition of the functional activity of platelets other investigated agonists reproduced hyporesponsiveness of platelets. Against this background, in 34 (44.7%) patients at 24 hours after initiation of therapy occurred potentiation effects of PAF and epinephrine in the test in vitro; whereas the summation of the effects of serotonin and epinephrine on platelets was detected in 12 (15.8%) patients. The basis of this phenomenon may be strengthening effect of ADP secreted from dense-granules, additional stimulation by Gi-protein signaling system by epinephrine and Gq-protein by the action of PAF and serotonin. Conclusion: Response to the combined action of platelet agonists may be predictor of the risk of thrombogenesis at CCI. Цель исследования: изучить влияние стандартной медикаментозной терапии у пациентов с хронической ишемией мозга (ХИМ) на функциональный статус тромбоцитов, участвующих в нарушении микроциркуляции головного мозга. Методы: тромбоциты, выделенные из периферической крови путем центрифугирования, изучали через 24 ч после начала стандартной медикаментозной терапии, включающей ацетилсалициловую кислоту (100 мг). Для анализа реактивности клеток in vitro использовали аденозиндифосфат (АДФ), адреналин, фактор активации тромбоцитов (ФАТ), ангиотензин II и серотонин в эффективной концентрации (ЕС50), вызывающей у здоровых лиц агрегацию тромбоцитов в диапазоне 50±5%. Исследование агрегации тромбоцитов проводили на агрегометре фирмы Chrono-Log (США). Результаты: в исследование были включены 95 пациентов с ХИМ 1–2-й стадии. 76 человек принимали антиагрегантные и гипотензивные препараты до поступления в стационар (основная группа), 13 — не получали таковые в течение 7 сут, предшествующих госпитализации (группа сравнения). В основной группе через 24 ч после начала консервативной терапии АДФ вызывал агрегацию тромбоцитов, которая была сопоставимой (р 0,05) со значениями у здоровых лиц. Остальные исследованные агонисты воспроизводили гипореактивность тромбоцитов, что отражает фармакологическое ингибирование их функциональной активности. На этом фоне у 34 (44,7%) пациентов имело место потенцирование эффектов ФАТ и адреналина в тесте in vitro; тогда как суммация эффектов серотонина и адреналина на тромбоциты выявлена у 12 (15,8%) пациентов. В основе данного феномена может лежать усиление аутокринной стимуляции тромбоцитов при дополнительной активации Gi-белка внутриклеточной сигнальной системы посредством адреналина и Gq-белка при воздействии ФАТ и серотонина. Заключение: ответ тромбоцитов in vitro на комбинированное действие агонистов может быть предиктором риска тромбогенеза при ХИМ.
Постспленэктомический гипоспленизм
Get PDFSplenectomy is a serious operation, which includes the removal of the largest peripheral immune organ. Vast array of different pools of immunocompetent cells and immune-factors eliminate from the body as a result of this operation. Occurrence of hyposplenism in our country pediatric service is not determined — there are neither clear criteria for its diagnosis, nor approved algorithms for prevention. Data of postsplenectomy sepsis incidence in Russia are unknown. In this review article authors give contemporary literature data relating to the issue of developing hyposplenism and changes in the body after removal of spleen. Systemic effect of organ-resecting operation and the basic directions of overwhelming post-splenectomy infection and sepsis prevention are discussed.Спленэктомия — это серьезная иммунокомпрометирующая операция, т.к. в результате нее удаляется наиболее крупный периферический орган иммунной системы, из организма выносится огромный массив пулов различных иммуннокомпетентных клеток и иммунноактивных факторов, страдают и специфические, и неспецифические врожденные звенья иммунитета. Место гипоспленизма в педиатрии в России не определено: не существует ни четких критериев его диагностики, ни утвержденных алгоритмов профилактики. Статистические данные о частоте развития постспленэктомического сепсиса в России отсутствуют. В данной обзорной статье авторы приводят современные литературные данные относительно вопросов гипоспленизма и изменений, развивающихся в организме после удаления селезенки. Обсуждается системный эффект органоуносящей операции, рассматриваются основные направления профилактики отягощенной постспленэктомической инфекции и сепсиса как крайней степени проявления гипоспленизма
ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИЕМА СТАТИНОВ В ПЕРВИЧНОЙ ПРОФИЛАКТИКЕ ФИБРИЛЛЯЦИИ ПРЕДСЕРДИЙ В РАННЕМ ПОСЛЕОПЕРАЦИОННОМ ПЕРИОДЕ ИЗОЛИРОВАННОГО АОРТОКОРОНАРНОГО ШУНТИРОВАНИЯ
Get PDFBackground: The incidence of the postoperative atrial fibrillation (POAF) after open heart surgery is up to 65%. Statin therapy has shown conflicting data in the prevention of the POAF. Objective: Our aim was еo evaluate the role of statin therapy in the primary prevention of AF after CABG. Methods: Group 1 (n =84) included those patients who received no statin therapy and the Group 2 (n =124) included those patients who did receive statin therapy for at least three days prior to the operation and for all days in the postoperative period. WBC count in different periods after surgery and rate of AF were evaluated. The risk of occurrence of postoperative AF was evaluated using the Cox-regression model and odds ratio. Results: A retrospective analysis of 206 medical records of the patients without pre-existing AF after CABG was performed. The rate of AF was 26% in Group 1 and 6.5 % in Group 2 (p =0.0001). On Day 4 after surgery, WBC count was 11 (9;13) in the first group and 9 (7,6;10,2)×109 e/L in the second group (p =0.000001). «Statin use» and «number of grafts» and were found to be statistically meaningful: p =0.002 and p =0.0125 respectively (χ2=28,3; p 0.001). In accordance with the Cox model of regression, the risk of AF was 0.201 for «statin use»; and 2.099 for «number of grafts». Odds ratio was 0.2 (95% CI 0.08–0.5). Conclusion: Statin therapy prior to and after GABG was found to be an effective method of primary prevention of AF in the early postoperative period. После кардиохирургических вмешательств частота послеоперационной фибрилляции предсердий (ПОФП) достигает 65%. В настоящее время имеются противоречивые данные о влиянии приема статинов на развитие ПОФП. Цель исследования: оценить роль приема статинов в первичной профилактике ФП после аортокоронарного шунтирования (АКШ). Методы: было выделено 2 группы пациентов: группа 1 (n =82) не принимала статины, группа 2 (n =124) — принимала. В группах оценивали число лейкоцитов в разные дни, частоту возникновения ФП. Для оценки риска развития ФП использовали регрессионную модель Кокса и отношение шансов. Результаты: проведен ретроспективный анализ 206 историй болезней больных без предшествующей ФП после изолированного АКШ. Частота развития ФП в группе 1 составила 26%, в группе 2 — 6,5% (p =0,020). Число лейкоцитов на 4-е сут после операции в группе 1 составило 11 (9;13) тыс. против 9 (7,6;10,2) тыс. в группе 2 (p =0,000001). Отмечено, что число лейкоцитов на 1-е сут также было ниже в группе 2, однако различия не достигали статистической значимости: 10 (7,5;13) против 9,5 (7,3;12) тыс. (р =0,290). Статистическая значимость клинических параметров была получена для таких характеристик, как «прием статинов» (p =0,002) и «число шунтов» (p =0,013) (χ2=28,3; p 0,001). Риск развития ФП в соответствии с регрессионной моделью составил для показателя «прием статинов» 0,201, для показателя «число шунтов» — 2,099. Отношение шансов составило 0,2 при 95% ДИ 0,08–0,5. Заключение: применение статинов у больных перед АКШ является эффективным методом первичной профилактики ФП в раннем послеоперационном периоде. Противовоспалительные свойства статинов — один из факторов, объясняющий их антиаритмическое действие.
ЭПИДЕМИОЛОГИЧЕСКИЙ НАДЗОР ЗА ХОЛЕРОЙ В РОССИИ В ПЕРИОД СЕДЬМОЙ ПАНДЕМИИ
Get PDFIn this work basic stages of formation of the epidemiological surveillance of cholera in Russia are described. In 1990-s for the first time zoning by epidemic manifestations of cholera was carried out at the level of subjects forming parts of Russia and other Republics of the Soviet Union with the introduction of differential tactics of epidemiological surveillance. Improvement of epidemiological surveillance of cholera was aimed at harmonization with the IHR (2005), integration of epidemiological surveillance of cholera and social-hygienic monitoring of water objects of I and II categories. Characterization of isolated Vibrio cholerae strains (1990−2014) on the genomic basis determined the emergence of new VNTR-genotypes of V. cholerae O1 ctxAB+ tcpA+, responsible for outbreaks, simultaneously with isolation of V. cholerae O1 ctxAB-tcpA- strains during monitoring of environmental objects for cholera. A viewpoint is considered of the beginning of the eighth cholera pandemic in the context of emergence of V. cholerae-torstrains with CTXφ prophage carrying ctxB gene of cholera toxin of classical biovar. Main directions of further enhancement of epidemiological surveillance include the study of basic data structures used in the epidemiological surveillance system, the use of zoning of municipal units of federal subjects with corresponding surveillance tactics and expected economic effect. Представлены основные этапы становления эпидемиологического надзора за холерой в России. В 1990-е гг. впервые проведено районирование на уровне субъектов, входящих в состав России и других республик Союза ,по типам эпидемических проявлений холеры с введением дифференцированной тактики эпидемиологического надзора. Совершенствование эпидемиологического надзора за холерой было направлено на гармонизацию с Международными медико-санитарными правилами (2005), интеграцию с социально-гигиеническим мониторингом водных объектов I и II категорий. При характеристике выделенных из объектов окружающей среды холерных вибрионов (1990−2014 гг.) Vibrio cholerae О1ctxAB-tcpA-на геномной основе установлено появление новых VNTR-генотипов V. cholerae О1 ctxAB+tcpA+, ответственных за вспышки высокоопасной инфекции. Высказана точка зрения о начале восьмой пандемии холеры, обусловленной V. cholerae О1 биовара el-tor с наличием в профаге CTXφ гена ctxB холерного токсина классического биовара. Основными направлениями совершенствования эпидемиологического надзора на современном этапе являются исследование структур основных данных, используемых для определения эпидпотенциала территорий; переход на районирование входящих в субъекты муниципальных образований с дифференцированной тактикой эпидемиологического надзора и ожидаемым экономическим эффектом.
ФОРМИРОВАНИЕ ПИЩЕВОЙ СЕНСИБИЛИЗАЦИИ У ДЕТЕЙ НА ФОНЕ ИНВАЗИИ OPISTHORCHIS FELINEUS
No full textAim: to determine the mechanism of food sensitization in children with chronic Opisthorchis felineus invasion. Patients and methods: during the epidemiological study the groups of patients (7–10 years) with chronic opisthorchiasis (n =237) and children without chronic opisthorchiasis (n =496) were formed. The investigation included interviewing of parents / guardians, measurement of total IgE, specific IgE to food allergens and component-resolved diagnostic, real-time PCR in stool samples. Results: the chronic opisthorchiasis invasion in children is associated with reduced risk of food sensitization, compared with non-infected group (9,7 vs 16,94%, OR =0,53; 95% CI 0,31–0,88; p =0,01). Opisthorchiasis of high intensity negatively correlated with increased level of specific IgE to food allergens in serum (OR =0,46; 95% CI 0,24–0,91; p =0,023). The association between level of total IgE and intensity of opisthorchiasis combinated with food sensitization was found. The sensitization to allergens class I (cyp c1, cor a11, gal d2, pru p3) is more prevalent in patients with opisthorchiasis, in uninfected children the sensitization to bet v1-homologues (mal d1, pru p1, cor a1, ara h8) is most common. Conclusions: the epidemiological data on the effect of the Opisthorchis felineus invasion on mechanisms of food sensitization in children were obtained.Цель исследования: установить механизмы развития пищевой сенсибилизации на фоне хронической инвазии Opisthorchis felineus у детей. Пациенты и методы: в ходе эпидемиологического исследования сформированы группы больных хроническим описторхозом (n =237) и детей, не имеющих описторхоза (n =496). В исследовании использовали интервьюирование родителей / опекунов, измерение концентрации общего и специфического IgE к пищевым аллергенам в сыворотке крови, компонентную аллергодиагностику, метод полимеразной цепной реакции в режиме реального времени в образцах стула. Результаты: наличие хронической описторхозной инвазии у детей ассоциировано со снижением риска развития пищевой сенсибилизации в сравнении с неинвазированными лицами (9,7 против 16,94%, OR =0,53; 95% CI 0,31–0,88; p =0,01). Высокая интенсивность описторхозной инвазии отрицательно коррелирует c повышением содержания специфического IgE к пищевым аллергенам в сыворотке крови (OR =0,46; 95% CI 0,24–0,91; p =0,023). Установлена зависимость между повышением концентрации общего IgE в сыворотке крови и интенсивностью описторхозной инвазии в сочетании с пищевой сенсибилизацией. В группе больных описторхозом преобладает сенсибилизация к термостабильным аллергенам класса I (cyp c1, cor a11, gal d2, pru p3), у детей, не имеющих описторхоза — к термолабильным гомологам bet v1 (mal d1, pru p1, cor a1, ara h8). Выводы: получены эпидемиологические данные о значимом влиянии гельминтной инвазии Opisthorchis felineus на механизмы формирования пищевой сенсибилизации у детей.