Ural Federal University: URFU Journal Systems / Журнальный портал УРФУ
Not a member yet
3848 research outputs found
Sort by
«От этого рассеяния имя Российское»: этимологические поиски Г. З. Байера в контексте ученой традиции
Get PDFThis article examines the ideas on the origin of the name Rus (Russian: русь) formulated by Gottlieb Siegfried Bayer (1694–1738), a professor at the St Petersburg Academy of Sciences. Bayer expressed his observations in an unfinished Latin text published after his death in the journal of the Academy. Using this publication, which has never been translated into Russian, the authors of the article examine Bayer’s critical comments and objections to various versions of the origin of the name Rus. Bayer’s text is a kind of catalogue of hypotheses that existed in the academic world in the first half of the eighteenth century. From the point of view of modern scholarship, all of them can be regarded as naive folk etymologies or legends (for example, the creation of the name Rus from the ancient name of a river, its comparison with the biblical people of Rosch, or the appeal to the legend of the brothers Lech, Czech and Rus, etc.). These versions are subjected to a fair and ironic criticism by Bayer. Based on new research on ideas of ethnic nomination, the authors place the versions in the context of discussions in historical writings of the sixteenth–eighteenth centuries. The results of the analysis of Bayer’s arguments show that he often makes very good use of his knowledge of ancient and modern languages and of the historical context to criticise other people’s versions. The article also examines in detail the etymology to which Bayer himself adheres. According to Bayer, the name of the Russian people comes from the Slavic word рассеяние (“dispersion”). This etymology was proposed in the sixteenth century by the Austrian diplomat Siegmund von Herberstein and supported by some Polish and German scholars. The authors show that Bayer finds additional historical and linguistic arguments for this hypothesis, which, of course, do not withstand the criticism of contemporary scholarship. The article notes the influence of Bayer’s hypothesis on the ideas of G. F. Mьller. The authors suppose that a certain forgetfulness of Bayer’s hypothesis is due to the fact that it contradicts his reputation as a “Normanist”.Статья посвящена исследованию идей профессора Санкт-Петербургской Академии наук Готлиба Зигфрида Байера (1694–1738) о происхождении имени русь, отразившихся в незаконченном латинском тексте, напечатанном после смерти ученого в журнале Академии. Работая с этой ранее не переводившейся на русский язык публикацией, авторы статьи рассматривают критические комментарии и аргументы Байера против различных версий происхождения имени русь. Текст Байера является своеобразным каталогом гипотез, бытовавших в ученом мире в первой половине XVIII в. Все они с точки зрения современной науки могут считаться лишь наивными народными этимологиями или легендами (например, производство имени русь от древнего названия реки, сопоставление с библейским народом рош, обращение к легенде о братьях Лехе, Чехе и Русе, и т. п.). Эти версии подвергаются Байером справедливой и выдержанной в ироническом ключе критике. Опираясь на актуальные научные исследования представлений об этнической номинации, авторы помещают рассматриваемые версии в контекст дискуссий в историописании XVI–XVIII вв. Результаты анализа аргументов Байера показывают, что он зачастую весьма удачно использует свое знание древних и современных языков и исторического контекста для критики различных версий. В статье подробно рассмотрена и этимология, которой придерживается сам Байер. Согласно взглядам Байера, имя русского народа происходит от слова рассеяние. Эта этимология была предложена еще в XVI в. австрийским дипломатом С. Герберштейном и поддерживалась некоторыми польскими и немецкими учеными. Авторы показывают, что Байер находит для этой гипотезы дополнительные исторические и лингвистические аргументы, которые, конечно, не выдерживают критики с точки зрения современной науки. В статье отмечается влияние гипотезы Байера на идеи Г. Ф. Миллера. Авторы высказывают предположение, что определенное забвение гипотезы Байера связано с тем, что она противоречит его репутации «норманиста»
Наследство «чугунной бабушки»: нарративные версии каслинской истории
Get PDFThis article focuses on the production of Kasli castings in the 1930s–1940s (essays by N. Dobychin, M. Zuev-Ordynets, and P. Bazhov). The authors carry out a historical contextualisation of the sources referring to the travel notes of D. Mamin-Sibiryak (1887) and interviews with the inhabitants of Kasli obtained during an expedition to study the narrative landscapes of Ural cities (2021). The authors aim to comprehend the situation of alternative history with reference to the city of Kasli, which is set by options for describing the present, focused on the desired future. In the history of Kasli castings, the 1930s is considered both as a relevant present with the nearest future, and as a turn in the past favourable for local production, preserved in the memory of the Kasli people.Methodologically, the research is based on multiscalar analysis with an emphasis on the interaction of different time and space scales. The article introduces materials of the State Archive of Administrations of Sverdlovsk Region related to the biography of N. Dobychin which has never been done previously, since it is his essay Living Cast Iron that is said to have played a decisive role in the revival of the production of artistic iron casting. The authors analyse texts about Kasli castings in terms of their possible influence, due to the scale of the placement platform (central or regional press, circulation, etc.) and the accuracy of compliance with the moment of cultural politics, reflected in the composition and motif structure of the text and the communication of an external or internal view of events. The essay, which influenced the local narrative about the fate of either dying or rising production, may have become a resource for mythologising the “long-lived” Ural craftsmanship in the words of the famous “cast-iron grandmother” of Bazhov. The judgments of today’s Kasli residents about the past and present of the city testify to a complex combination of pride and resentment towards their historical past and present.В центре внимания авторов находятся тексты о производстве каслинского литья 1930–1940-х гг.: очерки Н. Добычина, М. Зуева-Ордынца, П. Бажова. Их историческую контекстуализацию выполняют путевые заметки Д. Мамина-Сибиряка (1887) и материалы интервью с жителями Каслей, полученные в ходе изучения нарративных ландшафтов уральских городов (2021). Цель статьи заключается в осмыслении ситуации альтернативности истории на примере города Касли, которую задают варианты описания настоящего, ориентированного на желаемое будущее. 1930-е годы в истории каслинского литья рассматриваются и как актуальное настоящее с близким будущим, и как благоприятный для местного производства поворот в прошлом, сохранившийся в памяти каслинцев.Используется методологический ресурс мультискалярного анализа с акцентом на взаимодействии различных временных и пространственных масштабов. Вводятся в научный оборот материалы Государственного архива административных органов Свердловской области, связанные с биографией Н. Добычина, поскольку именно его очерку «Живой чугун» приписывается решающая роль в возрождении художественного производства. Тексты о каслинском литье анализируются на предмет их возможной влиятельности, обусловленной масштабом платформы размещения (центральная или региональная пресса, тиражность и др.) и точностью соответствия моменту культурной политики, отраженному в композиции и мотивной структуре текста, трансляции внешнего («чужого») или внутреннего («своего») взгляда на описываемые события. Очерк, оказавший влияние на локальный нарратив о судьбе то гибнущего, то возрождающегося производства, возможно, стал ресурсом для мифологизации «долговечного» уральского мастерства в словах знаменитой «чугунной бабушки» Бажова. Суждения нынешних каслинцев о прошлом и настоящем города свидетельствуют о сложном сочетании гордости и обиды за свое историческое прошлое и настоящее
Methyl orange sorption on octadecylamine-modified iron oxide magnetic nanoparticles
Get PDFThis study investigates the sorption of 2-methyl orange dye onto octadecylamine-modified iron oxide magnetic nanoparticles (ODA-IONPs). The synthesized ODA-IONPs exhibit remarkable sorption capacity, reaching 800 mg/g at the nanoparticle concentrations ranging from 5 to 10 mg/g and pH of 2–8. The sorption process demonstrates rapid kinetics, achieving 90% of maximum sorption within 0.5 min. Thermodynamic analysis showed that sorption process is spontaneous and endothermic, as indicated by negative ΔG and positive ΔH values. The pseudo-second-order and Langmuir models best describe the sorption kinetics at 293 K (R² 0.99). Compared to other adsorbents, ODA-IONPs show superior MO removal capacity under a wider pH range. The influence of nanoparticle concentration, pH, and temperature on sorption efficiency is systematically explored, with optimal conditions identified at 10 mg/L ODA-IONPs and pH 6. Furthermore, the feasibility of nanoparticle reusability for sorption purposes is assessed. These findings underscore the potential of ODA-IONPs as efficient sorbents for wastewater treatment and environmental remediation applications
Иван Пуни в Берлине: взгляд эмигранта на русское искусство (на материале книги «Современная живопись»)
Get PDFThe study is devoted to the artistic and critical activity of the Russian avant-garde master I. Puni within the framework of his Berlin period (1920–1923). The material for the analysis was the book «Modern Painting», written by I. Puni, which summarized not only the original texts of Puni’s public lectures, but also his reflection on the critical reaction that was provoked by them. Based on the structural-semiotic analysis, the author found that parallels could be drawn between Puni’s speeches (public lectures, responses to criticism) and his artistic works in the context of time and place (the first post-revolutionary wave of emigration from Russia 1918–1922). During his years of emigration, Puni was among those who formed views on the art of his time. During this period, the critic went from understanding the mechanistic techniques of the composition of Russian non-objective art to the importance of the intuitive principle as the basis of creativity and spectator work in the perception of a work of art, semantically filled and ambiguously readable. On the pages of the book, the artist joins the discussion with E. Lisitsky, V. Tatlin, the largest European artists, justifying his view on the pressure points of modern art.Исследование посвящено художественно-критической деятельности мастера русского авангарда И. Пуни в рамках его берлинского периода (1920–1923). Материалом для анализа послужила книга «Современная живопись» И. Пуни, в которой обобщены не только первоначальные тексты публичных лекций Пуни, но и его рефлексия на возникшую критическую реакцию. С опорой на структурно-семиотический анализ проводятся параллели с живописным опытом И. Пуни, выявляются аксиологические установки времени. В годы эмиграции Пуни был среди тех, кто формировал взгляды на искусство своего времени. За этот период критик прошел путь от понимания механистических приемов композиции русского беспредметного искусства к важности интуитивного начала как основы творчества и зрительской работы при восприятии произведения искусства, семантически наполненного и неоднозначно считываемого. На страницах книги художник вступает в дискуссию с Э. Лисицким, В. Татлиным, крупнейшими европейскими художниками, обосновывая свой взгляд на болевые точки современного искусства
Восприятие собственного тела в структуре самоотношения студентов
Get PDFA person’s attitude to himself/herself affects his/her self-esteem, self-acceptance and self-realization. The perception of one’s own body can be considered as one of the manifestations of self-attitude. This study examines the relationship of satisfaction or dissatisfaction with the body, attitude to its individual parts and features with self-attitude (self-esteem, autosympathy, self-deprecation). The sample consisted of 174 students of the Ural Federal University, 21 of them were boys and 153 girls. The following methods were used in the empirical study: the method of associative experiment A. V. Svetikova and Z. V. Borisenko; methodology “Self-assessment of the external appearance” by V. A. Labunskaya; methodology for the study of self-attitude to the image of the physical “I” by A. G. Cherkashina; methodology for the study of self-attitude by S. R. Pantileev. Descriptive constructs of the body image were investigated. Most students have positive ideas about their own body. It was found that girls have higher results in self-guidance and self-worth. A correlation study showed that body satisfaction is associated with self-esteem and autosympathy, and dissatisfaction with self-deprecation. The further prospects of the study include the investigation of behavioral strategies that contribute to the formation of a positive body image.Отношение человека к себе влияет на самоуважение, самопринятие и самореализацию. Восприятие собственного тела можно рассматривать как одно из проявлений самоотношения. Данное исследование изучает связь удовлетворенности или недовольства телом, отношения к его отдельным частям и особенностям с самоотношением (самоуважением, аутосимпатией, самоуничижением). Выборку составили 174 студента Уральского федерального университета, из них 21 юноша и 153 девушки. В эмпирическом исследовании были использованы: метод ассоциативного эксперимента А. В. Светиковой и З. В. Борисенко; методика «Самооценка внешнего облика» В. А. Лабунской; методика исследования самоотношения к образу физического «я» А. Г. Черкашиной; методика исследования самоотношения С. Р. Пантилеева. Проанализированы описательные конструкты образа тела. Обнаружено, что большинство студентов имеет позитивные представления о собственном теле. В самоотношении имеются различия между полами: девушки имеют более высокие результаты по саморуководству и самоценности. Корреляционное исследование показало, что удовлетворенность телом положительно связана с самоуважением и аутосимпатией и отрицательно — с самоуничижением. Дальнейшие перспективы исследования заключаются в изучении поведенческих стратегий, способствующих формированию позитивного образа тела
Образы И. В. Сталина и сталинской эпохи в гражданской религии современной России: риски конфликтогенности государственного и православного дискура
No full textThe article is dedicated to the problem of the representation of the images of Stalin and Stalin’s era in official state and Orthodox discourses, it is compared of them, it is analyzed of the mutual influence, it is recognized of “tension points” in these narratives. In the context of the general actualization of the memorial agenda and the still high symbolic capital of events related to this period, for the majority of Russian society, including them in the emerging civil religion, it is important to pay attention to the possible risks of the coexistence of these two narratives. It is concluded that the potential conflict of these politics of memory is primarily related to the contradictions of “post-Soviet” and “non-Soviet” discourses. In conclusion, conceptual guidelines for the state politics of memory are proposed, which could offset the identified risks.Key words: Civil religion, politics of memory, Russian Orthodox Church, memorial conflict, Stalin’s image, mnemonic adaptation, neostalilismВ статье рассматривается проблема репрезентации образов И. В. Сталина и сталинской эпохи в официальном государственном и православном дискурсах, проводится их сравнение, оценка степени взаимовлияния друг на друга, выявляются основные точки «напряженности» в этих нарративах. В условиях общей актуализации мемориальной повестки и по-прежнему высокого символического капитала событий, связанных с этим периодом, для большей части российского общества, включения их в формируемую гражданскую религию важно обратить внимание на возможные риски сосуществования этих двух нарративов. Делается вывод, что потенциальная конфликтность этих политик памяти связана прежде всего с противоречиями «постсоветских» и «несоветских» дискурсов. В заключение предлагаются концептуальные установки для государственной политики памяти, которые могли бы нивелировать выявленные риски
Память Сети: проблема приватности в интернет-коммуникации
No full textThe article seeks to offer a comprehensive understanding of privacy issues in online communication, particularly in the context of the confidentiality paradox. It delves into the problem not only from a socio-theoretical standpoint but also through the lenses of philosophical anthropology and communication theory. The article presents an overview of contemporary research on the paradox of confidentiality, spotlighting the key issues. The transformation of the private sphere’s boundary started in the television era as practices of excessive openness emerged in discussions focused on exclusively personal topics. However, openness in the private sphere does not eliminate concerns about potential consequences of such freedom. The article illustrates how self-disclosure, an integral communication element, takes on new forms in online communication. While openly shared personal information in verbal communication is typically short-lived in memory, the online realm preserves private information in the network’s memory.Key words: memory of the Internet, Internet communication, privacy, trust, self-disclosure, infinite expressionВ статье исследуется проблема приватности в интернет-коммуникации в контексте парадокса конфиденциальности. Цель статьи — показать видение проблемы не только в рамках социально-теоретического подхода, но и с позиции философской антропологии и теории коммуникации. Осуществлен анализ актуальных исследований по проблеме парадокса конфиденциальности и выявлены основные проблемы, привлекающие внимание специалистов. Отмечается, что трансформации границы приватного происходят в эпоху телевидения, когда складываются практики избыточной откровенности в обсуждении исключительно личных тем. Вместе с тем открытость в сфере приватного не исключает тревоги по поводу возможных последствий такой свободы. Показано, каким образом феномен самораскрытия, как неотъемлемый элемент общения, приобретает в сетевой коммуникации новые формы. Если в устном общении откровенно высказанная личная информация, как правило, ненадолго запоминается, то в Интернете приватное всегда в памяти Сети
Что хочет запомнить и забыть город Грозный? Изменения в мемориальном ландшафте в 2000–2022 гг.
No full textThe article describes changes in the urban space of the capital of the Chechen Republic in the period from 2000 to 2022. The period under review includes the active phase of military operations of the “second Chechen war,” or counter-terrorism operation in the North Caucasus (ended on April 16, 2009), which became a continuation of the first Chechen war of 1994–1996. However, the policy of renaming and de-Sovietization of the urban space of Grozny began long before 2009. These processes led to the gradual nationalization of urban memory, in which two parallel lines of commemoration became noticeable It has been revealed that there is a substitution of the tragic and “inconvenient” past associated with the period of the Great Patriotic War — the deportation of Chechens and Ingush in the form of Operation “Chechevitsa” (Lentil) in February 1944. The leadership of the Chechen Republic strives to construct and preserve in the memorial landscape of Grozny only those objects that which indicate the exclusively positive role of the Chechens in achieving Victory in 1945. Memory of the armed actions of 1994–1996 and 1999–2009. Almost completely leveled out by changes in urban toponymy. This is also confirmed by the authors’ tested hypothesis about the existence of memory “for our own” and “for visitors” during a tour over Grozny.Key words: Grozny, memorial space, Chechen Republic, collective memory, past, postsoviet periodСтатья описывает изменения в городском пространстве столицы Чеченской Республики в 2000–2022 гг. Рассматриваемый период включает активную фазу вооруженных действий второй чеченской войны, или контртеррористической операции на Северном Кавказе (завершилась 16 апреля 2009 г.), ставшей продолжением первой чеченской войны 1994–1996 гг. Однако политика переименования и десоветизации городского пространства Грозного началась задолго до 2009 г. Эти процессы привели к поэтапной национализации городской памяти, в которой стали заметны две параллельные линии памятования. Выявлено, что происходит подмена трагического и «неудобного» прошлого, связанного с периодом Великой Отечественной войны, — депортация чеченцев и ингушей в форме операции «Чечевица» в феврале 1944 г. Руководство Чеченской Республики стремится сконструировать и сохранить в мемориальном ландшафте Грозного только те объекты, которые указывают на исключительно положительную роль чеченцев в достижении Победы в 1945 г. Память о вооруженных действиях 1994–1996 и 1999–2009 гг. практически полностью нивелирована изменениями в городской топонимике. В том числе это подтверждает протестированная гипотеза авторов о существовании памяти «для своих» и памяти «для приезжих» во время экскурсии по Грозному
Exploring the competitiveness of Central Asian economies: a comparative analysis
Get PDFRelevance. In Central Asia, growing economic and infrastructural challenges require urgent solutions and a shift from resource-dependent economies. Although each Central Asian country is following its own independent path, regional integration processes are crucial for enhancing competitiveness at both individual and regional levels.Research Objective. The study aims to conduct a comparative analysis of the competitiveness of Central Asian economies, identifying both their weaknesses and opportunities for sustainable development in the region.Data and Methods. The study relies on both secondary qualitative and quantitative data, drawing on international research on competitiveness and methodological provisions developed by the World Economic Forum. Identical indicators from the World Bank database are analyzed for an indirect assessment of the global competitiveness of Central Asian economies.Results. The study's findings reveal varying levels of competitiveness among the economies in question. Kazakhstan and Uzbekistan, in particular, have shown progress in this sphere due to the availability of natural resources, economic reforms, investments in infrastructure, and the development of human capital.Conclusions. In order to improve the quality of life for their citizens, Central Asian countries need to enhance their competitiveness, which can be accomplished by implementing measures such as diversifying economies, strengthening institutions, and attracting investment in innovative projects