Literatūra
Not a member yet
1383 research outputs found
Sort by
В черном-черном кабинете черный-черный человек...
Get PDF[В. С. Измозик. «Черные кабинеты»: История российской перлюстрации XVIII – начала ХХ века. Москва: Новое литературное обозрение, 2015. 696 с.
Книга о союзе мысли и слова
Get PDF[Светлана Валюлис. Содружество литературы и философии: Сборник научных статей. Вильнюс: изд-во Литовского эдукологического университета, 2016. 256 с.
Гетеротопия «детства не здесь». К лингвистической характеристике локального сообщества жителей польско-белорусско-литовского языкового пограничья в конце XIX в. (на материале мемуаров В. Л. Скорвида)
Get PDF..
От окраины к центру: журнал Zeszyty Literackie и «триумвират поэтов» (Милош, Венцлова, Бродский)
Get PDF..
A woman in the culture, the culture of a woman: Caroline von Humboldt
No full text...The subject of this presentation is Wilhelm von Humboldt’s wife, Alexander von Humboldt’s sisterin-law, a close female friend of Lotte Schiller and of her sister, Caroline von Wolzogen, held in high regard by Goethe, admired by Schiller, the former Fräulein von Dacheröden from Erfurt, the future Caroline von Humboldt. She was the ancestress of one of the most respected and best German noble families, a mother of eight children, an intellectually gifted woman, in which the German ideals of femininity were fulfilled, who knew to lead the salons and to talk about arts and literature
Стихотворение И. Бродского «Ritratto di donna»: контексты и интерпретации
Get PDFThe article offers an interpretation of the poem of I. Brodsky “Ritratto di Donna”, based on the establishment of contextual links with the picture by the great Italian Renaissance painter Raphael “La Donna Velata (The woman with the veil)” and Brodsky’s essay “Altra Ego” (1990). It is argued that the poem by Brodsky is an “improper ecphrasis” whose purpose is not the description of works of art. This poem is the metaphysical meditation about the essence of art, about the relation between daily life and Being in the artistic creativity.Стихотворение Бродского «Ritratto di donna» является аллюзией на полотно Рафаэля. При этом перевод визуального образа в вербальный позволяет автору, как это ему свойственно, использовать живописную ассоциацию для решения собственных, чаще всего мировоззренческих или творческих, проблем. Наличие экфрастической техники превращает стихи Бродского в герметичный текст, предполагающий герменевтическое усилие со стороны читателя. В рассматриваемом стихотворении бытовая зарисовка трансформируется в разговор о метафизических проблемах. Распознавание живописного интертекста «Ritratto di donna» расширяет его интерпретативное поле и тем самым обогащает понимание
Гетеротопии истории в современном литовском романе
Get PDFThe paper focuses on the novel Mumbling Wall by Sigitas Parulskis which narrates the story of four generations of one family connected to the historical Lithuanian fortunes in the XX century. It considers the history as a conjunction of the two types of strategies – those of the story and those of the narrative. It examines how the novel inscribes the distrust of the great narratives, the absence of central perspective and the quotemanship that replace the history with the fragments of private partial stories, one of them representing the narrative about genesis of the readerly work. The analysis shows the way in which the anthropological skepticism, based on the conception of immutability and irrationality of affected human nature, the dependence on the outward authoritative relationship, the attention to the traumatic crisis situations or events together with autoreflection, the semantization of the problems of creativity, language and reference and the exposure of artistic devices are embodied in the metaphorical figure of the mumbling wall. The paper connects the polysemy of the central figure, which conjoins processuality and immobility, reality and fiction, visual and acoustic, with the concepts of heterotopia and heterochrony by Michel Foucault.В статье прослеживаются особенности понимания истории как сочетания истории событий и нарративных стратегий в романе Сигитаса Парульскиса Бормочущая стена, повествующем о судьбах представителей четырех поколений одного рода, соотносимых с историческими судьбами Литвы в ХХ в. Свойственное роману недоверие к большим нарративам, отсутствие центральной перспективы, высокая цитатность подменяют историю фрагментами частных историй, среди которых выделяется рассказ о создании читаемого произведения. Антропологический скептицизм, основанный на представлении о неизменности, неразумности подверженной аффектам природы человека, его зависимости от внешних властных отношений, внимание к травматическим, кризисным ситуациям и событиям и, с другой стороны, установка на авторефлексивность, семантизацию проблем творческого процесса, языка и референции, обнажение художественных приемов – нашли воплощение в метафорическом образе бормочущей стены. Многозначность заглавного образа, переплетение в нем процессуальности и неподвижности, реальности и вымысла, зрительного и акустического начал соотносится в статье с категорией гетеротопии Мишеля Фуко
Egiptas Romos imperijos literatūroje: Tacito ann. 2.59-61
No full textThe article analyses Tacitus’ account of Germanicus’ Egyptian voyage (Ann. 2.59-61) in the context of anti-Egyptian discourse met with in the Roman imperial literature. After a brief discussion of Egypt’s place in the Greek and Roman imagination, the article goes on to examine Tacitus’ use of Egypt by considering the role of Germanicus in the Egyptian setting, as well as questioning the presence of prevalent (Graeco-) Roman stereotypes in the given passage. Throughout the paper, it is argued that the use of Egypt in Tacitus’ account is far more complex than the notion of general anti-Egyptian sentiment allows, and that the Tacitean representation of Egypt does not entirely fit into the paradigm of Graeco-Roman ‘Othering’. Rather than describing Egypt for its own sake, the account is carefully and artistically arranged in order to convey Tacitus’ own anti-imperialist views, implicit in his other works, such as the Histories and Agricola.Straipsnyje detaliai analizuojamas Tacito pasakojimas apie Germaniko kelionę po Egiptą (Ann. 2.59-60) bei siūloma pažvelgti į šį tekstą platesniame Romos imperijos literatūros, kurioje neretai Egiptas vaizduojamas nepalankiai, kontekste. Po trumpos Egipto vietos graikų ir romėnų literatūroje apžvalgos autorė nagrinėja, kaip Egiptas pristatomas veikalo ištraukoje, atsižvelgdama į tai, koks pasakojimo santykis su vyraujančiais stereotipais bei kokį vaidmenį Egipto aplinkoje atlieka pagrindinis veikėjas Germanikas. Egipto kultūros paminklai (antiquitates), šalies gyventojai bei jų religija buvo dažnai senovės autorių gvildenamos temos, audrinusios skaitytojų vaizduotę. Susižavėjimas šalies istorija, kraštovaizdžiu ir monumentais buvo sumišęs su panieka ir pasibaisėjimu Egipto gyventojų religiniais papročiais bei charakterio bruožais. Straipsnis siūlo pažvelgti į tai, kaip šie trys elementai pateikiami arba, priešingai, ignoruojami Tacito pasakojime, ir šitokiu būdu suteikia galimybę nustatyti, kurie įvaizdžiai gajūs ir tvirti, o kurie lengvai transformuojami.Šiuo straipsniu siekiama parodyti, kad Tacito pasakojime Egiptas vaizduojamas kur kas įvairialypiškesnis ir šis vaizdavimas neatitinka tradicinės graikų bei romėnų priešiškumo egiptiečių bei kitoms tautoms paradigmos. Istoriko kruopščiai atrinkta medžiaga ir pasakojimo eiga, susilaikant nuo įprastų neigiamų pastabų, kokių randama kituose autoriaus darbuose, įrodo, kad šiuo pasakojimu siekiama ne sukurti etnografinį šalies paveikslą, o įgyvendinti autoriaus tikslus. Tacito pasakojimas apie Germaniko kelionę po Egiptą iliustruoja, kaip šalies aprašymas gali būti panaudotas siekiant perteikti autoriaus antiimperialistines nuotaikas bei paskatinti skaitytoją kritiškesniam žvilgsniui. Panaši tendencija būdinga keletui kitų to paties laikotarpio autorių, tad galima teigti, jog šitoks naujų reikšmių suteikimas seniems įvaizdžiams yra būdingas Romos imperijos literatūrai