Annals of the Russian academy of medical sciences / Вестник Российской академии медицинских наук
Not a member yet
638 research outputs found
Sort by
Молекулярные маркеры профессиональной хронической обструктивной болезни легких в сочетании с сердечной недостаточностью
Full text linkBackground.Comorbid heart failure (HF) is common in chronic obstructive pulmonary disease (COPD). Comorbid condition features are studied well in COPD due to tobacco smoke. There is a lack of data about mechanisms, clinical and functional specificity of occupational COPD and HF comorbidity. As occupational COPD and HF share common symptoms and sometimes lung function disorders, there is an unmet need in new markers of HF in occupational COPD.Aims to establish molecular markers associated with occupational COPD with HF comorbidity.Methods.Subjects with occupational COPD were enrolled in a single-center prospective cohort observational study. Comparison group COPD due to tobacco smoke. Then groups were stratified according to HF so the following subgroups were compared: occupational COPD with HF (n=63), occupational COPD without HF (n=52), COPD due to tobacco smoke with HF (n=41), COPD due to tobacco smoke without HF (n=74). Control group healthy people (n=115). Groups were matched by demographics, duration of COPD and HF. CODP was diagnosed according to GOLD 20112020 criteria, HF according to Russian Federal clinical guidelines. Occupational etiological factors were silica dust, organic solvents, metal fumes. Clinical and functional characteristics of CODP and HF were obtained. Serum levels of pulmonary and activation-regulated chemokine (PARC/CCL-18), protein S100, troponin, N terminal pro brain natriuretic peptide (NT-pro-BNP), von Willebrand factor, C-reactive protein were measured by enzyme linked immunosorbent assay, fibrinogen were measured by Clauss method, lactate dehydrogenase, creatine phosphokinase, alanine aminotransferase, aspartate aminotransferase were measured by standard biochemical method. Data are presented as median and interquartile range. Linear regression were used to explore relationships.Results.The molecular specificity of occupational COPD comorbid with HF were the largest increase in serum concentration of PARC-CCL18, NT-pro-BNP, protein S100, troponin, von Willebrand factor and fibrinogen. This factors were associated with length of service. For PARC-CCL18 В=1.1; for NT-pro-BNP В=0.9; for protein S100 В=1.3; for troponin В=0.8, for von Willebrand factor В=1.5 and for fibrinogen В=1.1. Molecular factors also were related to phenotype characteristics of COPD and HF. In multiply regression model the best predictors of comorbidity of CODP and HF were PARC-CCL18 (В=1.1; р=0.002), NT-pro-BNP (В=1.5; р=0.001), protein S100 (В=1.2; р=0.002), troponin (В=0.9; р=0.003). The model was adjusted for gender, age, duration of CODP and HF, FEV1.Conclusions.Occupational CODP comorbid with heart failure is the distinct phenotype. The perspective molecular markers of this phenotype are serum levels of PARC-CCL18, NT-pro-BNP, protein S100, troponin.Обоснование.Сердечная недостаточность (СН) распространенное коморбидное состояниеубольных хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ). Особенности сочетанной патологии ХОБЛиСН достаточно исследованывпопуляции курильщиков табака. Данныхобиомеханизмахиклинико-функциональных отличиях профессиональной хронической обструктивной болезни легких (ПХОБЛ)всочетаниисСН все еще недостаточно. Профессиональная ХОБЛиСН имеют общие симптомыисхожие функциональные нарушения.Вэтой связивклинической практике сохраняется потребностьвновых маркерах СНубольных ПХОБЛ.Цель исследованияопределить молекулярные маркеры, ассоциированныесПХОБЛвсочетаниисСН.Методы.Выполнено одноцентровое проспективное когортное наблюдательное исследование больных ПХОБЛвсравнениисХОБЛ вследствие курения табака. Проведена стратификациявзависимостиотналичия СН: ПХОБЛвсочетаниисСН (n=63), ПХОБЛбезкоморбидности (n=52), ХОБЛвсочетаниисСН (n=41), ХОБЛбезкоморбидности (n=74). Контрольная группа условно здоровые лица (n=115). Группы были сопоставимыподемографическим характеристикам, продолжительности ХОБЛиСН. Диагноз ХОБЛ устанавливалипокритериямGOLD20112020, СН всоответствиисфедеральными клиническими рекомендациями. Профессиональными этиологическими факторами ХОБЛ были кремнийсодержащая пыль, органические растворители, пары металлов. Определяли клинико-функциональные характеристики ХОБЛиСН, сывороточные концентрации хемокина лиганда 18, протеина S-100, тропонина, N-коневого предшественника мозгового натрийуретического пептида, фактора Виллебранда, С-реактивного белка методом твердофазного иммуноферментного анализа сэндвич-типа, фибриногена модифицированным методом Клаусса, общей лактатдегидрогеназы, общей креатинфосфокиназы, аланинаминотрансферазыиаспартатаминотрансферазы стандартным кинетическим методом. Данные представленыввиде медианыимежквартильного интервала. Взаимосвязи определяли многофакторной линейной регрессией.Результаты.ПХОБЛвсочетаниисСН отличалась наибольшими сывороточными концентрациямиPARC-CCL18,NT-pro-BNP, протеинаS100, тропонина, фактора Виллебранда, фибриногена. Эти же факторы были взаимосвязаны со стажем работы:дляPARC-CCL18 В=1,1;NT-pro-BNPВ=0,9; протеинаS100 В=1,3; тропонина В=0,8; фактора Виллебранда В=1,5; фибриногена В=1,1. Молекулярные факторы были ассоциированысосновными клинико-функциональными характеристиками фенотипа. Наилучшими биохимическими предикторами СНубольных ПХОБЛ были PARC-CCL18 (В=1,1; р=0,002),NT-pro-BNP(В=1,5; р=0,001), протеинS100 (В=1,2; р=0,002), тропонин (В=0,9; р=0,003). Результаты представленыспоправкойнапол, возраст, длительность ХОБЛисердечной недостаточности, ОФВ1.Заключение.Коморбидная патология ПХОБЛиСН может рассматриватьсякакотдельный субфенотип. Перспективными молекулярными маркерами СНубольных профессиональной ХОБЛ являются сывороточные концентрации PARC-CCL18, NT-pro-BNP, протеина S100, тропонина I
Особенности синдрома Такоцубо у мужчин
Full text linkTakotsubo syndrome has particular significance among heart diseases, as with the increase in the number of publications, there is more and more evidence that this syndrome can cause serious complications and even death of patients. Similarity with acute coronary syndrome is even more important reason for interest in Takotsubo syndrome, coupled with the lack of a clear diagnostic criterion to distinguish these pathologies. The lack of understanding of the pathogenesis of Takotsubo syndrome is one of the obstacles to the formation of such a diagnostic criterion. Despite a large number of publications on the causes and pathogenesis of Takotsubo syndrome, course of the disease has not been studied in men, since this pathology is much more often observed in women. Identifying the gender characteristics of this disease and their causes can be an important step towards explaining the pathogenesis of Takotsubo syndrome. In this review, a sample of 45 clinical cases of Takotsubo syndrome in men was compared with a mixed group from a clinical study. Takotsubo syndrome in men has a number of distinctive features: the greater importance of physical stress in the structure of the causes, in contrast to the predominance of emotional stress in the mixed group, a higher proportion of the basal form of the disease, as well as a significant decrease in the ejection fraction of the left ventricle and the frequent occurrence of cardiogenic shock manifestations of a more severe course of this disease.Синдром Такоцубо имеет особенное значение среди заболеваний сердца, таккаксростом числа публикаций, появляется все больше подтверждений тому,чтоданный синдром может стать причиной серьезных осложненийидаже смерти пациентов.Ноболее важная причина интересаксиндрому Такоцубо его схожестьсострым коронарным синдромомвсовокупностисотсутствием четкого диагностического критерия, позволяющего отличать эти патологии. Отсутствие понимания патогенеза синдрома Такоцубо является однимизпрепятствийкформированию такого диагностического критерия. Несмотрянабольшое количество публикацийопричинахипатогенезе синдрома Такоцубо, практическинеизучалось его течениеумужчин, таккакданная патология значительно чаще наблюдаетсяуженщин. Выявление гендерных особенностей данного заболеванияиих причин может быть важным шагомнапутикобъяснению патогенеза синдрома Такоцубо.Вданном обзоре выборкаиз45 клинических случаев синдрома Такоцубоумужчин сравнивалась со смешанной группойизклинического исследования. Синдром Такоцубоумужчин имеет ряд отличительных особенностей: большее значение физического стрессавструктуре причин возникновения,вотличиеотпреобладания эмоционального стрессавсмешанной группе, более высокая доля базальной формы заболевания,атакже значительное снижение фракции выброса левого желудочкаичастое возникновение кардиогенного шокакакпроявления более тяжелого течения данного заболевания
Безфидерная культура эпителия слизистой губы человека для тканевой инженерии и регенеративной медицины
Full text linkBackground.The cultured cheek mucosa epithelium (buccal epithelium, BE) is used for autologous transplants generation and tissue engineering. An alternative source of cells for these purposes may be the lip mucosa, covered, like BE, with non-keratinized stratified squamous epithelium, but with some histological distinctions.Aims to characterize the human lip mucosa as a promising source of epithelial cells for autologous transplantation and tissue engineering.Methods.Scrapings of the lip, cheek, and gum mucosa from five healthy volunteers were analyzed by cytofluorimetry to determine the level of desquamation and cytokeratin (CK) 10 and 13 expression. The lip mucosa of two patients was characterized using routine histological staining and fluorescence immunohistochemistry for CK 3, 4, 10, 13, and p63 marker. 35 samples of full-thickness strips of the patients lip mucosa were used to set the explant (n=18) and enzymatic (n=17) techniques for expansion epithelium. Culture systems with 1.05 and 0.06mM Calcium contained 5% fetal bovine serum, 5 g/ml human insulin, 5 g/ml hydrocortisone, 10 ng/ml human epidermal growth factor. Stable cultures were stained for p63, vimentin, zonula occludens-1 (ZO-1), and CK10. Software tools determined levels of their expression.Results.The number of cells in the lip and gum samples was significantly lower than from the cheek. The median number of CK13 positive cells was significantly different for the gum (6.4%) and cheek (64.8%, p=0.0089). Significant differences for CK10 positive cells were not observed. The epithelium of the lip mucosa was 72.13.6 m thick, relatively flat, and without keratinization sites. Samples were positively stained for CK 4 and 13, in the absence of expression of CK 3 and 10. The primary culture of epithelial cells obtained by explant technique was significantly more effective (p=0.001) in comparison with the enzymatic method. Stable cultures had a cobble-stone morphology in both culture systems. The levels of vimentin and p63 expression in both culture systems was not significantly differ. ZO-1 expression was 3.6-fold higher for 1.05-mMCa++medium (p=0.0006).Conclusions.Epithelium cell culture from the lip mucosa can be obtained by culturing explants without a feeder layer. Quality control steps have been developed for cultured cells and biopsy site.Обоснование.Культивированный эпителий слизистой щеки (буккальный эпителий, БЭ) используетсядлясоздания аутологичных трансплантатовитканевой инженерии. Альтернативным источником клетокдляэтих целей может являться слизистая губы, покрытая,какиБЭ, неороговевающим многослойным плоским эпителием,ноимеющая некоторые гистологические отличия.Цель исследования охарактеризовать эпителий слизистой губы человекакакперспективный источник эпителиальных клетокдляаутологичной трансплантацииитканевой инженерии.Методы.Цитофлуориметрия соскобов слизистой губы, щекиидесны была выполненапооригинальному протоколуу5 здоровых добровольцевдляопределения уровня десквамации поверхностных клетокиэкспрессии цитокератинов (CK) 10и13. Слизистая губыотдвух пациентов была охарактеризованаспомощью рутинной гистологической окраскиифлуоресцентной иммуногистохимиинаCK 3, 4, 10, 13ипролиферативный маркер p63. 35 образцов полнослойного лоскута слизистой губыотпациентов были использованыдляпостановки эксплантной (n=18)иферментативной (n=17) техник выделения первичной культуры эпителия. Культуральные системыс1,05и0,06 мМ кальция содержали 5% фетальной бычьей сыворотки, 5 мкг/мл инсулина растворимого человеческого, 5 мкг/мл гидрокортизонаи10 нг/мл человеческого эпидермального фактора роста. Стабильные культуры эпителия были окрашенынамаркер p63, виментин, белок плотных межклеточных контактов (ZO-1)иCK 10, уровни экспрессии которых были определены программными средствами.Результаты.Поданным цитофлуориметрии число клетоквсоскобахсгубыидесны было достоверно ниже, чем со щеки. Число CK13-позитивных клетокпомедиане достоверно отличалосьдлясоскобовсдесны (6,4%)исо щеки (64,8%, р=0,0089). Достоверных отличийпоCK10-позитивным клеткамвсоскобахнеотмечали. Эпителий слизистой губы толщиной 72,13,6 мкм был представлен неороговевающим многослойным плоским,безучастков кератинизациииположительно окрашивалсянамаркеры СК 4и13вотсутствие экспрессии СК 3и10. Первичная культура клеток эпителия, полученная путем культивирования эксплантов, была достоверно более результативна (p=0,001)всравнениисферментативным способом. Стабильные культуры имели характерную морфологиювобеих культуральных системах. Уровень экспрессии виментинаиядерного транскрипционного фактора р63вкультуральных системах достовернонеотличался. Маркер ZO-1 былв3,6 раза более выраженприкультивированиивсредес1,05 мМ Ca++(p=0,0006).Заключение.Культура клеток эпителия слизистой губы может быть получена путем культивирования эксплантовбезфидерного слоя. Разработаны этапы контроля качествадлякультивированных клетокиучастка биопсии
Уровни цитокинов в очагах поражения кожи у пациентов со среднетяжелым и тяжелым псориазом как предикторы эффективности терапии ингибитором фосфодиэстеразы 4 типа (апремиластом)
Full text linkBackground.Psoriasis is a widespread skin disorder characterized by cytokines as the main modulators of skin inflammation. A promising psoriasis therapy approach is targeted on cytokine networks by inhibiting the phosphodiesterase 4 (PDE-4). The efficacy and safety of the PDE-4 inhibitor apremilast in psoriasis confirmed in multicenter controlled studies, which, however, are accompanied by reports of unsuccessful therapy cases.Aims to determine early immunological predictors for PDE-4 inhibitor (apremilast) therapy efficacy based on skin lesions cytokines analyzes in patients with moderate to severe psoriasis.Methods.An open, uncontrolled prospective clinical study was performed. Efficacy of apremilast was analyzed by PASI, BSA, sPGA and DLQI. The outcomes at 26 therapy week were compared with the cytokine levels in skin biopsies selected before starting therapy and analyzed using xMAP technology. The multiparameter prognostic model for apremilast therapy effectiveness was developed based on a heterogeneous sequential recognition procedure.Results.The 34 patients with moderate to severe psoriasis were included in the study. According to the clinical outcomes, two comparison groups were formed: high (75% reduction in PASI score or more; n=14) and insufficient (50% reduction in PASI score or less; n=20) apremilast efficiency. Cytokines analyses showed an inverse relationship between the initial anti-inflammatory IL-10 level and the PASI reduction (r=0.37; p0.025). On the other hand, the relationships between pro-inflammatory cytokines IL-1 and IL-6 levels and PASI score at the 26th week of therapy were characterized by positive correlation: r=0.31 (p0.05) and r=0.37 (p0.025), respectively. Based on the data obtained, a predictive model for the apremilast therapy efficiency was developed. The expected predictive values of this model were 86% for a high therapy effectiveness and 60% for an insufficient effectiveness, respectively.Conclusions.The study results for the first time describe the cytokine profiles in the skin lesions in patients, who responded differently to PDE-4 inhibitor therapy. These dada allows to predict the treatment efficacy and give a chance to personalize apremilast usage for the moderate and severe psoriasis treatment.Обоснование.Псориаз тяжело протекающий дерматозсдоказанной ролью цитокиновкакмодуляторов кожного воспаления. Перспективным подходомктерапии псориаза является воздействиенацитокиновые сети путем ингибирования фосфодиэстеразы 4типа (ФДЭ-4). Эффективностьибезопасность ингибитора ФДЭ-4 апремиластаприлечении псориаза показанавряде контролируемых исследований,что,однако, сопровождается сообщениямиослучаях неуспеха проводимой таргетной терапии.Цель поиск ранних иммунологических предикторов эффективности терапии ингибитором ФДЭ-4 (апремиластом),вкачестве которых проанализированы цитокинывочагах поражения кожиупациентов со среднетяжелымитяжелым псориазом.Методы.Проведено открытое неконтролируемое проспективное клиническое исследованиеупациентовспсориазом обыкновенным (L40.0поМКБ-10). Эффективность апремиласта оцененасиспользованием клинических индексовPASI, BSA, sPGAиDLQI. Исходына26-й нед терапии сопоставлены со спектром цитокиноввбиоптатах кожи, отобранныхдоначала леченияипроанализированныхсиспользованием технологииxMAP.Дляпостроения многопараметрической прогностической модели эффективности апремиласта использована неоднороднаяпоследовательная процедура распознавания.Результаты.Висследование включены 34 больных обыкновенным бляшечным псориазом среднейитяжелой степени тяжести.Порезультатам использования апремиласта сформированы две группы сравнения свысокой (достижение значения PASI75иболее; n=14)инедостаточной (PASI50именее; n=20) эффективностью терапии. Анализ цитокинов показал обратную взаимосвязь между исходным уровнем противовоспалительногоIL-10идостигаемым изменением индекса PASI (r=0,37;p0,025).Сдругой стороны, связь исходного уровня провоспалительных цитокиновIL-1иIL-6 со значениями индекса PASIна26-й нед терапии характеризовалась положительными коэффициентами корреляции:r=0,31 (p0,05)иr=0,37 (p0,025) соответственно.Наоснове полученных данных построена предиктивная модель эффективности апремиластасожидаемой предсказательной ценностью положительного результата 86%,аотрицательного 60%.Заключение.Результаты проведенного исследования впервые описывают различиявпрофилях цитокиноввочагах поражения кожиупациентов со среднетяжелымитяжелым псориазом,вдальнейшем по-разному ответившихнатерапию ингибитором ФДЭ-4 апремиластом,чтоформирует условиядляперсонализации использования данного препарата
Исходы новой коронавирусной инфекции COVID-19 у 68 пациентов с воспалительными заболеваниями кишечника
Full text linkBackground. COVID-19 is an infectious respiratory syndrome with a wide range of manifestations and outcomes. Patients with inflammatory bowel disease (IBD) generally have a higher risk of infection, especially if they receive immunosuppressive therapy.
Aim to describe the manifestations of COVID-19 in patients with IBD and to determine the risk factors for severe COVID-19.
Methods. The analysis included 68 patients with an established diagnosis of Crohns disease (CD) or ulcerative colitis and a confirmed new coronavirus infection. The diagnosis of coronavirus infection was established when SARS-CoV-2 was detected by PCR using nasopharyngeal smears, and computer tomography (CT) of the chest revealed inflammatory changes characteristic of coronavirus lung damage or high IgG and IgM titers based on the results of immunological blood analysis.
Results. 68 patients with IBD and COVID-19 were observed in the Department of IBD, including 27 (39.7%) patients with CD, 41 (60.3%) patients with UC. Among patients diagnosed with pneumonia, 100 % of patients received therapy with thiopurines and infliximab. 8 (11.8%) patients were diagnosed with COVID-19 during hospitalization for a severe IBD attack. There was no statistically significant difference between UC and CD patients in terms of disease activity (p = 0.13) during the period of coronavirus infection. In 37 patients (26 UC, 11 BC) with pneumonia (100%), there was an exacerbation of IBD. Statistical significance was found between the development of more severe lung damage (CT 34) and IBD activity at the time of diagnosis of COVID-19 (p 0.001), the presence of comorbidities (p 0.001) and taking GCS (p 0.001) at the time of detection of COVID-19. However, the use of biological and immunosuppressive therapy was not associated with a higher risk of severe lung damage and the need for a ventilator. It was shown that the age of patients over 65 years was statistically correlated with the need for a ventilator (p = 0.02).
Conclusion. The exacerbation of the disease, especially in elderly patients with comorbidities, the use of glucocorticosteroids was associated with negative consequences of COVID-19, while biological and immunosuppressant drugs used for the treatment of IBD did not have such a negative effect.Обоснование. COVID-19 это инфекционный респираторный синдром с широким спектром проявлений и исходов. Пациенты с воспалительными заболеваниями кишечника (ВЗК) имеют больший риск инфицирования SARS-CoV-2, в особенности если они получают иммуносупрессивную терапию.
Цель исследования описать проявления COVID-19 у пациентов с ВЗК и определить факторы риска тяжелого течения COVID-19.
Методы. В анализ были включены 68 пациентов c установленным диагнозом болезни Крона (БК) или язвенного колита (ЯК) и подтвержденной новой коронавирусной инфекцией. Диагноз коронавирусной инфекции устанавливался при выявлении SARS-CoV-2 методом ПЦР назофарингеальных мазков, выявлении при компьютерной томографии (КТ) органов грудной клетки воспалительных изменений, характерных для коронавирусного поражения легких, или высокого титра IgG и IgM по результатам иммунологического анализа крови.
Результаты. 68 пациентов с ВЗК и COVID-19 наблюдались в отделении лечения Московского клинического научно-практического центра имени А.С. Логинова, из них 27 (39,7%) пациентов с БК, 41 (60,3%) пациент с ЯК. Не было выявлено статистически значимого различия между пациентами ЯК и БК в отношении активности заболевания (p = 0,13) в период коронавирусной инфекции. У 37 пациентов (26 с ЯК, 11 с БК) с пневмонией (100%) имелось обострение ВЗК. У 8 (11,8%) пациентов был диагностирован COVID-19 во время госпитализации по поводу тяжелой атаки ВЗК. Была выявлена статистическая значимость между развитием более тяжелого поражения легких (КТ 34) и активностью ВЗК на момент диагностирования COVID-19 (p 0,001), наличием сопутствующих заболеваний (p 0,001) и приемом ГКС (p 0,001) на момент выявления COVID-19. При этом применение биологической и иммуносупрессивной терапии не было связано с более высоким риском тяжелого поражения легких и потребностью в ИВЛ. Было показано, что возраст пациентов более 65 лет статистически коррелировал с потребностью в ИВЛ (p = 0,02).
Заключение. Обострение заболевания, в особенности у пожилых пациентов с сопутствующей патологией, и прием глюкокортикостероидов имели зависимость с негативными последствиями COVID-19, в то время как препараты биологической и иммуносупрессорной терапии, применяемые для лечения ВЗК, не оказывали такого негативного влияния
Ум и сердце в научном исследовании
Full text linkThe article presents the opinions of prominent native and foreign scientists about the psychology of scientific creativity, the role of interest, love, and almost always, even a passion to the subject of research. Not all scientists discuss this topic, but when we get acquainted with the available information, we become convinced that great scientific achievements are created only by people who are in love with their work. Pushkins words are confirmed: Inspiration is needed in geometry, as in poetry. In the topic under discussion, a special place is occupied by the work of Donat Semenovich Sarkisov. Firstly, because of the structure of his mind, he turned out to be especially susceptible to rapidly forthcoming and developing methodological achievements into the theory and practice of medicine of the twentieth century. Electron microscopy, light and electron autoradiography, cyto- and immunochemistry became the technical basis for D.S. Sarkisovs theory of intracellular regeneration. His specialty: pathologist, general pathologist, general morphologist, happily coincided with the variety of scientific and clinical topics of the Institute of Surgery named after A.V. Vishnevsky of the Soviet years. Patriotism, love of science, widespread social activity, and the post of Scientific Secretary of the RAMS contributed to the implementation of the achievements of the mind and heart of Donat Semenovich in the practice of domestic medicine. A unique event in science the discovery (officially recognized) of the law of philosophy, of course, he applied to understand and describe the history of Russia. A lot of heart was spent by the patriot D. S. Sarkisov on this understanding and description!В статье представлены мнения выдающихся отечественных и зарубежных ученых о психологии научного творчества, роли в нем интереса, любви и страсти к предмету исследования. Несмотря на то что далеко не все ученые обсуждают эту тему в своих работах, возникает убеждение, что большие научные достижения создаются только влюбленными в свое дело людьми, подтверждая тем самым слова А.С. Пушкина: Вдохновение нужно в геометрии, как и в поэзии. В обсуждаемой теме особое место занимает творчество Доната Семёновича Саркисова. Во-первых, потому что по складу ума он оказался особенно восприимчивым к быстро возникающим и развивающимся методологическим основам теории и практики медицины ХХ века. Электронная микроскопия, световая и электронная авторадиография, цито- и иммунохимия стали технической основой для создания Д.С. Саркисовым теории внутриклеточной регенерации. Его специальности патологоанатома, общего патолога, морфолога широкого профиля счастливо совпали с разнообразием научно-клинической тематики Института хирургии им. А.В. Вишневского в советский период истории. Патриотизм, влюбленность в науку, широкая общественная активность, пост Ученого секретаря РАМН способствовали внедрению достижений ума и сердца Доната Семёновича в практику отечественной медицины. Уникальное в науке событие открытие официально признанного закона философии он использовал для понимания и описания истории России
Бурая жировая ткань: особенности биологии, участие в энергетическом обмене и ожирении (обзор литературы)
Full text linkObesity is one of the most common diseases, the proportion of which is increasing annually today in Russia. Not only adults but also adolescents and children are at risk. Excessive body weight leads to the development of metabolic syndrome and related complications diseases of the circulatory, musculoskeletal, immune and other systems, to premature aging of the human body. Until this disease has become an epidemic, researchers around the world are trying to find methods to combat it. For these purposes, various types of adipose tissue in the human body, their importance, morphology and biology, the possibility of further use of the results to solve this problem are comprehensively studied.
The article provides an overview of current data on the morphological features of white, brown and beige adipose tissue at the tissue and cellular levels. The importance of specific proteins for the detection of different types of human adipose tissue is described. The biology and physiology of brown adipose tissue, which is of great importance in the implementation of various metabolic processes in the organism, is characterized. The need for further study of the role of brown adipose tissue for its possible promising use in the treatment of obesity is shown.На сегодняшний день ожирение является одним из самых распространенных заболеваний в Российской Федерации, доля которого ежегодно увеличивается. В группе риска находится не только взрослое, но и подростковое и детское население. Избыточная масса тела приводит к развитию метаболического синдрома и связанных с ним осложнений заболеваний кровеносной, опорно-двигательной, иммунной и других систем и к преждевременному старению организма человека. Пока данное заболевание не приняло характер эпидемии, исследователи всего мира пытаются найти методы борьбы с ним, для чего всесторонне изучаются разные виды жировой ткани в организме человека, их значение, морфология и биология, возможности дальнейшего использования полученных результатов для решения данной проблемы.
В статье представлен обзор имеющихся современных данных о морфологических особенностях белой, бурой и бежевой жировой ткани на тканевом и клеточном уровнях. Описано значение специфических белков для выявления разных видов жировой ткани человека. Охарактеризованы биология и физиология бурой жировой ткани, имеющей большое значение в осуществлении различных метаболических процессов в организме. Показана необходимость дальнейшего изучения роли бурой жировой ткани для ее возможного перспективного использования в лечении ожирения
Прогнозирование преждевременных родов: оценка ультразвукового исследования шейки матки и цервикально-влагалищных биомаркеров
Full text linkPreterm delivery (PTB) is one of the most common and serious complications of pregnancy. PTB accounts for approximately 70% of neonatal deaths and is a major cause of neonatal morbidity including respiratory distress syndrome, necrotising enterocolitis and long-term neurological disabilities. Prevention of PTB and its complications include identification among symptomatic women those at high risk of immediate delivery requiring prenatal corticosteroids administration. Transvaginal ultrasonographic evaluation of the cervical length (CL) is predictive of PTB and a value 15 mm identifies among symptomatic women approximately 70% of women who will deliver within one week. In the range of CL within 15 and 30 mm biomarkers in cervical-vaginal fluids (fetal fibronectin, phosphorylated insulin-like growth factor protein-1, placental alpha-microglobulin-1, cytokines) and other ultrasonographic cervical variables (posterior cervical angle, elastography) improve the identification of women at risk. In asymptomatic women CL can be applied as screening and has been proposed as a universal screening during the second trimester in singleton gestations. The finding of a CL 25 mm is associated with an increased risk of subsequent PTB with a sensitivity between 30 and 60% that is improved with the combination of biomarkers. Asymptomatic women with a CL 25 mm should be offered vaginal progesterone treatment for the prevention of preterm birth and neonatal morbidity. The role of cerclage and pessary is still controversial. In this review we discuss the evidence-based role of ultrasonographic cervical assessment and cervicovaginal biomarkers in the prediction of PTB in symptomatic and asymptomatic women.Преждевременные роды (ПР) одно из наиболее распространенных и серьезных осложнений беременности. Преждевременные роды приблизительно в 70% приводят к ранней неонатальной смертности и являются основной причиной возникновения заболеваний у новорожденных, включая респираторный дистресс-синдром, некротизирующий энтероколит и длительные неврологические нарушения. Профилактика ПР и их осложнений включает прежде всего выявление женщин с высоким риском развития ПР, требующих пренатального введения кортикостероидов. Трансвагинальная ультразвуковая оценка длины шейки матки (цервикометрия) является прогностическим показателем развития ПР: так, длина шейки матки 15 мм свидетельствует о том, что около 70% женщин родят в течение 1 нед. Если значение при цервикометрии в пределах 1530 мм, то определяют биомаркеры ПР в шеечно-влагалищном содержимом (фетальный фибронектин, фосфорилированный протеин-1, связывающий инсулиноподобный фактор роста, плацентарный альфа-микроглобулин, цитокины) и другие эхографические цервикальные измерения (такие как задний шейный угол, эластография) для улучшения прогнозирования развития ПР у женщин из группы риска. У женщин без клинической картины цервикометрия может быть применена в качестве скрининга. Также она была предложена при одноплодной беременности в качестве универсального скрининга во втором триместре. Нахождение указанного показателя в пределах 25 мм связано с повышенным риском развития ПР (чувствительность от 30 до 60%), данные являются более точными при комбинации с биомаркерами. Бессимптомным женщинам с длиной шейки матки 25 мм должно быть предложено лечение микронизированным прогестероном для профилактики ПР и неонатальной заболеваемости. Роль цервикального серкляжа и пессария остается спорной. В данном обзоре обсуждается доказательная роль ультразвукового исследования шейки матки и цервикально-вагинальных биомаркеров в прогнозировании развития ПР у симптоматических и бессимптомных женщин
Клинико-эпидемиологические особенности проявлений папилломавирусной инфекции на примере рака шейки матки и аногенитальных (венерических) бородавок
Full text linkBackground: Cervical cancer and genital warts (GWs) are some of the most common manifestations of human papillomavirus infection (HPV). These lesions cause significant damage to the reproductive health of the population, which leads to increased attention to the prevention of HPV infection among various population groups.
Aims: To determine the clinical and epidemiological features of the HPV manifestations by the example of cervical cancer and genital warts.
Methods: A retrospective analysis of anamnestic information of 115 women with an established diagnosis of cervical cancer and 177 patients with an established diagnosis of GWs was performed. The clinical and epidemiological characteristics of patients with diagnoses of GWs and cervical cancer were based on the development of outpatient admission cards and inpatient histories, as well as test data for HPV.
Results: HPV 16 was the most common HPV type among patients with GWs and cervical cancer ― it was detected in 37.6% of cases. Also the most frequently encountered: HPV 6/18/11/31/51/52. In 43.2% cases of HPV detection, two or more types were detected at once, the most common combinations: HPV16 and HPV18, HPV6 and HPV16, HPV6 and HPV11. Analysis of the frequency of screening for cervical cancer and visits to the gynecologist for 5 years before establishing the diagnosis showed that among those who did not screen for cervical cancer, the risk of diagnosing stage IIIV was 5.2 times higher than among individuals who underwent cervical screening 2 years ago, or once a year for the last five years. Among patients with GWs who had 2 or more sexual partners for 1 year, 13.5% of patients regularly used barrier contraception methods (condoms) during sexual contact, not regularly ― 61.5%, did not use them at all ― 25.0%.
Conclusions: Identifying the clinical and epidemiological features of HPV infection should contribute to the development of new and optimize existing prevention programs for a wide range of HPV-associated diseases.Обоснование. Рак шейки матки (РШМ) и аногенитальные (венерические) бородавки являются наиболее распространенными проявлениями папилломавирусной инфекции. Данные поражения наносят существенный ущерб репродуктивному здоровью населения, что обусловливает повышенное внимание к вопросам профилактики папилломавирусной инфекции среди различных групп населения.
Цель исследования ― определение отдельных клинико-эпидемиологических особенностей папилломавирусной инфекции на примере рака шейки матки и аногенитальных (венерических) бородавок.
Методы. Выполнено ретроспективное исследование; объектом исследования были пациенты с диагнозами РШМ и аногенитальных (венерических) бородавок, обратившиеся за медицинской помощью в период с 2015 по 2018 г. Данные получены с помощью сбора информации из медицинских карт стационарного больного (форма 003/у) и медицинских карт пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (форма 025/у). Методы анализа и обработки материала ― аналитический и статистический.
Результаты. В рамках исследования были проанализированы 292 карты пациентов, обратившихся за медицинской помощью. Наиболее часто ― в 37,6% случаев ― у пациентов с аногенитальными бородавками и РШМ при лабораторном обследовании выявлялся вирус папилломы человека (ВПЧ) 16-го типа. Также часто встречались ВПЧ 6/18/11/31/51/52. В 43,2% случаев определялись одновременно два и более типов ВПЧ, при этом наиболее частыми сочетаниями были ВПЧ16 и ВПЧ18, ВПЧ6 и ВПЧ16, ВПЧ6 и ВПЧ11. Проведенный анализ частоты скрининга на РШМ и посещения врача-гинеколога в течение 5 лет до установления диагноза показал, что среди лиц, не проходивших скрининг на РШМ, или прошедших его при обнаружении заболевания, риск выявления диагноза на IIIV стадии был в 5,2 раза выше, чем среди лиц, которые проходили цервикальный скрининг 2 года назад или 1 раз в год в течение последних 5 лет. Среди всех пациентов с аногенитальными бородавками, имевших по два и более половых партнера в течение 1 года, о регулярном использовании методов барьерной контрацепции (презервативов) при половом контакте сообщили 13,5%, о нерегулярном использовании ― 61,5%; 25,0% пациентов вообще не задумывались о методах предохранения.
Заключение. Выявление клинико-эпидемиологических особенностей папилломавирусной инфекции должно способствовать разработке новых и оптимизации существующих профилактических программ в отношении широкого спектра ВПЧ-ассоциированных заболеваний
Сочетание аритмогенной дисплазии правого желудочка и некомпактного миокарда левого желудочка как особая форма кардиомиопатии: клиника, диагностика, генетическая природа, течение
Full text linkBackground. A few cases of combination of arrhythmogenic right ventricular dysplasia/cardiomyopathy (ARVC) with left ventricular noncompaction (LVNC) have been described. Aims to study the genetics, diagnostical features and clinical course of the combination of ARVC with LVNC. Methods. 58 patients with ARVC diagnosis (26 men; mean age 39.1 14.2 years; mean follow-up period 21.5 [6; 60] months) and 125 patients with LVNC (74 men; mean age 46.4 15.1 years; mean follow-up period 14 [3; 40] months). All patients underwent electrocardiogram (ECG), echocardiography, 24-h ECG monitoring. Heart MRI was performed in 53 (91.4%) patients with ARVC and 60 (48%) with LVNC, heart CT in 18 (31%) patients with ARVC and 89 (71.2%) with LVNC. For all patients with combination of ARVC and LVNC DNA-diagnostic was performed using both ARVC (PKP2, DSG2, DSP, DSC2, JUP, TMEM43, TGFB3, PLN, LMNA, DES, CTTNA3, EMD, SCN5A, LDB3, CRYAB, FLNC) and LVNC (MYH7, MYBPC3, TAZ, TPM1, LDB3, MYL2, MYL3, ACTC1, TNNT2, TNI3) gene panels. Results. Combination of ARVC and LVNC was found in 9 patients (15.5% of patients form ARVC cohort and 7.2% from LVNC cohort). These patients were distinguished from patients with isolated ARVC or LVNC by aggressive ventricular arrhythmias (frequent premature ventricular beats, sustained ventricular tachycardia, significantly worse antiarrhythmic therapy effect, appropriate shocks of implanted cardioverter-defibrillators (ICD) in all patients with ICD). Patients with combination of ARVC + LVNC were also distinguished from patients with isolated LVNC by the dilatation of RV, low QRS voltage on ECG, presence of AV block, absence of signs of LV hypertrophy on ECG. LV dilatation with reduction of its ejection fraction distinguished patients with mixed cardiomyopathy from patients with isolated ARVC. Potentially pathogenic variants (IVV classes of pathogenicity) and variants of unclear clinical significance (III class of pathogenicity) were found in both desmosomal and non-desmosomal genes in 78% of patients, including 3 (33%) in DSP gene. Conclusions. The combination of ARVC and LVNC can be caused by mutations in both desmosomal and non-desmosomal genes and has typical features: aggressive, resistant ventricular rhythm abnormalities leading to appropriate ICD shocks and a high risk of sudden cardiac death.Обоснование. В литературе описаны лишь единичные случаи сочетания аритмогенной дисплазии правого желудочка (ПЖ) и некомпактного миокарда левого желудочка (ЛЖ). Цель исследования изучить генетическую природу, диагностические признаки и клиническое течение сочетания аритмогенной дисплазии ПЖ и некомпактного миокарда ЛЖ. Методы. 58 пациентов с диагнозом аритмогенная дисплазия ПЖ (26 мужчин; средний возраст 39,1 14,2 года; средний срок наблюдения 21,5 [6; 60] мес) и 125 пациентов с диагнозом некомпактный миокард ЛЖ (74 мужчины; средний возраст 46,4 15,1 года; средний срок наблюдения 14 [3; 40] мес). Всем пациентам выполнены ЭКГ, эхокардиография, суточное мониторирование ЭКГ по Холтеру. МРТ сердца выполнена 53 (91,4%) пациентам с аритмогенной дисплазией ПЖ и 60 (48%) с некомпактным миокардом ЛЖ, МСКТ сердца 18 (31%) пациентам с аритмогенной дисплазией ПЖ и 89 (71,2%) с некомпактным миокардом ЛЖ. Всем пациентам с сочетанием аритмогенной дисплазии ПЖ и некомпактного миокарда ЛЖ проведен поиск мутаций с применением панелей генов аритмогенной дисплазии ПЖ (PKP2, DSG2, DSP, DSC2, JUP, TMEM43, TGFB3, PLN, LMNA, DES, CTTNA3, EMD, SCN5A, LDB3, CRYAB, FLNC) и некомпактного миокарда ЛЖ (MYH7, MYBPC3, TAZ, TPM1, LDB3, MYL2, MYL3, ACTC1, TNNT2, TNNI3). Результаты. Сочетание аритмогенной дисплазии ПЖ и некомпактного миокарда ЛЖ выявлено у 9 больных, что составило 15,5% пациентов в когорте аритмогенной дисплазии ПЖ и 7,2% пациентов в когорте с некомпактным миокардом ЛЖ. Этих пациентов отличают от больных с изолированной аритмогенной дисплазией ПЖ или изолированным некомпактным миокардом ЛЖ агрессивные желудочковые нарушения ритма (частая желудочковая экстрасистолия, устойчивая желудочковая тахикардия с достоверно худшим эффектом антиаритмической терапии, адекватные срабатывания имплантированного кардиовертера-дефибриллятора отмечены у всех больных с имплантированным кардиовертером-дефибриллятором). От пациентов с изолированным некомпактным миокардом ЛЖ больных со смешанной кардиомиопатией отличали также увеличение ПЖ по данным эхокардиографии, снижение вольтажа QRS на ЭКГ, наличие АВ-блокады, отсутствие признаков гипертрофии ЛЖ на ЭКГ. Дилатация ЛЖ со снижением его фракции выброса отличала пациентов со смешанной кардиомиопатией от больных с изолированной аритмогенной дисплазией ПЖ. Потенциально патогенные варианты (IVV классов патогенности) и варианты неясного клинического значения (III класс патогенности) обнаружены как в десмосомных, так и в недесмосомных генах у 78% пациентов, в том числе у 3 (33%) в гене DSP. Заключение. Сочетание аритмогенной дисплазии ПЖ и некомпактного миокарда ЛЖ встречается чаще, чем принято считать, может быть обусловлено мутациями как в десмосомных, так и в недесмосомных генах и обладает характерными особенностями, такими как агрессивные, резистентные к терапии желудочковые нарушения ритма, приводящие к адекватным срабатываниям имплантированного кардиовертера-дефибриллятора, и высокий риск внезапной сердечной смерти